«Там, где пахло домом»

10.06.2295 г. Ковчег — огромный город, разделённый на сектора, где жизнь течёт по-своему. Но с появлением Райны Рейн всё меняется: мир начинает вращаться вокруг неё. Адриана Кейворд — известная журналистка. Она владеет крупным зданием в центре города и выпускает собственный журнал. Её лицо можно увидеть на всех новостных каналах. Адриана — гроза журналистов, самая коварная и пронырливая женщина мегаполиса. В высшем обществе она занимает почётное место элиты, что обеспечивает ей полную неприкосновенность. Даже Канцеляр не имеет над ней власти. На будильнике снова 6:30 утра Райна с ощущением полной безысходности открывает глаза и первое что она чувствует, это ужасную-тяжесть.. Голова не слушается, а мозг не хочет осознавать свое пробуждение в этой душной и безжизненной комнате, возможно единственный предмет который мог бы подать признаки жизни, это цветок на подоконнике, но и он уже смерился что выжить ему не удастся.  Времени на осознание бытия и смысла жизни нет, время до боли быстро утекает . Вынуждая собираться на работу. -Я уже давно вбила себе в голову, что моё положение никто и ничто не изменит, казалось бы что плохого в моей  тихой и размеренной жизни? Но вот только, жизнь не была тихой и размеренной.  - Я работаю в кофейне. А я счастлива? Нет. Это не имело значения на фоне войны.«Ковчег»- каждый день боролся  с большой угрозой, такой как Колоссы. «Колоссы»- большие твари которые совершали нападения на город, это была проблема мирового масштаба, ведь война с ними велась уже несколько лет, но результаты были «неудовлетворительными». Райна же, смирилась с этими существами как и все жители. Люди пытались находить хоть где-то радость, ведь по другому было не выжить в этом мрачном городе.  Но больше всего Райну волновала её большая проблема - это был Ксандр ван Хейс.  Недавно этот ублюдок поднялся по карьерной лестнице и теперь заведует полицией в моём секторе. Их связывала давняя дружба, но Ксандр использовал это для принуждения девушки к перевозке контрабанды. Райна неоднократно пыталась разорвать этот порочный круг, но её моральные силы были истощены. В отличии от её слабого внутреннего стержня, девушка имела довольно сильную физическую силу, что было удивительно, для внешне очень хрупкой девушки. И это еще больше пугало её, она не понимала откуда она имеет такую мощь. К её большому сожалению, единственное воспоминание из прошлого было только одно...    [15 лет назад] Шум, духота и дикая боль во всём теле.  Райна с большими усилиями открывает глаза.  Они не болят, ведь в комнате тускло-синий свет, который исходит от одинокой лампы на потолке. Девушка прикладывает все свои силы чтобы поднять непослушное тело, с большим трудом, но у неё это получается.  Райна осматривает помещение, в голове бегущей строкой идет только одна фраза-где я? Собрав мысли в кучу, она с ужасом понимает, что это какая-то лаборатория.  Девушка оббежала всё помещение, и с леденящим ужасом поняла, что она одна.  Снова звон в ушах, и только одно чувство - страх... Она принимает единственное решение, которое кажется ей разумным:  бежать, бежать, бежать...  -Дверь, она то мне и нужна.  Выйдя на улицу в глаза ударил яркий солнечный свет.  Чёрт, как больно, будто какой-то придурок кинул горсть песка в лицо. Но как только она привыкает к естественному освещению, её бросает в дрожь.  Ничего. Ничего нет...  Перед глазами равнина, с выжженной травой и так десятки тысяч километров прямо, справа, слева - везде. Ужас пробирающий до костей.  Ноги непослушно ускоряют шаг, переводя его в бег.  -Сколько я пробежала? Не знаю, но, кажется, будто несколько тысяч километров.  Я не чувствую ничего: ни жажды, ни голода, ни усталости. Словно я робот , и выполняю единственную встроенную программу- бежать.  А потом всё как в тумане. Воспоминания спутаны, но я точно никогда не забуду вкус сажи на губах и крепкие мужские руки, держащие меня. [Настоящее время] «Наши сомнения — наши предатели. Они заставляют терять то, что мы, возможно, могли бы выиграть, если бы не боялись попробовать.» Уильям Шекспир 9 утра Рейн стоит за барной стойкой и натирает стаканы.  Из мыслей её вырвал вошедший в кофейню покупатель. Улыбайся, Рейн, давай же. Выхода всё равно нет.  Я натягиваю на безжизненное лицо маску счастливого человека, и губы выдают жалкое подобие улыбки. Я заранее ненавижу этот день, потому что знаю, что ждёт меня после окончания смены. И это пугает. Пугает до тупой, ноющей боли в грудной клетке. Каждый раз при одной только мысли об этом становится нечем дышать, будто рёбра медленно сдавливают жёсткими тисками. Бесчисленное количество раз Рейн мечтала о том, как подойдёт к Ксандру и скажет ему в лицо, как сильно ненавидит его и что выходит из игры. Но на кону стояла её свобода.  Ксандр этого не потерпит. Первым же делом он упечёт её за решётку — или придумает что-то похуже. И только от мысли об этом сердце сбивалось с ритма. Она боялась лишиться единственной возможности оставаться на свободе.  Пусть это и трудно было назвать «настоящей свободой.»