Не оборачиваясь.

. . Снова. Снова эта чертова течка. Как же он ненавидел быть омегой из-за таких моментов. И как назло, словно насмешка, началась она в школе. На чертовом уроке. Повезло хоть, что феромоны были слабые — родился рецессивным с лишь одним возможным избранником, который учует запах. Отпросившись выйти, Максим помчался в туалет. Зайдя в свободную кабинку, он тотчас же стянул с себя столь ненужные в данный момент штаны, которые, к счастью, не успели намокнуть, в отличие от белья, покрытого и пропитанного склизкой жидкостью. Промычав что-то про себя, юноша на пробу вставил в себя палец. Сопротивления не было — проскользнул без труда. Поняв это, Максим в ту же секунду добавил ещё один палец, пытаясь заполнить себя, унять эти ощущения. Мало. Ему было чертовски мало. Хотелось чего-то большего, чего-то… иного. Ах, как бы он хотел оказаться рядом со своим другом, дорогим другом… Парни видели друг друга без одежды много раз. Случайно и нет. Он бы так хотел стянуть с него чертовы штаны и насладиться этим ощущением… позволить ему погрузиться в себя, выбить из него все плотские желания, чтобы он не смог думать об этом. Но его здесь не было. Были лишь пальцы. И разгоряченное тело. Спустя некоторое время, брюнет уже погружал в себя 4 пальца. Всё ещё не хватало. Нет, растянут был достаточно, вот только не достигали они той желанной точки. Продолжая ублажать себя, он не услышал звук открытия двери и шагов к его кабинке. «Опомнился» он лишь тогда, когда услышал щелчок на двери туалета и почувствовал ладони на обнаженных ягодицах, на что лишь вдохнул чужой опьяняющий запах, быстро оборачиваясь и видя сзади себя своего лучшего друга. В его глазах читалось желание — именно то, о чём так мечтал юный омега. — Артём… — сумел промямлить парень, продолжая двигать пальцами, на что получил лишь недовольное выражение лица. — Вытащи их из себя, — чуть ли не прорычал шатен, а после добавил более ласково: — Пожалуйста. Омега послушно выполнил просьбу. Но когда он это сделал — ощутил лишь большее желание от пустоты. Словно учуяв некое недовольство, его друг усмехнулся и опустился на корточки перед пульсирующим анальным отверстием, просовывая в него пальцы и растягивая, словно с желанием осмотреть его полностью. Услышав тихое мычание и увидев, как чужое тело подаётся ближе, пытаясь насадиться на него, он усмехнулся и приблизился к анусу, засовывая в него язык. Омега на это лишь всхлипнул, по его телу прошлась дрожь возбуждения. Брюнет мог лишь ощущать невыносимое удовольствие и слышать хлюпающие звуки, что доносились из-за спины. Через несколько мучительных мгновений, фрикции прекратились, и Артем поднялся с колен, при этом как можно быстрее расправляясь с нижней частью одежды. Сделав это, он нежно погладил омежью поясницу, словно предупреждая, что тому стоит расслабиться. И тот так и поступил, блаженно выдыхая, когда почувствовал головку у своего входа, а после чуть ли не давясь воздухом от резкого погружения. Альфа не очень-то хотел медлить с таким желанным началом, начиная резко вбиваться в податливое тело, каждый раз попадая в ту самую заветную точку удовольствия. Спустя пару минут, размеренные движения перешли в хаотичные, а стоны обоих парней лишь становились громче, предвещая скорую разрядку. Первым излился Максим, пачкая плитку на стене, и, незадолго после него, закончил внутрь Артём, слабо рыча от удовольствия, оставляя в нём свой узел, пока не имея ни возможности, ни желания выходить. Пробыв в сцепке ещё некоторое время, они отлипли друг от друга, начиная медленно вытирать с себя, хотя, чего уж таить, по большей части с омеги, ведь после спада узла сперма начала обильно вытекать из него, следы соития. После этого Максим с отвращением к себе и собственной природе побежал в класс — за вещами. Забрав их, он как можно быстрее пошёл домой. Брюнет не оборачивался и игнорировал комментарии по поводу запаха, внешнего вида или крики его друга о том, чтобы он подождал и им нужно поговорить.