из грубость в нежность

Телепортировавшись, они совсем забыли о том, что Соник сидел на столе. Шедоу не успел поймать ежа, и они оба плюхнулись на пол. Взглянув на друг друга, тихонько посмеялись. Соник протянул ему изумруд, и Шедоу убрал его обратно в колючки. Он поднялся, подав ладонь синему ежу, помогая встать. - Давненько я тут не был, - Соник вздохнул поглубже, ощущая любимый аромат. - Ты тут второй раз, - усмехнулся Шедоу, наблюдая, как Соник по-хозяйски плюхнулся в кровать. - И не последний, - улыбнулся ему в ответ. Шедоу лег рядом, изучая свой потолок. Судя по тишине в доме, все разошлись, стало даже интересно: не забыли ли они, что закрыли их в подвале? Соник лег на бок и обратил своё внимание на чужой белый пух, не сдержавшись, он начал играться с ним. Шедоу опустил свой взгляд, и его позабавило поведение ежа. - На сколько нравился? - Очень~ Соник встретился взглядом с Шедоу и пару секунд просто вглядывались в друг друга, прежде чем сорваться. Тень набросился на синего ежа, полностью отдавшись страсти, они слишком долго терпели. Шедоу ласкал Соника, гладил и кусал. Тот изредка скулил и извивался от перенасыщения удовольствия, ему мешали перчатки, не давая полностью насладиться своим партнером. Не медля, еж снял их, и выкинул на пол, туда же полетела и две пары кроссовок. Он увидел, как Шедоу стянул перчатки и заметил явные отличия в их лапах. - Ого! Она такая большая! И когти! - он схватился за лапу и разглядывал незамысловатую красную полосу, что была на его руке. - Я Совершенная Форма Жизни, меня создали как оружие. - Да, да, я помню, это потрясающе. Соник приложил свою лапу к чужой, и на её фоне его казалась меньше, несмотря на то что он мужчина. От прикосновения открытым участком были новые ощущения, его лапа была горячей, почти обжигала. Шедоу скрепил их в крепкий замок, и от этого у синего сбилось дыхание. Чёрный еж продолжил начатое, укладывая обратно синего ежа под себя, а другой лапой ища в тумбочке нужный тюбик. Выловив нужное количество, он распределил его на пальцы. - Если будет больно, скажи. - Не-а, - усмехнувшись, он положил свои руки на чужие плечи, обнимая за шею. - Соник, я серьезно. - Ладно, ты такой забавный, - он потянулся за поцелуем, пока Шедоу постепенно вводил один палец. От смешанных эмоций и ощущений Соник промычал в поцелуй, из-за нового чувства ему стало боязно, и он сильнее прижался к старшему ежу. В этом случае Шедоу не торопился, растягивал аккуратно, с нежностью. Стараясь отвлечь внимание поцелуями, он медленно добавлял пальцы, это заставляло синего ежа учащённо дышать, и вскоре он начал чувствовать наслаждение. - Ш-Шедоу… мне кажется, эт-этого достаточно… - протяжным голосом, с отдышкой, сказал синий еж. Он сам не понимал, что его больше смущало: положение, в котором он оказался, или свой голос. Чёрный еж терся своим лицом о персиковую щёку, пьянея от лимонного аромата. - Уверен? - Гмм~… угу… Шедоу убрал пальцы, и Соник почувствовал, насколько ему стало горячо снизу, ощутил, как Шедоу чуть поменял свою позицию и как к нему приставили липкий, теплый член. Это и без того сбило учащённое дыхание у синего ежа, он не успел подготовиться, как Шедоу начал медленно входить. От жгучей боли Соник выгнулся в пояснице и откинул голову назад, сдерживая скулёж. Шедоу сдавленно выдохнул, ощущая, как еж напрягся. - Расслабься… - Шедоу замедлился, давая привыкнуть младшему ежу. Он спустился к шее синего и целовал, успокаивая. Это помогло, Соник постепенно расслабился, обнимая чёрного ежа за шею. Тень начал медленно двигаться, пока синий еж тихонько стонал в загорелую мордочку. В комнате царила густая, бархатная темнота - та самая, что мягко стирает очертания предметов и будто обнимает пространство. В этой темноте звуки становились громче и значительнее: неровный шёпот, сбивчивое дыхание, тихий скрип пружин. Руки находили друг друга в этой мягкой, безмолвной пустоте, и каждое движение рождалось из доверия, из того беззвучного языка, который понятен только двоим. Их дыхание постепенно выравнивалось, смешиваясь в один общий, тёплый поток воздуха. Соник уткнулся лицом в темное плечо - ему нравилось, как пахнет его мех, этот запах был родным и успокаивал, будто говорил: «Все хорошо, ты в безопасности». В какой-то момент он тихо рассмеялся - совсем беззвучно, только плечи едва заметно дрогнули. Шедоу не понял, что его рассмешило, но тоже улыбнулся в темноту, не нуждаясь в объяснениях. - Ты слишком переживаешь… но это м-мило… Шедоу смутился замечанием синего героя и стал более напористым, разгоняя темп. Соник резко втянул воздух, этот звук, короткий и резкий, будто оборвал ту самую уютную тишину, которая только что казалась такой надежной. Совершенный замер на миг, будто сам испугался этой внезапной резкости, но потом снова двинулся вперёд — упрямо, не отступая. Синий еж вцепился пальцами в простыню, чувствуя, как ткань натягивается под руками, как она почти трещит от этого напряжения. Шедоу уткнулся лбом ему в плечо, и Соник почувствовал, как тяжело, гулко стучит его сердце - будто оно пыталось пробить себе дорогу сквозь рёбра. Движения стали отрывистыми, почти судорожными, в них больше не было попытки сгладить углы - только эта отчаянная, жёсткая правда: им нужно было прорваться до самого дна, до той точки, где нет ни имён, ни прошлого, ни страхов, а есть только чистое, обнажённое «сейчас». Соник впился пальцами в черную спину, будто искал опору в мире, который вдруг перестал быть устойчивым, и каждый его выдох превращался в короткий, сдавленный звук, то ли всхлип, то ли имя, которое так и не сложилось в слово. Скрип кровати звучал особенно громко, словно комната сама подстёгивала их, не давая остановиться. И вот - мгновение, когда время будто треснуло. Всё сжалось в одну точку: от Соника было слышно судорожный вдох, от Шедоу же рваное дыхание, руки, которые держали так крепко, что завтра наверняка останутся следы, - и потом внезапная, оглушающая разрядка, похожая на то, как если бы после долгого, невыносимого напряжения вдруг разом отпустили туго натянутую струну. Соник обмяк, но пальцы ещё несколько секунд продолжали сжимать чёрное плечо, будто боялись, что если отпустят, то реальность снова начнёт расползаться по швам. Шедоу уткнулся лбом в синие плечо, и герой почувствовал, как по старшему телу прокатывается последняя, запоздалая дрожь - такая сильная, что даже в темноте это можно было не увидеть, а именно ощутить кожей. Поначалу их дыхание было сбивчивым, будто оба всё ещё пытались восполнить нехватку воздуха. У Соника вдохи выходили короткими, рваными - словно он хватал кислород урывками, и между ними то и дело проскальзывал тихий, прерывистый выдох, похожий на затихающий всхлип. Постепенно дыхание стало глубже, паузы между вдохами - длиннее; он будто заново учился просто впускать воздух в лёгкие, без спешки, без того отчаянного напора, что гнал вперёд совсем недавно. У Шедоу дыхание поначалу звучало тяжело, с хрипотцой: резкие, гулкие выдохи сменялись глубокими, будто жадными вдохами, и было слышно, как с каждым разом тело понемногу отпускает напряжение - плечи опускаются, мышцы слабеют. Временами он будто спотыкался на вдохе, задерживал дыхание на миг, а потом снова выдыхал - уже тише, ровнее, словно сам удивлялся тому, как быстро тело переходит от бешеной гонки к тяжёлой, вязкой усталости. - Так круто… - поражаясь с лёгкой отдышкой, сказал Соник. Шедоу лежал на ёжике, рассматривая его лицо, он потянулся к нему и лизнул его в щёку. Соник повернулся в его сторону, подставляя своё лицо, пока тёмный ёж продолжал его вылизывать и целовать. - Нам нужно сходить в ванную. - Нуу, неет, - Соник начал слабо отталкивать от себя ежа. Шедоу же принял это как вызов и схватил его за талию. - Сказал же, надо! - улыбаясь, сказал старший. Синий ёж тихо смеялся, пока извивался от рук Шедоу, который, щекоча, пытался поднять его. В итоге совершенный встал с кровати и поднял его на руки. - Если мы попадёмся? Я так понял, Руж и Накалз остались тут? - Соник ухватился за чёрную шею и скептически с улыбкой глянул на Шедоу. - Мы пойдём тем же путём, что и сюда. Шедоу достал изумруд и телепортировал их в ванную. Оказались они в темноте, всё же никто не ждал их в этой комнате, и свет был выключен. Тень поставил синего ежа на ноги и, открыв дверь, нажал на включатель с другой стороны стены. Большая светлая ванная комната выглядела просторно и воздушно. Стены отделаны крупной глянцевой плиткой молочного оттенка - она мягко отражала свет и поблескивала. Пол выложен керамогранитом под белый мрамор с лёгкими серыми прожилками. В центре комнаты стоит отдельно стоящая ванна на изящных ножках, с левой стены была подвесная тумба под раковину с матовой фасадной поверхностью. Большое круглое зеркало висело над раковиной, а по его краям встроены светильники с тёплым рассеянным светом. Соник осматривался и подметил для себя: Шедоу не вписывается в этот фон, ну никак. Этот ремонт явно дело рук Руж. Он помотал головой ещё раз, не найдя душевой кабинки, он напрягся. - У вас нет душа? - Нет. Шедоу достал из шкафа два полотенца и положил на тумбу. Он обратил внимание на резкое изменение синего ежа и подошёл к нему. - Всё в порядке? - Да, просто я не использую ванную. - Я знаю про твою гидрофобию, но неужели даже ванная... Соник ничего не ответил, не сказать, что он ни разу не принимал ванну. Но тут дело не в ней, сам факт возможного утопления настораживал ежа. Шедоу взял его ладони в свои и провёл большим пальцем по мягкой шёрстке, обращая внимание на себя. - Я буду с тобой. Соник смотрел в красные глаза и чувствовал бабочки в животе. Внутри понемногу начинает таять ледяной ком страха, его слова будто создают вокруг невидимый щит. Он неуверенно кивнул головой в знак согласия, на это он получил поцелуй в лоб, и Шедоу пошёл наливать воду. Как только тёплая вода заполнила ванную, тёмный еж закрыл кран и вытянул руку, приглашая младшего. Соник также неуверенно воспользовался приглашением и аккуратно лез в ванную, его опалил пар от тёплой воды, покрыв заодно синего мурашками. Вода старалась расслабить мышцы, убрать напряжение, но Соник всё так же нервничал и в какой-то момент чуть не вылез. - Не дёргайся, всё хорошо. Соник посмотрел на Шедоу округлёнными глазами и постарался прислушаться к нему, наконец-то сев в воду. Шедоу сел рядом, напротив. - Видишь? Всё хорошо. Соник смутился, почувствовав себя ребёнком. - Я не ребёнок, не нужно... Соник обнял свои колени и обиженно взглянул на Шедоу. Тёмный ёж облокотился на стенку ванны и вытянул руки вдоль краёв. - Вот как, мог бы заметить, как я стараюсь, - усмехнувшись, он отвёл взгляд куда-то. Соник молчал и вглядывался в ежа напротив, понимая, что его реакция была лишней, его обида ушла в стыд. В конце концов, он и вправду повёл себя незрело. Еж медленно направился к старшему, укладываясь на пушистую грудь. - Прости, - Соник потёрся об него лицом и уткнулся в шею. - Всё нормально, это удивительно, но с недавних пор ты меньше бесишь, - откровенно признал чёрный. Он почувствовал жгучую боль в шее и с шипением взглянул на синего ежа. Тот тоже показался и с улыбкой облизнулся. - Месть за все прошлые разы. Я же тебя не раздражаю?~

***

Они провели там достаточно долгое время, вода в ванной постепенно остывала и становилось прохладно. Ежи проделали все процедуры для чистоты, помогая друг другу и играясь. Шедоу укутал синего ежа в полотенце и помог высушить иглы, как и Соник, хотя каноничные иглы чёрного ежа у него не получалось повторить. Шедоу телепортировал их обратно в комнату, не отпуская синюю лапу из своих, ведя того к постели. Они легли напротив друг друга, всматриваясь в глаза и какое-то время молчали. Соник заметил, что как будто Шедоу что-то хочет, но не знает, как спросить. - Что? - смутившись от пристального взгляда, всё же задал вопрос. - Ничего... Просто хочу тебя поцеловать... - Почему не целуешь? - Не знаю... я- Соник не дал ему договорить и приблизился мордочкой ближе, прикоснувшись губами к чужим, но не целуя. - Ты странный, но милый, - сказал Синий в загорелые губы. Шедоу смутился от того, что Соник уже не в первый раз говорил, что он мил, а тут ещё и таким образом. Подёргнув ухом, всё же ёж поцеловал, нежно, с хрупкостью, постепенно углубляя и вылизывая. От этого Соник усмехнулся и, обнимая, прижался к Шедоу, заметив, как тёмный любил кусаться и выливаться. В комнате стояла особенная, мягкая тишина - та, что бывает, когда весь дом будто выдохнул и наконец-то затих. Сквозь эту тишину мягко пробивалось мурлыканье ежей - негромкое, уютное, похожее на очень тихий, размеренный рокот. Они засыпали медленно, будто никак не могли отпустить ту тёплую, густую волну покоя, что накрыла комнату.