Хуеглот

Мне нравилось в нем все: начиная от внешности заканчивая его сучим характером. Мне нравилась его белоснежная кожа, такие же по цвету волосы, мягкие и все время взъерошенный, будто он не знает про существование расчески. Он разрешал мне их трогать. Я был не против. Нравился его курносый нос, полностью покрытый бледными веснушками. Он разрешал смотреть на себя сколько угодно. Я был не против. Но больше всего мне нравились его глаза: яркие, незабываемые и такие притягательные. Я бы мог смотреть на них вечность. Он просек это и часто смотрел мне в глаза. Я был не против. Мне даже нравились его клыки. Он старался улыбаться мне всеми зубами, показывая как большие, так и мелкие клыки. Я был не против, но не показывал этого. Мне нравилось, как он говорит на своем родном языке: мягко, ласково, картавя и красиво улыбаясь в этот момент. Он говорил на нем, когда был рядом со мной. Я был не против и он это знал, несмотря на все мои попытки скрыть это. Я был не против. И теперь я жалею об этом. Он неугомонный, всегда добьется того чего хочет. Этим он притягивал меня, но и отталкивал. Мне нравилось лишь наблюдать со стороны. Я был против того, чтобы говорить с ним. Он казался мне странным и заторможенным. Мне не нравилась ни его манера речи, ни его голос, ни его размышления. Ничего. Ничего кроме его собственной красоты меня в нем не привлекало. Но даже так… Мне нельзя. И ему тоже. Это чревато последствиями и проблемами. Нельзя.