Мнемофобия

Корсо сидел на краю фонтана, ожидая возвращения своего мастера. Он на мгновение закрыл глаза, вдыхая благоухающий воздух и наслаждаясь тихим шумом текущей воды. Почувствовав что-то на плече, он слегка повернул голову и увидел, что одна из птиц села ему на плечо. Улыбнувшись, он осторожно поднял руку и легонько почесал ей голову пальцем. Ему нравились птицы. Все они были такими милыми. Взглянув на свое отражение в воде, он заметил две вещи. 1. Его волосы выглядели немного длиннее, чем в прошлый раз, когда он проверял их длину. 2. Розовая лилия, которую его мастер вплел ему в волосы некоторое время назад, все еще была в полном цвету. Это показалось Корсо особенно странным. Он не уверен, стоит ли ему называть себя экспертом по растениям, но разве оно к этому времени уже не завяло бы? Может, это как-то связано с ним? Всякий раз, когда он прикасался к нему, или к любому другому здешнему растению, он чувствовал странное ощущение в руках. Возможно, он мог бы спросить об этом Мастера, но… а вдруг он ошибается? Как и в случае с пчелами… Корсо быстро пресек эти мысли. Он не хотел вспоминать об этом. Как же он ошибался . Он медленно поднялся, стараясь не потревожить птицу у себя на плече. Краем глаза он заметил несколько бабочек, порхающих возле васильков. Васильки, голубые, как глаза Мастера . Какой чудесный цвет. Двое из них отделились от остальных и приземлились на другом участке цветов; этим участком был… Астры. Фиолетовые с оттенком желтого… Фиолетовое четвероногое существо с острыми жёлтыми глазами — Нет, нет, не думайте об этом. Внимательно рассмотрев бабочек, он заметил их крылья. Одно жёлтое, другое зелёное… Почему эти два цвета вместе показались ему такими знакомыми? Почему при виде жёлтого он почувствовал улыбку, а при виде зелёного — закатил глаза? Корсо понимал, что это тот вопрос, который ему следовало бы задать Мастеру, но… А что если это приятное чувство узнавания было ошибочным? Его воспоминания о фиолетовом тени чудовище оказались неверными; а что если они снова окажутся неверными? Насколько сильно его память искажалась? Ему одному показалось, или же ощущение, которое он испытывал, прикасаясь к растениям, стало сильнее? И не только в руках. Вскоре оно распространилось по рукам и всему телу. Корсо почувствовал, как его трясет от этого ощущения, и рухнул на землю. Птица сдвинулась с его плеча, испуганная внезапным движением. Что происходит? Он не думает, что когда-либо испытывал что-то подобное, но что, если и это было неправильно? Что правильно, а что неправильно? Он не мог дышать. Корсо сидел, дрожа, обнимая колени и пытаясь остановить всё это, но безуспешно. И тут это случилось. Яркий розовый свет ослепил его, и это ощущение внезапно вырвалось наружу. Внезапно он почувствовал каждое растение в саду, узнал все его мельчайшие детали, услышал их словно рев в ушах. Это было уже слишком. Корсо показалось, что он, возможно, закричал, но из-за сильного шума во всем саду было трудно сказать наверняка . Он свернулся калачиком, крепко зажмурив глаза (из-за яркого розового света он ничего не видел), и запустил пальцы в волосы, пытаясь отгородиться от всего этого. Это не сработало. Он не мог двигаться. Он не мог дышать. Он не мог думать. Птица все еще была рядом с ним, отчаянно ворковала, пытаясь ему помочь? Или и это было неправильно? Он сам себя довел до этого, когда увидел астры и бабочек? Когда его разум пытался что-то вспомнить? Он не хотел, чтобы это произошло! Он не хотел вспоминать чудовище! А что, если он еще и неправильно помнил цвета бабочек?! Насколько сильно он ошибался ? «Корсо, что происходит?!» С ним кто-то был. Он не знал кто. Шум в саду был слишком громким, чтобы он мог разобрать их голоса. Он надеялся, что это Мастер. Мастер мог бы ему помочь. Ему нужно было встать. Но он так боялся, что то, что он пытался вспомнить, снова окажется неправильным. «А вдруг всё снова пойдёт не так?!» — с трудом выговорил он. «Это слишком! Я не знаю, что делать!» Корсо чувствовал себя парализованным. Всё стало невыносимо. Он просто хочет, чтобы всё это прекратилось! Он почувствовал, как кто-то схватил его за плечи, отчего он ахнул и открыл глаза. Он посмотрел вверх, странный розовый свет все еще ярко светил перед его глазами. Но едва различимо он мог разглядеть что-то еще. Холодный синицй цвет, который, казалось, светился… Медленно, но верно, он почувствовал, как снова может дышать, шум в саду стих, и он смог услышать знакомое жужжание помех в ушах. «Корсо, ты меня слышишь?» Голос теперь был отчетливым. Мастер был с ним. Это были сияющие голубые глаза Мастера . Это был тот самый статический шум, который иногда создавал Мастер, заставляя все затихать. Он слегка кивает. «Я… я вас слышу, Мастер…» «Превосходно», — слышит он похвалу Мастера. Похвала была хороша . «Теперь мне нужно, чтобы ты успокоился. Пусть всё остальное исчезнет. Нет страха, только покой». Он смутно почувствовал, как его руки распутались из волос и опустились вдоль тела; статическое электричество пробежало по нему, унося с собой ощущение невесомости. Его мысли успокаивались, и он чувствовал спокойствие. «Вот и всё. Не нужно паниковать», — нежно сказал Мастер. «Я здесь. Я всегда буду оберегать тебя». Да… всё верно. Хозяин всегда будет его оберегать. Не было причин паниковать. Зачем ему было паниковать? Он что, паниковал? Разве у него в ушах не было яркого розового света и не раздавался гул? …Да ладно, это не имело значения. Важно было то, что Мастер был здесь, его голубые глаза светились , а статическое электричество дарило ему умиротворенное оцепенение. Он смутно почувствовал, как его притянули в объятия мастера, чья-то рука легла ему на подбородок. Ему нравилось, когда мастер держал его. «О, бедный маленький Корсо…» — услышал он голос мастера. — «Ты действительно беспомощен без меня, не так ли?» Да… да, он был беспомощен, когда его мастера не было рядом. Он это понимал. Затем он смутно почувствовал, как губы мастера нежно прижались к его лбу. Ему нравилось, когда мастер так делал. «Всё в порядке, маленькое сердечко. Это значит, что я всегда буду возвращаться, чтобы заботиться о тебе». Да… даже когда мастер уходил, он всегда возвращался, чтобы позаботиться о нём. Он не знает, что бы делал без масьера. Его мастер поправил их позы, и корсо почувствовал, как его голова опустилась на грудь; в ухе слышалось биение сердца мастера. Перед тем как снова увидеть светящиеся голубые глаза , он о чём-то думал , но сейчас это казалось таким неважным. Что бы это ни было, он мог подумать об этом позже. Сейчас не было необходимости думать; всё было в порядке. Всё было хорошо. Всё будет хорошо. И, почувствовав, как пальцы его мастера нежно перебирают его волосы, Корсо никогда не испытывал большей благодарности за то, что у него такой добрый мастер.