Пушистый подарок

      Хисын возвращалися домой в один самый обычный день. Сегодня пятница, он допоздна засиделся на студии за новой песней. Вдохновение накатило на Ли само собой после тяжёлого рабочего дня в офисе, поэтому он решил его не упускать и на первом же автобусе отправился в студию. На улице осень, лёгкая прохлада. Поплотнее укутавшись в тёплый коричневый полосатый шарф, Хи идёт по парку. Темно, хоть глаз выколи, но видны ещё редкие фонари, встречающиеся на пути. Уже наверное далеко за полночь, но Ли рад, что сегодня так много написал. В тексте получилось что-то про веру в себя, упорство и труд. Не самый лучший результат, но точно один из самых лучших за последнее время. Хисын шёл и пинал ногами маленький камушек, до этого мирно лежащий на асфальте.       Сняв беспроводные наушники и пройдя метров с десять, Хи слышит непонятный шум. Что-то между скрежетом, копошением и тихим писком. Ли решил последовать за источником звука. Он подходит к одиноко стоящей лавке и видит под ней что-то живое. Пушистый комок. Кот!       Хисын поднимает животное за тельце под верхними лапками и рассматривает. Кот не особо большой, значит ещё молодой. Потрёпанный, грязный и немного мокрый, на левой щёчке подтёк свежей крови. — Маленьй, это кто тебя так? Надо бы тебя подлатать.       Хи разматывает шарф с шеи и заматывает в него пушистика. — Я его потом постираю, а тебе лучше не болеть.       Кот отвечает тихим мяуканьем и поудобнее ложится в шарфе. В такой тишине Ли со своим новым подопечных походит до дома. Зайдя в квартиру и разувшись, Хисын сразу направляется в ванную. Шарф с пушистиком он кладёт на стиральную машинку, чтобы набрать в ванну немного воды. Он набирает тёплую, краем глаза поглядывая на кота. Тот своими большими глазами чётко уставился на Хи, отчего парень улыбнулся. Остановив поток воды Хисын разворачивает шарф, вынимая оттуда пушистика. Он поджимает задние лапы рефлекторно, когда касается воды, но не проявляет особого протеста. Когда Ли проходит большими пальцами за его ушками, по мордочке и шее, то до ушей Хи доносится тихое мурчание. Кот нежится в горячей воде и прикрывает глазки. Воспользовавшись небольшим количеством своего геля для душа теперь Хисын наконец может рассмотреть окрас животного. Белый, с рыжими пятнами, разбежавшимися по всей поверхности шерсти, в том числе и хвосту. Теперь вид пушистика был намного более презентабельный, чем тогда под лавкой. — А ты красивый, оказывается. Хочешь есть?       Ли сам себе усмехается. Кот что, ответит на его вопрос? Ха-ха. Хисын берёт с полки чистое полотенце. Он сначала ставит пушистика на пол, вода ещё капает большими каплями, после промакивает его полотенцем, а затем в него заворачивает и идёт на кухню, беря кота на руки.       Хи кладёт свёрток с питомцем на барный стол, совмещённый с плитой, и открывает холодильник. — И что же ты ешь вообще? Может мясо? У меня со вчерашней доставки остался неплохой стейк.       Ли достаёт тарелку со вчерашним ужином и ставит её на стол. Он берёт блюдце и кладёт на него небольшой кусок мяса, отрезанный для кота. Тот, зашевелив носиком, выползает из пропитавшейся влагой материи и идёт к предложенному лакомству. Хисын улыбается вновь. Он рад, что у пушистика есть аппетит. Кот поедает стейк с большим удовольствием, немного торопится. Хи кладёт на стол также открытую картонную упаковку с молоком и после намеревается разогревать ужин уже себе. Он отходит чуть дальше, отворачиваясь к микроволновке, как вдруг слышит падение какого-то предмета на пол. Хисын оборачивается. Молоко. Оно упало на пол и теперь струйка белой жидкости образовала лужицу на паркете. Кот как нивчём не бывало стоит на столешнице и смотрит сверху вниз. — Проказник, — говорит Ли и садится на корточки.       Пушистик спрыгивает на пол и начинает лакать молоко. Хи снова глупо улыбается, гладя кота за ухом. Он не торопится убирать упаковку, предотвращая этим увеличение размера лужи и просто наблюдает за прелестный существом, оказавшимся у Хисына дома так не запланировано. — И как тебя звать то, пушистик?       Немногим позже парень всё-таки убирает беспорядок на кухне, находит коту мягкую подушку и тёплый пушистый плед, и располагает нового жильца подле себя на постели. Перед сном сменяя свою уличную одежду на обычные, немного потрёпанные серые спортивки и, немного полюбовавшись задремавшим пушистым чудом, тоже засыпает.

***

      Суббота, можно никуда не торопиться, но Хисын встаёт рано уже по привычке от выработанного работой в офисе режима. Через тюль пробиваются солнечные лучи, которые из-за ранней осени ещё не появляются в позднее утро. Стянув с лица одеяло, Ли протирает глаза руками и ложится на спину.       Позже он садится вертикально, чтобы окончательно проснуться и поворачивает голову влево, дабы проверить наличие пушистого друга на второй половине широкой двухместной кровати, но.. кота там нет.. там.. лежит парень? Парень? Чего? Хи протирает глаза, чтобы проверить, не мерещится ли ему, но нет, парень так и остаётся лежать рядом.       Волнистые блондинистые пряди раскидались по подушке и спадают на глаза, губки во сне немного приоткрыты, тело.. совершенно нагое. Из-под пледа виднеется худые длинные ноги, немного заметны очертания тонкой талии, на подушке покоятся небольшого размера ладони. Но то, что больше всего удивило Ли, так это хвост и уши, имеющиеся у юноши. Среди волос Хисын разглядел два аккуратных кошачьих ушка, окрашенных в бело-рыжий цвет. Рыжий хвост же бесчувственно свисал с кровати. Всё же кот вчера был, но похоже и парень сейчас тоже настоящий. Это одно и то же существо?       Несмотря на большое количество появившихся вопросов Хи не решается будить незнакомца. Он поплотнее укрывает его пледом, зашторивает окна и оставляет на краю кровати одну из своих обычных серых толстовок с надписью «Los Angeles» и пару тёплых вязанных носков. Вчера кот показался ему весьма потрёпанным, поэтому кто знает, может он давно не спал так крепко. Ли ещё раз глазами обводит хрупкий стан юноши и выходит за дверь на кухню. Там парень принимается готовить завтрак для себя и того, кто спит в его комнате. На столе появляются две тарелки с яичницей и сосисками, две кружки заказанного айс латте, два тоста. Ей богу, у Хисына давно не было дома никого, кроме его лучшего друга Джея, а тут..       Когда Хи наконец присаживается на табурет, чтобы приступить к завтраку, дверь в спальню отворяется и Ли застывает с поднятым стаканом своего напитка в руках. Незнакомец появляется из-за двери в той самой толстовке, которую Хисын оставил на краю кровати. Предмет одежды сидел на стройном теле юноши очень свободно, доставая чуть ли не до середины бёдра и прикрывая часть пальцев на руках. Носки стали гармошкой на лодыжках. Теперь пряди волос выглядели немного приглаженными и можно было рассмотреть лицо парня. Немного острые черты лица, аккуратные губки, кошачий разрез глаз, на щеке виднеется царапина, что была и на мордочке котёнка. Ушки были немного прижаты к голове, когда незнакомец стыдливо опустил глаза в пол. — Извините, я.. — Садись поешь, потом поговорим.       Парень спешно кивнул и сел рядом с Хи. Он ел достаточно быстро, словно давно испытывал сильный голод. — Не торопись, я не собираюсь отбирать у тебя еду, — Ли просил как можно мягче. — Извините.. — Не извиняйся, пожалуйста.       Чтобы унять небольшое волнения юноши Хисын гладит его легонько по голове. Незнакомец прикрывает глаза и немного подаётся в сторону руки. Хвост сзади напоминает о себе, легонько обвивая ножку табурета. Реально как кот. Ли усмехается тихо, чтобы не спугнуть. Затем, поглядывая на бывшего «пушистика», продолжает свою трапезу. — Ну и откуда ты такой? — Я.. я гибрид.. Смесь человека и животного. Кота. — Да, это уж я понял. А где твои родители? — Отец выкинул нас с мамой на улицу. Сказал, что хватит с него таких «чудес» и что он хочет «нормальную человеческую семью». — Почему он это сказал только сейчас? — Не знаю. Наверное мы ему просто наскучили. Я точно знаю, что мама не была его единственной, поэтому.. — А где сейчас твоя мама? — Этого я тоже не знаю. Я бродил несколько дней в её поисках, но так её и не нашёл. Спасибо.. что спасли меня. Я даже и не знаю, чем Вас отблагодарить. — Скажи сначала своё имя. — Ч-чонвон. Ян Чонвон. — Чонвон, не беспокойся об этом. То, что я сделал — это обычная забота. Ты в безопасности и я не намерен выкидывать тебя также, как твой отец. Я помогу тебе чем смогу. Похоже, в ближайшие дни я не заскучаю. — Спасибо Вам ещё раз. — Давай перейдём на «ты». А то я начинаю чувствовать себя намного старше.       Вон улыбает менее робко и, поддаваясь влево, крепко обнимает Хисына. Кажется настолько крепко, что Хи даже нечем дышать. Расслабленно улыбнувшись в ответ он обнимает Яна в ответ, поглаживая правой рукой по волосам на затылке.

***

      Чонвон стал важной частью жизни Ли за достаточно короткий промежуток времени. Теперь же, когда уставший Хисын шёл домой после тяжёлого рабочего дня по тому самому парку он понимал, что его ждёт не пустая квартира, одиночество и любимая гитара, а уют и такой же живой, как и сам Хи, человек. Ему откроют дверь, встретят у порога, накормят. Оказывается, кстати Вон очень вкусно готовит и красиво рисует. Вечера всё чаще проводятся вместе за гитарой и долгими разговорами. У Ли пробудилось особое вдохновение. Он реже выезжает на свою съёмную студию и всё чаще пишет дома. Тогда он прикрывает дверь в спальню, чтобы не будить Яна и, сидя за кофейным столиком у дивана на полу, записывает поток своих мыслей. Тексты стали выходить более лёгкими, воздушный и красивыми. Однажды вечером Хисын задумался, почему так и быстро осознал одну вещь. Он влюблён. В эти светлые кудри, в это стройное тело вместе с ушами и хвостом. Не смотря на то, что они вместе с Чонвоном заказали ему одежду в груди Хи раз за разом что-то замирало, когда он видел Вона в своих вещах, в которых Ян казался маленьким. Его Вон. Тот, который подходит и обнимает готовящего завтрак Ли со спины, который коротко чмокает Хисына в щёку перед сном, прежде чем отодвинуться на другую половину кровати. Хочется сжать его в вечных объятиях и не отпускать. Быть может, конечно, не только обнять.. Будто бы специально иногда Чонвон дышит около самого уха, или протискивается за каким-то предметом перед Ли, когда можно его же попросить подать. В эти моменты в силу своей слабой на такие вещи воли Хи поддаётся вперёд, отступая, когда слышит довольный выдох и чужие прикрытые глаза. Вот же.. кот. Ну реально. Почесать за ушком только не хватает. Кстати об ушах, они у Яна будто своей жизнью живут. Любая эмоция, любой внешний раздражитель — они двигаются будто сами по себе. Когда Чонвон особо рад, то они ходят ходуном, когда огорчён или чувствует свою вину за что-то — прижимаются. Милашка.       В первые дни, хоть и чувствовав при этом огромнейшую неловкость, Ли забрал доставку с игрушками для кота. Нет, не подумайте, Хисын не какой-то там извращенец, сделал эту покупку в ночь, когда пушистый комок мирно сопел рядом с ним. Встречая курьера, Хи услышал смешок, принадлежащий Вону, и думал возвращать, но услышал тихий шёпот, прежде чем юноша скрылся в ванной. — Оставь, пригодится.       Тогда Ли и вправду оставил, неоднозначно хмыкнув. Возвращаясь домой с излюбленной студии или офиса Хисын замечал, как Чонвон, в обличии кота, лежащий на ковре играл с маленькой игрушечной белой мышкой или краем специальной палки с пёрышками. Тогда Хи, не подавляя улыбки, садился рядом игрался с котом. Тот тянулся, цеплялся коготками за цветастые перья и перекатывался на спинке под заливистый смех и похвалы Ли. И как-то раз, попивая привычный утренний кофе из доставки на этот раз с пончиком с начинкой Snickers, задумался.       «Интересно, а как бы он выглядел, если бы играл с ними, пока находится в облике человека?»       Эта ненавязчивая мысль стала приходить в голову Хисына всё чаще. И то же касается не только игрушек. Как бы Вон делал обычные повседневные вещи находясь в обличии пушистика? Или.. как бы он делал что-то кошачье, будь человеком? Не раз в такие моменты в голову Ли приходили мысли о том первом дне, когда кот опрокинул упаковку молока со столешницы и слизывал его с пола. А что, если бы Чонвон лакал это молоко, стоя на четвереньках, опёршись руками об пол. Господи, от одной мысли об этом внутри что-то приятно скручивалось.       «Боже, Хисын, ну и когда ты до этого докатился? С каких пор ты стал таким извращенцем?»       Но несмотря на то, как бы себя Хи не корил за такое, он не раз доводил себя до пика наслаждения в душе под струями тёплой воды. Тогда он старался издавать минимальное количество звуков из-за собственного стыда перед Яном.

***

      В один из четвергов, уже почти как через три недели после поселения Вона в одной квартире с Хисыном, второй решил расставить все точки над «и». Рассказать, о своих чувствах. Если они уже вышли за рамки простой нежности и тепла, то дальше тянуть уже некуда.       Возвращаясь с работы раньше обычного Ли решает заскочить в цветочный за небольшим аккуратным букетом белых роз, а после в продуктовый, за сочными ягодами клубники, которую, как выяснилось, очень любит Ян. — Вонни, я дома.       По привычке ожидая встретить в коридоре юношу, ждущего его возвращения, но встречает пустоту. Странно. Обычно, когда Хисын воприходит его уже с порога ожидает нескончаемый поток речи, принадлежащий Чонвону. Тот болтает обо всём: о погоде, о состоянии Хи, о своём дне, о новостях из телевизора и многом другом. Но сейчас как-то не понятно тихо. Да, Ли с Яном не раз обсуждали то, что он может выходить за пределы квартиры по своему желанию в любое время, но Вон очень редко пользовался этой возможностью, ссылаясь на то, что вероятнее всего потеряется и не сможет найти дорогу к Хисыну. — Вонни, ты дома?       Тишина была ему ответом. Подумав, что вероятнее всего Чонвон бродит где-то на улице, пошёл по длинному коридору на кухню, чтобы на стойке оставить свои небольшие «взятки» к признанию и собирался было пойти в свою комнату, застыл на месте. Из спальни шло какое-то странное копошение. Больше не говоря ничего Хи не спеша на цыпочках пошёл к двери в эту комнату. Немного приоткрыв её Ли замер, задержав дыхание. Источником звуков был.. Вон. Он лежал в изголовье кровати, прижимая к носу ворот одной из толстовок Хисына, которую тот ему одалживал и гладил свой клитор. То, как его бровки надламывались к переносице, глаза были закрыты и нос жадко впитавыл аромат Ли и его одеколона с кофты выглядело как что-то волшебное. Что-то, что похоже доступно лицезреть только Хи и какой же это просто огромный плюс. Хисын всё же решается зайти. — Вонни, что ты делаешь?       Блондин резко отвлёкся от своего занятия, широко распахивая глазки с длинными ресницами. Он выглядит виноватытым и.. очень милым. — Хисын.. Я.. Мм... Очень плохо без тебя.. Очень жарко..       Ли быстро сократил расстояние, присаживаясь на белые простыни рядом с Чонвоном. Он немного дёргается, но своего лба не отнимает, когда Хи касается его тыльной стороной ладони. — Да ты весь горишь. С тобой всё хорошо? — Нет.. Ммм. Помоги, хён.., пожалуйста, — Вон кладёт руку Хисына прямо на свои половые губы без всякого стеснения.       Лицо Ли наверное вспыхивает от такого резкого неожиданного движения со стороны младшего, но до него быстро доходит. Точно. Течка. Джей как-то говорил ему что-то об этом, когда они вместе сидели на студии и Хи рассказывал ему о новом необычно жилье своей квартиры.       «— В этот период, Хисын, кошачие требуют особой ласки. Ты понимаешь о чём я. Не слети с катушек, когда он начнёт просить твоей помощи.»       Так, ну похоже с этим Ли скоро проебнётся. Блять.. — Что ты хочешь, малыш? — Сними. — Вон тыкает пальцем прямо в его джинсы в зоне паха — И то, что под ними тоже.       Хи повинуется, меняясь с Чонвоном местами. Ян улыбается, ушкие его пару раз дёргаются, а хвост несколько переваливается из стороны в сторону, когда перед его глазами предстаёт член, уже полувставший из-за одного только вида Яна. Сейчас он как кот, готовый напасть на свою добычу. — Напоминает сосиску. Что будет, если я откушу?       Хисын смеётся, но плоть всё равно предательские дёргается. Вот же. — Хочешь, чтобы я откусил? — Просто возьми, если хочешь.       Ли закатывает глаза, когда его член накрывают губы Чонвона. Сначала он целует головку, потом погружая её в свой рот, двигаясь вверх и вниз. Не заглотив даже половины Ян давится. Хисын стонет от того, как его плоть уже упирается в глотку юноши и немного играет с его блондинистыми прядями волос. Идеально. — И кто же там говорил про откусить, малыш? Ты даже половины взять не можешь.       Вон отстраняется с милым огорчением и скрещивает руки на плоской груди. — Да? Ну кто же знал, что ты такой большой.. — Или у кого-то очень маленький ротик. — Эй! — Ладно-ладно, я шучу. А сейчас серьёзно. Вонни, — Хи притягивает Чонвона в свои объятия, второй даже не сопротивляется, сжимая пальчики на русых волосах на затылке — я изначально хотел тебе сказать кое-что. Ты для меня стал очень важным за последнее время и я не хочу, чтобы ты думал, что сейчас это обычный поток страсти и после я буду делать вид, что ничего этого не было. Я так не могу. Я люблю тебя и не хочу, чтобы ты думал, что я тебя просто использую. Тебе не обязательно говорить что-то сейчас, но.. — Хён, помолчи. У меня не интеллект пятилетнего ребёнка. Не думай, что я ничего не знаю, слышал тебя в ванной.. — Ли прячет свои румяные щёки и стыд в плече Вона от его игривого тона. — Прости.. — Не извеняйся. Лучше знаешь что? — Что?       Оставляя вопрос без ответа, Ян раз проезжяется ягодицами по члену. Хисын руками окутывает его ноги, фиксируя в одном положении. — Ты правда этого хочешь, малыш? — Да. Я впервые чувствую, чтобы так болело вот здесь, — Чонвон кладёт одну свою руку на живот чуть ниже пупка. — Это твоя первая течка, котёнок? — Да.. Пожалуйста, хён, не останавливайся только из-за этого. — Не буду. Я буду очень нежен.       Проверяя растяжку Ли проникает пальцами в мокрое лоно. — Похоже кто-то баловался себя, пока меня не было дома. — Тебя не было слишком долго.. Ахх. И это единственное, чем я мог занять себя.       Хи хмыкнул и приставил свой член к сужающемуся входу. Дырочка Вона жадно заглотила головку вместе с тем, как младший протяжно сладко простонал. Чтобы немного унять боль от проникновения Хисын поцеловал Яна в губы, которые тот часто кусал. Чонвон отвечал неумело, но с большой пылкостью, которая сглаживала все недочёты. Когда он полностью опустился на твёрдую плоть Ли дал ему и себе время, чтобы привыкнуть к новым ощущениям. Обождав короткий промежуток времени Ян самостоятельно насаживается один раз, от чего разрождается ещё несколькими волшебным стонами. — Боже, котёнок, в тебе так хорошо. — Т-ты такой большой. Мне очень нравится, но мне нужно время, хёни. — Хорошо, малыш. Как только мы закончим тебя ждёт вкуснейшая клубника. — Ты лучший!