Контракт

«Твой образ в сумраке преследует меня, И каждый миг с тобой — мой райский сон. Я обречён, но до последнего дня Мне помнить свет, что был тобой зажжён.»

***

Библиотека встретила нас запахом старой бумаги, воска и чего-то неуловимо сладкого — то ли ваниль, то ли время, застывшее между стеллажами. Я шла за Каином, глядя на его широкие плечи и прямую спину, и думала о том, что ненавижу его больше, чем разорившую нас компанию отца. — Вы так и будете сверлить мне спину взглядом, мисс Синклер? — спросил он, не оборачиваясь, и голос его звучал насмешливо. — Или всё-таки соизволите показать обещанную библиотеку? — Я обещала? — Я прислонилась к стеллажу, скрестив руки на груди. — Ах да, вы сами придумали эту ложь на ходу. Простите, не успела выучить сценарий. Он резко развернулся. Сделал шаг ко мне — и вот мы уже стоим так близко, что я чувствую запах его одеколона: кедр, табак и что-то горькое, как полынь. — Сценарий, — повторил он, и в уголках его губ дрогнула усмешка. — Вы думаете, я играю по сценарию, мисс Лэйн? Ошибаетесь. Я импровизирую. И вам советую научиться тому же, если не хотите, чтобы эти стервятники разорвали вас на части. — Я сама кого хочешь разорву, — усмехнулась я в ответ, глядя ему прямо в глаза. — Не забывайте, профессор, я ваша жена только на бумаге. В реальности я та, кто может свернуть вам шею быстрее, чем вы успеете прочитать свою следующую лекцию. Он засмеялся. Коротко. Сухо. Как будто я сказала что-то действительно забавное. — О, я помню ваш файл, — сказал он, приблизившись ещё на полшага. — Три года рукопашного боя. Два года фехтования. Красный пояс по джиу-джитсу. Вы опасны, мисс Синклер. Но вопрос в другом: сможете ли вы применить это против меня? — Хотите проверить? — моя бровь взлетела вверх. — В другой раз. — Он отступил, поправляя манжет рубашки. — Сегодня у меня лекция через двадцать минут. А вы, кажется, хотели взять книгу по когнитивной психологии? Я замерла. — Откуда вы... — Я знаю о вас всё, — перебил он, и в его голосе промелькнуло что-то тёмное. — Ваши оценки, ваши привычки, ваше любимое место в библиотеке — третий стеллаж, вторая полка, у окна. Вы берёте книги и читаете, пока не стемнеет, а потом забываете поужинать. Ваша подруга Мила приносит вам бутерброды, но вы едите их только если она угрожает рассказать вашей матери о том, как вы подрались с деканом на первом курсе. У меня перехватило дыхание. — Ищейка! — в голосе уже не было насмешки — только холодная сталь и раздражение — Я наблюдательный, — просто ответил Каин. — И мне нужно знать, с кем я делю фамилию. Кстати, о фамилии: вы взяли мою. Это был ваш единственный вопрос? Или условие? Я молчала. Смотрела на него и видела не просто профессора-миллиардера, а кого-то, кто умеет читать людей как открытые книги. Это пугало. И бесило. — Условие которое я сомневаюсь что вы сможете выполнить — наконец сказала я, отталкиваясь от стеллажа –И что же такое мне не под силу? – мне нужен человек, который выберет меня. Который поставит меня на первое место, даже если на кону будет самое дорогое. Сможете, профессор Синклер? Сможете выбирать меня, когда всё пойдёт прахом? Он смотрел на меня долго. Так долго, что я начала слышать, как стучит моё сердце. — А вы? — спросил он тихо. — Сможете ли вы выбрать меня, когда вам предложат нечто большее, чем брак по расчёту? — Я уже выбрала, — ответила я, чувствуя, как слова обжигают горло. — Я выбрала ненависть. Потому что это единственное, что не предаёт. Каин шагнул ко мне. Его пальцы коснулись моего запястья — легко, почти невесомо, но по коже побежали мурашки. — Тогда мы квиты, — прошептал он. — Потому что я тоже выбрал ненависть. Но, видите ли, мисс Синклер, есть одна проблема. Я выгнул бровь — Ненависть и страсть — сёстры. И они обе требуют выхода. Он отпустил мою руку и ушёл, даже не обернувшись. А я осталась стоять в тишине библиотеки, чувствуя, как внутри разгорается пожар, который не потушить никакой книжкой.

***

Три дня спустя. Университет. Лекция Каина Синклера. Я сидела на последнем ряду, положив ноги на соседнее кресло, и демонстративно жевала яблоко, пока он рассказывал о когнитивных искажениях. — ...и, таким образом, субъект склонен интерпретировать информацию в пользу своих убеждений, — вещал Каин, расхаживая перед доской. — Например, если человек убеждён, что его партнёр ему изменяет, он будет видеть подтверждение этому в любом действии. — А если партнёр действительно изменяет? — спросила я громко, перебивая его. Все обернулись. Каин остановился. Медленно повернулся ко мне. — Мисс Синклер, — произнёс он с ледяной вежливостью. — Вы хотите привести пример из личного опыта? В аудитории послышались смешки. Я улыбнулась — самой сладкой улыбкой, на которую была способна. — Нет, профессор. Я просто подумала, что ваша теория далека от реальности. Вот вы говорите о субъективной интерпретации. А что, если объективной реальности вообще не существует? Что, если всё, что мы видим, — это наша проекция? — Интересная мысль, — он подошёл ближе. Остановился прямо перед моей партой. Снял очки и посмотрел на меня — так, что у меня внутри всё перевернулось. — Но если реальность — проекция, то что вы скажете о своём замужестве? Это тоже проекция? Или вы всё-таки признаёте, что я существую объективно? — Объективно вы — головная боль, — парировала я, не моргая. — И, кажется, у меня на вас аллергия. — Возможно, это химия, — усмехнулся он. — Знаете, мисс Синклер, иногда два противоположных элемента, вступая в реакцию, дают взрыв. — Тогда мы с вами — гремучая смесь, — ответила я, чувствуя, как воздух между нами искрит. — Я обожаю гремучие смеси, — сказал он, наклонившись к моему уху, так что его дыхание коснулось моей щеки. — Они самые интересные. Он выпрямился и продолжил лекцию, а я сидела и чувствовала, как сердце колотится где-то в горле. Чёрт бы его побрал.

***

Позже, в коридоре, меня перехватила Мила. — Вы что, решили сжечь университет дотла? — прошипела она, хватая меня за руку. — Ты хоть видела, как он на тебя смотрел? Он тебя раздевал взглядом! — А я его — мысленно кастрировала, — фыркнула я. — Мы квиты. — Квиты? — Мила закатила глаза. — Лэйн, вы флиртуете так, что искры летят. Все уже делают ставки, когда вы дойдёте до постели. — Никогда, — отрезала я. — Я лучше умру. — Ну-ну, — усмехнулась Мила. — Посмотрим.

***

Вечер. Особняк Синклеров. Я сидела в гостиной с книгой, когда Каин вернулся с работы. Он прошёл мимо, даже не взглянув на меня, но остановился у двери. — Мисс Синклер. — Профессор? — Завтра у вас экзамен по моему предмету. Я буду принимающим. Я замерла. — Вы не можете. Это конфликт интересов. — Могу, — усмехнулся он. — Я здесь главный. И я хочу лично убедиться, что вы знаете материал. Или вы боитесь? — Я? Боюсь? — Я отложила книгу и встала. Подошла к нему почти вплотную, чувствуя, как напряжение между нами становится осязаемым. — Я не боюсь вас, Каин. Я вас презираю. — Презирать — тоже чувство, — прошептал он, и его рука легла на мою талию — так быстро, что я не успела среагировать. — А значит, я вам небезразличен. — Отпустите, — выдохнула я, чувствуя, как его пальцы прожигают ткань платья. — А если не отпущу? — Тогда я покажу вам, что значит драться по-настоящему. Он засмеялся, но руку убрал. Отступил на шаг. — Жду завтра на экзамене, мисс Синклер. Постарайтесь не провалиться. И ушёл, оставив меня стоять в гостиной с бешено колотящимся сердцем.

***

Я не знала, что в этот же вечер, сидя в своём кабинете, Каин смотрел на старую фотографию, где были изображены двое — мужчина с кроваво красными глазами и женщина с огненными волосами. Он провёл пальцем по стеклу и прошептал: — Эрида... ты вернулась. И в его глазах блеснул нечеловеческий свет.