Это и есть выход

             Судьба часто преподносит нам то, о чём мы больше всего молили Всевышнего не случиться. То, чего действительно никогда не хотелось, чтобы произошло наяву. И правду говорят, не бойся, если ты не хочешь, чтобы это действительно вышло боком. Чем больше страха, тем больше вероятности. Лично готовишься к этому годами, месяцами, днями, каждый раз реагируя на ложные позывы плохого предчувствия. Вот, оно точно случиться сейчас: этим вечером, когда дела окажутся позади, а вечер одарит долгожданным спокойствием. Хотя остаются ли они, дела, позади? Это ведь уже другая история, верно?       И пускай это предчувствие остаётся паранойей, случится страшное только тогда, когда ты этого не будешь ожидать. Именно сегодня. В обычный день, со своими проблемами, которые начинают наваливаться друг на друга, как и то, чего ты избегал всеми возможными способами.       Его нашли. Ну, почти. Точнее, это было вопросом времени, однако, его самоуверенность не давала повода усомниться в своей скрытности. «Им меня не найти» — это ли не твои слова, Джейк? А что же сейчас? Сейчас это было только его личным решением направиться сюда, чтобы ей не потребовалось идти сюда самой. Благородно? Он даже не думал об этом. Он думал о том, что рад своей инициативе, ведь сейчас на его месте могла оказаться Она.       Правда, у них были разные ситуации. За ней точно не было хвоста. И вряд ли на её плечах был такой тяжкий грех.       И всё же, у Джейка не оставалось времени занимать себя самокопанием и размышлениями о добре и зле. Он чувствовал напряжение каждым сантиметром своего тела, чувствовал, как его пальцы сжимали карту, дающую последний шанс выйти отсюда незамеченным. Чувствовал, как зрачки сужались от внутреннего волнения и судорожно метались из его возможного местоположения к месту, где предполагался люк за водопадом Гримрока. Он действительно боялся. Он вообще не признается, что всегда боялся, несмотря на четырехлетние побеги от всех в этом мире. С каждым новым укрытием это входило в привычку, а сожаление о содеянном отходило на второй, пятый, десятый план. А потом и вовсе осталось на кромках подсознания, как напоминание о том, почему он стал таким. Он сожалел, но не как прежний Он. Та ещё заноза в заднице. Преступник не хуже того, из-за кого он вынужден сейчас светить себе путь под гулкий звук капель где-то там, за спиной пещеры.       Ноги сами суетливо волокли его по подземным лабиринтам. Схемы и правда старые, а может никто и не бывал здесь после того, как они были созданы. Зачем кому-то довелось бы сюда пробираться? Если только ты не какой-то похититель. А ведь Майкл где-то до сих пор здесь, и он может с ним в любой момент столкнуться. Вот только преследователи являлись главной причиной адреналина, что кипел в крови и позволял с бешенной скоростью пробегать более длинные дистанции, поэтому мысли о нем быстро ускользали от него. Света фонарика порой было недостаточно, и носки уже грязных ботинок спотыкались о куски потолка, что осыпались с верха, хлюпали от луж, которые он не обходил. Где-то чуть не расшибал лоб о выпирающие каменные неровности, но чудом избегал их, наклоняясь и лавируя. Взгляд мельком озарил смятую в руке карту, что он небрежно раскрыл, когда природные препятствия миновали.       Недалеко. У него нет права на ошибку — её в целом никогда не было, а сейчас тем более.       Боишься — не делай. Делаешь — не бойся. Поэтому стоило бы взять себя в руки. При нём всё ещё его рассудок и годами наработанная физическая ловкость. Он должен справиться. Он и не такое переживал. Его ждут наверху, и Джейк уверен, умри он здесь, она бы достала его с другого света, чтобы тот, идиот, знал, каково это — пропасть после того, что между ними прояснилось. У него даже времени нет, а всё равно думал о ней и улыбался, как дурак. Маска чуть приподнялась от взмывших вверх уголков губ, но тут же опустилась. Ведь…       Чем дальше он проходил, тем тяжелее становилось дышать.       Окруживший запах спёрто отзывался в лёгких, а перед глазами сгущалась серая дымка, которой быть тут не должно. Запахло гарью и смолью. В противовес этому в тоннелях становилось светлее, отражая тёплый, пусть и ещё тусклый отсвет на стенах, и фонарик в руке уже казался вовсе ненужным. А это означало только одно. И это одно совсем не нравилось Джейку. И его глазам, что начинали раздражаться, проходи он чуть дальше.       Он вновь рассматривал своё возможное местоположение на карте. Судя по его предположительным расчетам, где-то на этой территории пещер и держали Ханну и Ричи, и от этой констатации в черепной коробке стало накалом тесно другим размышлениям. Одновременно с этим всё нутро Джейка завопило о первостепенных планах, не позволяя упасть в котёл собственной головной боли. Недолгое прямо и более долгое налево. Тут совсем чуть-чуть.       Вот только. . . Языки пламени тенью насмешливо манили его впереди за поворотом, рыжим сиянием демонстрируя своё пришествие. Они искривлённо шевелились на стенах, превращаясь в нечто живое. Оттуда же вываливался тот самый дым, что до прихода сюда мешал видеть чётко, словно не дым, а усыпляющий газ, приоткрывая Джейку ужасающее его разуму откровение.       Так вот что тебе пришло на ум? Сжечь всё дотла, осознав, как твой план канул в лету, и сбежать от своих ошибок? Чтобы не нашли никаких улик, кто на самом деле скрывался за всем, что ты натворил? Жаль, он ещё не знает, что за свои ошибки так или иначе приходится отвечать. Кому это не знать так хорошо, как самому Джейку.       И именно через это ему по воле судьбы придётся пройти. Чёрт. Вот уж действительно — и через медные трубы, и воду, и огонь…       Капли пота дорожкой стекали по спине, впитываясь в ткань толстовки. От этой мерзкой липкости хотелось беситься. Становилось невыносимо жарко и одновременно влажно на стенках почвы и выработок. Будто в кипятке, но не имеющем общепринятый вид. Он старался запомнить расстояние, которое оставалось до выхода, жмурясь, чтобы убрать неприятную пелену слёз, и в беге неаккуратно скомканную карту в карман своих джинс — мало ли, пригодится, если не сгорит. Солёные капли сорвались с щёк, как и капюшон его кофты, растрепав пуще прежнего взлохмаченные и мокрые волосы.       Теперь оставалось только два выхода: подохнуть от огня или же попытать удачу и пробежать к этому злосчастному люку. Чуть помятым, выдохшимся. Подпалённым, но живым. А что будет наверху, он… Он не хотел думать. Не хотел верить, что опаздывает.       Это был… кашель? Или воображение играло с ним злую шутку? Джейк резко затормозил на повороте, стараясь откашляться в рукав и не показывая своё присутствие раньше положенного, завороженно смотря на показавшийся ему вид, даже не замечая, как его левая нога оказалась на мгновение в оковах огня.       Сгорбленный и опирающийся на стену силуэт, что вздрагивал от каждого истошного звука и позволял происходящему вокруг захватывать его, опровергло беспричинность его вымыслов. Казалось, незнакомый находился не здесь, давно смирившись с предначертанным концом, безвольно ожидая свою участь. Ему было плевать на жар, который тянулся своими яркими обжигающими ладонями, в попытках ухватить в смертельные объятия. Полное безразличие. Джейк усердно щурился, превозмогая приносящий ещё больше дискомфорт от контактных линз и стараясь разглядеть его. И лишь через томительные секунды наконец различая, кто это.       Она бы ему не простила, случись с ним что. Но и не простила бы, случись что с Ричи. Дым распространялся с бешенной скоростью, вокруг обрушалась на ложный взгляд крепкая пещера, а следом где-то в глубине, за изгибом узкого штрека, что-то вспыхивало. Джейк на мгновение потерял жертву из вида, тут же возвратив очертания человека в поле зрения. Шахта, привыкшая к тишине камня и глухому гулу, словно обрела вторую, весьма короткую и по-своему громкую жизнь.       В какой раз за вечер, поступая опрометчиво, Джейк впустил себя же в огненное стихийное кольцо, задыхаясь от горячей волны. Бок обожгло, и он рефлекторно захлопал себя по одежде, туша задевшее его пламя. И больно столкнувшись коленом о твердую почву прямо возле, на первый вид, полумертвого механика.       — Чёрт, почему тебя не вытащили!? — Кажется, самообладание сгорело ещё до того, как он прошёл через огонь, потому что Джейк никогда бы так себя не повёл.       И всё же, он уже вытаскивал из рюкзака неполную бутылку воды, с несвойственной ему резкостью выливая больше, чем нужно, на руку Ричи. Нехватка кислорода сказывалась на движениях заторможенностью, но это не мешало думать хакеру быстро. А вот Ричи, кажется, тотчас оживился, уставившись с постепенно пришедшим удивлением в глазах на парня в маске. Происходящее точно воспроизводилось в замедленной съёмке, подкосив его действительность, и поведение индивида напротив лишь подкрепляли его представления об этой глупости.       — Ты... Как ты здесь- — договорить ему не дал сам Джейк, устойчиво заткнув мокрым рукавом его же кофты. Ричи тут же с лёгким свистом вдохнул от неожиданной влажности и холода затхлый запах, и это сейчас самое лучшее, что могли ощущать его ноздри, которые неприятно жгло. Кашель послужил реакцией на нежданную смену воздуха.       — Узнал? Хорошо, потом, может, поговорим. Помнишь, как Майкл протащил вас сюда? — Джейк на всякий случай придержал чужую руку, чтобы не ожидать от механика подвохов: всё-таки он долго проторчал в этом хаосе. Сам же вылил остатки воды себе прямо на маску. Жидкость, что не впиталась, струйкой стекла по его шее, укрывшись за воротом, но никто из двоих не обратил внимания на это. — Тут немного пройти, мы ещё можем выбраться.       Рюкзак вновь повис за спиной, и, не дав на размышления ни капли времени, — потому что его сейчас точно не было, и Джейка от этой мысли в очередной раз било под дых, — он подхватил Ричи свободной рукой за плечо, резво поднимая на ноги. Перекинув эту же руку на себя, став для шутника опорой.              Глаза резало, но хакер всё равно искоса заметил небрежно перевязанное бинтом предплечье. Если не учитывать горечи, вязко обволакивающей горло от изменившегося воздуха, он сглотнул слюну от появившегося металлического привкуса, показавшимся ему из-за крови, пропитавшейся на грязно-белом лоскуте. Его передёрнуло от догадки, а в ушах начали звучать не только треск и гул от окружившего их пожара, но и выстрел из пистолета Дэна.       — Ты кто? Оставь меня, я… — его внезапное начало также внезапно прервал кашель и разрушение очередной постройки поодаль — словно шахта начала ломать свои собственные кости. Плохи дела, некогда выяснять теперь очевидную и страшную догадку. И всё же Ричи продолжал приглушенно мычать через рукав, — Я всё рассказал им.       — Мне ничего это не даёт на данном этапе наших проблем, — Джейк со всех сил, как это возможно в их положении, старался обегать места, где уже совсем некуда ступить, и всё равно не оставлял свою одежду целой — помимо бока вдоль руки образовывалась рваная дыра, опаляя ещё и кожу.       Хакер зашипел в маску, но темпа не сбавил, что аж механик в моменте потерял усидчивость от ускорившегося напарника по несчастью. Хотя мало от того сейчас было толку: слабость норовила завалиться прямо в огонь. Это показалось бы забавными при других обстоятельствах, ведь Ричи был на полголовы выше него, и выглядел не таким крепким из-за сложившегося образа жизни.       Но опасность подлила адреналина в кровь, а жадное желание пожить ещё добавила уверенности Джейку в его действиях. И это дало свои плоды — они нелепо выскочили из сердца пожара, подарив себе фору прежде, чем он их догонит.       — Я не пойду дальше, пока... пока ты не скажешь мне, кто ты, — Ричи всё ещё пребывал в недоумении и шоке, ведь буквально десятки минут назад он уже попрощался с миром и, в конце концов был готов остаться в заточении шахты. Его вялость не позволяла выскользнуть из цепкой хватки новоиспечённого попутчика, но он попытался притормозить пятками его напористость. Лёгкие жгло, говорить было трудно, однако, вихрь мыслей мешал между собой вопросы и непонимание кто сейчас так упорно тащил его подальше от гибели.       — Ты что, до потери памяти дыма надышался? — Хриплый голос созвучно с тресками деревянных балок прозвучал под его ухом рокотом, и механик отчетливо услышал в слабо знакомой интонации не то досаду, не то злость.       Он уже понимал, что ему скажут, но не мог поверить, пока реальность не докажет обратное. Но ответа не последовало.       Может, он тоже уже не соображал из-за головокружения и токсичных газов, и не расслышал его вопроса. Хотя в этом дурдоме, что он лично создал, трудно что-либо различить, особенно когда он мямлил в ткань толстовки. От такого игнорирования он прерывисто выдохнул, отводя от носа уже потеплевший сырой край рукава, словно из него окончательно вышибло воздух, и остановился. Вот только упёртый Джейк тянул его вперёд, где огонь ещё не так яростно властвовал, а туманный дым и тошнотворный смрад предупреждали о его скором полноправии. Поэтому хакер и не думал останавливаться.       — Ричи, чёрт возьми, я тебя лично придушу, когда мы окажемся в безопасности! А сейчас собери свои остатки сил, потому что я… — Джейк сдавленно удерживал всё это время порыв рвоты, но теперь, чуть склонив голову, ненадолго позволил себе короткую передышку, — Я не смогу вытащить тебя.       Руки и бок предательски ныли, — кажется, ожоги не обошли его стороной, сковывая движения и без того напряженного тела.       Мысли ломались. Короткими искрами скакали обрывками туда, к выходу. Он не хотел умирать. Не хотел чувствовать, как логика отступает, уступая инстинктам — любой ценой увидеть небо. Ради чего? Ради кого? Его сейчас не интересовали чьи-то «героические» повадки. И именно поэтому он не собирался сейчас что-либо выяснять. Почему он его не понимает? Или без воли к спасению спасение невозможно? Руки вопреки своим принципам дрожали, и всё же держали упёртого осла, который вбил себе в голову слабоумное самопожертвование. Его не волновал Ричи, но что почувствуют его друзья и Она? Сможет ли он вынести вину, выжженную в нём тем, что он позволил ему сгореть в этом огне? Он не мог его оставить в замкнутом помещении сожалений и кончины. Он не сдавался все эти четыре чертовых года, и тому сдаться не даст.       Всё замерло, когда его туловище вдруг обхватили рукой, что грузом лежала всё это время на плечах, заставив вытянуться. Веки расширились, озарив слегка смазанное сажей нахмуренное лицо Ричи уже с лёгким оцепенением, пока в том внутренне появилась убежденность в их выживании. Он что-то сказал вслух? А впрочем… Если это как-то подтолкнуло его к разделению собственного мнения, он не жалел, что столь безрассудно показал свои истинные эмоции. Потом об этом пожалеет.       — Замечательно, — саркастично подметил Джейк, хотя глубоко внутри он ощущал растерянность, которая покрыла раздражение к этому человеку. Как и пекло, что почти обжигало его затылок и грело совсем промокшую спину даже через ранец, — теперь…       Он не договорил, потому что позади угрожающе упала деревянная крепежная стойка, а огненные стены вдоль точно вспыхнули от испуга. Пыль с потолка осыпалась на макушки парней, похожая на пепел, а треск становился громче и злее. Оба оборачиваться побоялись, не желая увидеть, куда она упала.       — Ты сказал, потом поговорим. — У Ричи, видимо, начали выть инстинкты самосохранения, потому что их отчаянное бегство стало действительно бегством, а не попыткой доползти до выхода. И пускай Джейк стал ведомым, он всё ещё помнил схему местоположения люка и не давал поддавки внезапно активному Ричи. А ведь у него пулевое ранение и, он не смог хорошо разглядеть, такие же рваные дыры на одежде.       Всевозможные попытки вывести его почти-целым спасовали, правда, жаловаться на пару ран никто не намеревался.       У огня, кажется, не было планов отпускать их, и, точно угадав намерения двоих беглецов, следовал с большим напором по следам отступников, бежавших в тишине и сохраняющих хлипкую дыхалку. Воздух стонал в узких проходах, и каждый звук отдавался эхом, будто тысячи голосов кричали в унисон. Камни, нагревшись, трескались — резкими несуразными хлопками, а уши от этого звука «отключались», дезориентируя и без этого загнанных зайцев. Они неуклюже спотыкались о собственные ноги, но удерживали себя, порой поддерживая друг друга, не допуская отставания от их бешенного темпа. В какой-то момент сам Ричи подхватывал его за ободранный локоть, видимо, думая, что он совсем выбился из сил. Так и было, просто Джейк уж сильно поверил в их удачу. Огонь явно бежал с ними, разрастаясь и жадно пожирая на своём пути лабиринты, что таились тут годами, не останавливаясь, когда на виду долгожданно показалась ржавая лестница, и хакер готов был поклясться, что несмотря на своё шаткое состояние, она подобно маяку сверкнула им.       — Может, ты первый? — видимо, вся уверенность Ричи пропала, когда до спасения осталось лишь перебрать конечностями и открыть тяжелую крышку люка.       Пот на лбу скатывался по вискам ручейками у обоих, хриплая отдышка доносилась с двух сторон, но они синхронно и бодро вскинули макушки вверх, на первый взгляд, в мрачную черноту. Если приглядеться, то можно было заметить коробчатую конструкцию из петель и замка-защелки.       Поэтому снаружи люк и не открыть — промелькнуло в голове Джейка. Поэтому никто не смог вернуться за Ричи. Он тупо замуровал себя, ещё задолго до пожара зная исход событий.       Даже хакерское безрассудство никогда бы не подтолкнуло на это безумие. Хочется вылить все возмутительные высказывания в адрес придурка, однако Джейк только и сделал, что отрицательно махнул головой, и пара мокрых и лохматых локон спало ему на глаза. Вместо всех претензий он лишь тихо, на что хватило при его отдышке, выпалил:       — Я не знаю… как его открыть. Потратим время.       На самом деле, была ещё одна причина, но механику её знать не нужно. Да и не глупый вроде, раз смог обвести вокруг пальца не только их дуэт сыщиков, но и собственных друзей. Он точно не наступит на посторонние грабли, и не пожертвует своими силами, что оставил в глубине этой шахты, лишь для очередной абсурдной задумки недоделанного мстителя.       Повторять ему не требовалось, да и предостережения были зазря: Ричи как-то отчужденно кивнул, обхватив руками одну из перекладин, начав забираться и тут же чуть не соскользнув кроссовкой на одной из них, задерживаясь. Джейк слышал, как каждый последующий выдох давался ему тяжелее предыдущего (да и ему тоже), как огненное бедствие жаром окатывало ближе и ближе к замученному нему. Раны, напоминавшие о пережившем, горели от окружавшего его пекла, катастрофически крича своему хозяину о скорейшем исправлении сия недоразумения. Словно он сам себя травмировал.       Линзы стягивали, царапая и без того воспалённые глаза, и хакер поспешил костяшками пальцев сдвинуть их под полуприкрытыми веками к уголкам, размашистым движением избавившись от инородного тела. Теперь он подавно видел мир размытым. Но даже потеря зрения не помешала воочию зреть стихийную бестию, бьющуюся о тесные проходы в надежде на избавление своих ограничений. И это отражалось подобно пришествию Смерти, поневоле вызывая у него иллюзию безысходности и концу конца… Полного одиночества. Он будто бы и находился всё это время здесь один. Пустота ощущалась почти физически, и от такого неожиданного вердикта снова стало тошно. Но пока мозг пропускал через себя хаотичные переживания, руки и ноги сами тянули его по выпирающим и ни черта не шатким перекладинам, как он ложно посчитал ранее.       Он живучий реалист, просто надышался всякого вредного. Он бессовестный беженец, просто слёзы текли не от эмоций, а от сухости слизистой глаз, в которых уже лопнули капилляры. Он покорный своей судьбе преступник, просто сейчас он продолжал бороться и карабкаться следом за таким же отступником, который, судя по протяжному скрипу, уже отворял единственный источник, разделяющий их от свободы. Ричи пропал из виду, и от уходящей тени зрение совсем расфокусировалось, потому что, оказывается, тёмная ночь может быть и не такой тёмной. Не привыкшие к свету и свежему воздуху глаза с новым наплывом вызвали не первые за сегодня слёзы, и пускай в носу всё ещё ощущалась гарь, химия и смола, он жадно глотал при первой же возможности свежесть воды и леса.       Всё произошло быстро. Крышка люка шумно захлопнулась за ним, отрезая их от адского кошмара. Как будто сама шахта вытолкнула их, смирившись с поражением.       От контраста подземной температуры и здешней взмокшее и переутомлённое тело пробили мурашки. Порывы ветра от потока падающей воды касались кожи, и эти неосязаемые прикосновения кажутся почти болезненными. Жжение внутри не желало прощаться так быстро. Джейк вяло стянул взмокшую маску, пропахшую копотью, и отхаркнул мокроту, скопившуюся в горле, подавившись собственным кашлем. Ему казалось, что он сплёвывал кровь, которая переливалась в нём безудержно и очень интенсивно.       Сердце учащенно билось, и где-то под слоем паники и ужаса появляется осторожное и недоверчивое понимание: они живы. И ноющие горящие ожоги были тому основанием. Они буквально вырвались из лап гибели. Первоначальный шок также тихо растворился вместе с мимолётной радостью, однако, облегчённый выдох непроизвольно слился с шумом водопада.       Джейк не пытался подняться на ноги. Наощупь и вернувшийся слух он скользил коленями и ободранными руками по влажным камням, не доверяя своей слепоте. Экран излюбленного ноутбука никогда не доставлял ему такой рези в глазах, которую он перебарывал сейчас. Забавно, что даже сейчас он вспомнил о своих плохих увлечениях. Брызги достали его раньше, чем он подполз вплотную и подставил своё лицо под сильную струю источника. Больно. И свежо одновременно. Вода попадала в открытый рот, и она казалась самой вкусной, какую он когда-либо пил.       Жаль, на большую передышку нет ни минуты: шум потока и брызг не перекрывал отдаленные чужие голоса. Сквозь водную штору Джейк, протерев тыльной стороной ладони охлажденное лицо, приметил размытые неоновые мигалки, насмешливо переливающими красным и синим. Значит, они уже тут. Бежать. Срочно бежать.       — Ричи, — хакер на четвереньках обернулся к тому вполоборота, хрипя как можно тише, боясь, что природная красота не убережёт его от своих врагов, — Тебе надо идти к ним.       — А твой голос без всяких эффектов звучит даже… приятно. — Со стороны донёсся усталый смешок. Ричи передалась его настороженность, поэтому Джейк подумал, что ему послышалось, и он напряженно прищурился. Однако, когда размазанный силуэт продолжил, понял, что рассудок всё ещё при нём. — Ты пришёл сюда вместо неё?       — Ты меня слушаешь? — Хакер повернулся целиком, плюхаясь на каменистую поверхность, — По-твоему, это смешная ситуация?       — Ты сказал, что мы поговорим. Это же ты, Джейк? — Он не мог быть уверен, но чувствовал в чужом голосе нотки упрёка. Будто бы ему не положено было сюда идти изначально. Отчасти это правда, с учётом того, что он попал в самые ужасные обстоятельства из всех возможных, кои крутились вокруг него ещё до того, как он добрался до запасного входа. Хакер ощутил выражение кислой мины на своём лице, словно оно не его было вовсе, а на себе внимательный взгляд. Очевидно. Ричи, думалось ему, только сейчас пришёл в себя, с нескрываемым любопытством теперь прожигая в нём дыру. Осматривал, как на допросе, ей богу. Справедливости ради, допрос должен устраивать он, и будь у него лишние минуты в запасе, в первую очередь этим бы и занялся. Его до этого никто не видел из их компании, разумеется, горе-мститель будет его изучать, наверное, даже изумляясь, что по ту сторону экрана действительно был не какой-то несуществующий «некто». Вполне реальный «хакерок». Неуютно, но и не совсем ужасно – в его жизни в принципе не было свободного уголка для уюта.       Кажется, смотрели на него ещё и выжидающе. Сейчас ничего не угрожает, поэтому и некуда торопиться, ага? Но Ричи так не знал о нём, как и не знал ещё, что пришли сюда по душу их двоих. Он не знал — спасая его, беглец потратил слишком драгоценное время, с риском облажаться спустя столько лет. И это накаляло и без того дрянную обстановку.       Джейк вздохнул. Хуже не будет (а ведь может). Раз его упрекнули в том, что он здесь, значит и ему дозволено выговориться:       — Джейк, Ричи. Да, чёрт возьми, тот самый подозрительный хакер, который, оказывается, помогал вам спасти вас от тебя же. Поверить не могу, вслух это звучит ещё ужаснее… — Он не скрыл безумной усмешки, пряча лицо в ладонях, протирая его чересчур грубо и жмурясь. Какое тупое стечение обстоятельств, — И да, я пришёл сюда, потому что ты, я ещё не знаю почему, но догадываюсь, решил устроить самосуд и вовлёк в это всех своих друзей, включая совсем невиновную девушку, которую до этого никто не знал! И тем не менее, я уверен, что было бы с ней, если бы ты так эгоистично подох в шахте. И я, несмотря на всё, также нескончаемо рад, что пошёл сюда вместо неё. Стоит ли тебе, Ричи, объяснять более досконально, почему?       Судя по молчанию, не нужно было. Ему потребовалось максимум остатков своей сдержанности, каких только осталось после пережитого, чтобы не перейти на повышенные тона и брань, коей Джейк вообще не пользовался. Он в принципе бы удивился своему поведению и высказываниям, которые непреодолимо кипели внутри, в другой ситуации, но очень сложно обладать спокойствием в этой неразберихе. Не было места сейчас на разбирательства, и его раздражение, которое, он думал, оставил тлеть внизу, наплыла с большим напором.       Молчание затягивалось, и это накаляло не менее обессиленного и озлобленного Джейка. Он спешно и кое-как снял с себя потрёпанный рюкзак, не глядя примечая пальцами свои очки среди прочего хлама, каким-то чудом оставшиеся целыми. Глаза не отошли, под стать настроению своего обладателя раздражительно реагировали на каждое моргание, однако, теперь он чётче видел картинку.       Ричи уже не лицезрел его. Он глубоко дышал, прожигая своё колено задумчивым и печальным взглядом, отражавший сожаление за содеянное. В полутьме зрачки неестественно блеснули, и хакер понял, что это скопившиеся слёзы, одна из которых не смогла задержаться в уголке глаза, ускользая по грязной щеке. Он резко опустил веки, запрещая лично смотреть на чужую разбитость. Почувствовал себя... неуместно. И...       Знакомо. Примерно в таком состоянии был Джейк, когда произошел роковой вечер, разделивший его жизнь на до и после. Когда пришлось бросить семью и малочисленных друзей, примитивные желания о спокойном будущем и чём-то банальном. Как у всех.       Вдалеке чётче слышалась суматоха, а под крышкой люка что-то снова взорвалось, приглушённо обваливаясь. Если он пробудет тут ещё немного… Если он позволит распластаться прямо возле тех, кто пришёл за ним… Если они снова попробуют попасть в шахту и наткнутся на него, возле этого треклятого люка…       Он устал думать о времени.       — Ричи… — возможно, глубоко в душе мелькало сопереживание, не успевшее созреть и граничащее с тревогой за свою собственную шкуру, ибо Джейк вновь перешёл на тихий голос, который предательски дрогнул, — мне нужно бежать. Ты многое пропустил, но здесь… здесь ФБР. Иди туда.       Ответ дошёл не сразу. Он слышал слабое шевеление перед собой, но ещё не смел поднимать опущенные глаза.       — Я… Я думаю, это плохая идея. — Также тихо зашелестел уставший механик. Джейк не сдержался и поднял макушку на того. Ричи, лишь слегка шокированный очередной новостью, по другой причине также не хотел смотреть на его катализатор «вернуться в мир живых». После небольшой заминки он неуверенно продолжил, — уже поздно. Бежим вместе.       — Что? — Джейк всё прекрасно услышал. Его замечание про ФБР благополучно пропустили мимо ушей, кажется, — это бред. Скажешь, что… что Майкл упустил тебя, и ты сбежал, или что-то в этом роде. Или что ты устроил пожар, чтобы спастись... Ещё не всё потеряно, ты-       Ричи наконец устремил свой взор на него. Джейк, вообще, плох в распознавании чужих чувств, но глядя на того, он вдруг понял, что механик уже всё решил под гнётом отчаяния, стыда и безысходности. Решил, что это и есть выход – побег. Ему слабо закачали головой на все возможные оправдания, которые он бы мог выдвинуть перед Аланом. Этот несносный определённо где-то ходит там, пытаясь привести в чувство бедную Ханну и попутно выясняя, почему приехали важные шишки в такую глушь. Хакер уверен.       — Я уже раскрыл себя. Я не смогу так легко избежать того, что сотворил я сам. Всё уже известно, и никто из наших не будут меня загораживать. Да, я устроил самосуд, достаточно напортачил перед своими друзьями, перед ней. И… перед тобой. Это так тупо, что, ты прав… Вслух это звучит ещё ужаснее.       Он не смог сдержать смеха, цитируя слова, сказанные ранее. Джейк заметил, как Ричи сморщился, чуть сжав перебинтованное плечо. Думал, что на этом всё, но механик продолжил таким же спокойным голосом.       Так говорят люди, лишившиеся всякой веры в то, что у них есть просвет на хороший конец. Как последняя свеча в заброшенном храме. Так говорят люди, которые смирились с тем, что они сделали нечто ужасное. Словно пустая комната, в которой даже эхо давно перестало отзываться. Нет ничего страшнее, чем потеря надежды.       Он не хотел признаваться вслух, что это пугающая безэмоциональность его как раз не пугала — она была ему очень понятной. И очень удивляющей: не ему надо доверять такие вещи. Видимо, у Ричи не было выбора. Что-ж...       — Ужаснее только то, что мне хотелось выйти отсюда невиновным, обманув тех, кем я так дорожу. Скрыть свою оплошность и остаться таким же, каким меня знали, даже лучше. Хороший друг, и всё такое. Герой, который спас Ханну. Ричи, который всегда поможет и подбодрит своими шутками. Хотел остаться для Джесси… — он запнулся на имени, а в однотонность голоса добавились нотки тоскливого тепла и тихой боли, — Тем более остаться для Джесси тем самым Ричи, который и мухи не обидел бы. Чтобы всё стало как раньше. Но даже ты, на которого мне было всё равно, которого я выставлял подозрительным, чтобы огородить себя же и перекинуть свою ношу на кого-нибудь подходящего… Который вытащил оттуда, откуда не было больше выхода для меня… Оказался лучше меня. Мне стоит сказать тебе за это спасибо? И я, вроде как, должен принять своё поражение, да? Пойти туда и раскаяться. Но я… я…       Вопреки своей откровенной исповеди Ричи вдруг слабо улыбнулся, и от такого зрелища у Джейка сердце начало отбивать судейским молотком в рёбра так сильно, что он слышал стук в ушах. Это странное чувство затмило его боль от ожогов и других ран.       — Не могу. Я не могу. Зови меня трусом, как угодно. Но я не могу.       Если он назовёт его трусом, то получается, что и он был таковым. Кто вообще будет готов к такому повороту в своей судьбе? А стоило ли оправдывать чудовищный поступок? Ведь в его ошибке не замешаны другие люди, в отличие от этой.       Джейка вдруг пробил озноб: нет, Ричи не был чудовищем с самого начала. Это был тот самый проступок, на который он пошёл не из намеренной жестокости, а просто потому что он не находил другого выбор и сделал первое, что пришло на ум. А потом что-то доломало окончательное, и его мир перестал оставлять выбор. И рана от пули, что Ден пустил без задней мысли, стала той самой дорогой в один конец.       Четыре года назад… Сигнал о том, что он должен добровольно сдаться за открывшуюся ему тайну и решение о побеге тоже стало такой же точкой невозврата.       Вразрез со своим неумением чувствовать людей, он видел в чужих глазах то, что постоянно носил в себе сам: усталость человека, давно переставшего ждать счастливого итога. Он держал это в себе столько времени, и, может у Ричи это только-только прорастает в душе. Но он слышал его. Смирившегося со своей виной так глубоко, будто она стала частью его крови. И несмотря на всё… ему хотелось разрушить это смирение.       Он тоже стоял на краю собственной тьмы. По сей день она его догоняла, прямо как их двоих огонь под шахтой мгновениями ранее. Он всегда был уверен, впереди — пустота. И такой подонок, как он, больше ничего не заслужил.       Но… появилась она. Сумевшая зажечь в его пустоте не жалость к себе, а ту самую необходимую ему надежду. Тихую, невесомую и совсем хрупкую. Но достаточную, чтобы снова вдохнуть в себя жизнь и наивно поверить в другой исход. Наверное, ему стоило бы поблагодарить Ричи, как бы это не казалось парадоксальным. Ведь если бы не безрассудный план, что разрушил его прежнего, Джейк бы никогда не ощутил то, что нужно всем в этом мире.       Так может… Может хотя бы одна искра доберётся и до этой потухшей души?       Он подобрал ноги под себя, вставая на корточки и упираясь руками о каменистую поверхность. Любое движение откликалось ломотой, а из уст вырвался сдавленный сквозь зубы выдох. Но спустя долгую тишину он заставил себя её нарушить умеренным тембром:       — Надеюсь, ты уже знаешь, где скроешься. Всё равно придётся разделиться в лесу, чтобы не посчитали, что ты в сговоре со мной.       И Джейк поднялся, как и его решимость убраться отсюда как можно быстрее. Стараясь не замечать ноющие мышцы вперемешку с пекущей болью, делая несколько шагов, он протянул руку утопающему горем Ричи, явно не ожидавшего, что его безмолвно примут. Он не успел дотянуться до его пальцев прежде, чем они сами понеслись навстречу, хватая крепко.       Последнее, что Джейку удаётся сказать, прежде чем водопад и шахта окажутся позади них:       — Готов бежать?