Внезапная помолвка

Нет, это было совершенно немыслимо! Мейкар Таргариен раздражённо влетел в первую попавшуюся комнату по пути из тронного зала и громко хлопнул дверью так, что она затем приоткрылась. Он был страшно зол на решение короля, объявленное при всех! Помоги им боги — при всех, кто собрался в Красном замке спустя месяц после трагической и нелепой гибели наследника трона Визериса, с какого-то перепугу решившего поучаствовать в турнире в Эшфорде. Его конь тоже не понял этого намерения и скинул седока головой об покорёженную в других поединках рухлядь. Рухлядь оказалась острой, шея у наследника — хрупкой. Одно короткое «хрясь» — и больше нет старшего сына у короля. Казалось бы, следующим наследником должен был стать Бейлор — идеальный, благородный, щедрый и со всех сторон всеобщий любимчик! Он или их следующий брат — Деймон, буйный и непредсказуемый, конечно, но Бейлор каким-то непостижимым образом умел держать Деймона в узде и направлять его порывы в нужное себе и королевству русло, так что уже много лет никто не жаловался. Да они бы составили отличный правящий дуэт: Бейлор — король, Деймон — десница! Ну, или Деймон — мастер над войной. Или кто-то ещё… Не важно. Факт в том, что самого младшего брата в семье короля — Мейкара — эти перестановки вообще никаким образом не касались! Он отстоял от трона дальше всех, у него хватало проблем с собственными шестью неугомонными детьми, с которыми он пытался справляться после утраты жены так, что когда замечал себя в зеркале, втайне радовался, что родился беловолосым Таргариеном, иначе в свои тридцать четыре выглядел бы уже седым. Он был занят в Летнем замке, в конце концов! Но нет. Отец-король Дейрон Добрый решил, что несправедливо, что у Визериса осталась несчастной вдовой его жена Алисента с четырьмя детьми, в то время как Мейкар тоже вдовец, да ещё и с шестью отпрысками. И сделал что? Худшее! Приказал им заключить брак, чтобы стать утешением друг другу. А ещё, что именно Мейкар как самый хороший сын, подаривший своему отцу аж четырёх внуков и двух внучек, унаследует трон. И Бейлор с Деймоном его поддержали! Мейкар не поверил ни ушам, ни глазам, — но эти двое вместо бурного (или вежливого) негодования лишь весело переглянулись, а Бейлор сказал: — Мудрое решение, отец. Нам с Деймоном не придётся отвлекаться от войны с пиратами. Мейкар отлично подойдёт. — Согласен! — покивал предатель Деймон. И вот теперь Мейкар злился тут один, в гостевых покоях, ощущая себя бурлящим котелком, пока за окном издевательски светило солнце. *** Нет, это было каким-то чудовищно абсурдным решением! Алисента Хайтауэр неслась по коридору прочь от тронного зала, думая, что люди тут буквально везде, а видеть не хотелось никого, и наткнулась взглядом на ручку двери в какую-то комнату. Недолго думая, она ворвалась в неё, захлопнула дверь, а затем вынужденно закрыла её ещё раз — потому что та приоткрылась. Заперла изнутри для гарантии и только тогда повернулась целиком и увидела, что комната не была пустой. И хуже того — у окна стоял и сердито сопел тот, кого король назначил ей в новые мужья. Принц Мейкар Таргариен! Да она видела-то его всего пару десятков раз за всю жизнь, причём издалека и толком даже не общалась. А тут вот — следующий муж. — Это какое-то безумие, — качая головой, выдала она и почти сразу сообразила, что называть так решение короля перед его сыном вряд ли следовало. Но Мейкар с хмурым видом кивнул: — Иначе и не скажешь. — Я не понимаю, как вообще… как можно даже думать, когда есть Бейлор?! И у него двое сыновей… — За ним идёт Деймон, и у него с Рейнирой тоже двое сыновей, — подхватил Мейкар. — И есть три сына от Визериса, в конце концов. — Вот именно! — обрадовалась поддержке Алисента, прошлась по комнате и рухнула в первое попавшееся большое кресло. Мейкар отошёл от окна и с размаху уселся в соседнее. Они обменялись понимающими взглядами и оба закатили глаза. В комнате воцарилось обескураженное молчание. В коридоре кто-то врезался в дверь и попытался её выломать, но этого человека быстро отогнали. Судя по вежливому голосу — отогнал Бейлор. Снова стало тихо. Не в силах усидеть на месте, Алисента в итоге поднялась и хотела теперь сама пройти к окну, за которым как-то неуместно жизнелюбиво светило солнце, но та же идея пришла в голову Мейкару — и они столкнулись боками. В результате она ойкнула и пошатнулась, Мейкар успел её подхватить, резко шагнув ей за спину, и прижать правой рукой за талию к себе. Его левая рука при этом как-то сама собой легла ей на грудь. Они застыли. Время — тоже. *** Никто не двигался. Алисента уставилась на чужую кисть с мыслью, что не помнит, когда в последний раз её первый супруг касался её груди и делал ли это вообще хоть когда-либо? Так уверенно — точно нет. Мейкар со своей стороны окунулся в приятные воспоминания из-за внезапно привычного ощущения под ладонью, прикрыл глаза ненадолго и только много позже сообразил, что схватился вот так бесцеремонно не за свою жену. Вернее, не за свою прежнюю жену. И пока не за нынешнюю. За будущую. Всё стало чересчур сложно, однако убрать ладонь почему-то оказалось невероятно тяжело, и он решил с этим повременить, тем более что леди, кажется, не возражала. А может, и не заметила его манёвра… Хотя он заглянул ей за плечо и увидел, что заметила… Смотрит вон прямо на наглую руку, притом задумчиво. В это самое время охваченная досадой из-за отсутствия таких жестов у Визериса Алисента услышала у уха дыхание своего ловца, повернула голову к нему и неожиданно даже для себя спросила: — А второй вот так взяться можешь? Мейкара не надо было просить дважды: вторая ладонь легла на свободную мягкую грудь как родная. Пришлось, правда, вернуться к Алисенте за спину, чтобы взяться равномерно, но приятные ощущения того стоили. Они оба, не сговариваясь, сделали по маленькому шажку друг к другу, чтобы встать плотнее, и умиротворённо затихли. *** Солнце продолжало светить за высоким окном, но уже не так раздражающе. Даже со своего места Алисента ощущала его тепло, но ещё большее — от уютных ладоней человека, каждым выдохом ерошившего ей волосы на затылке. Но ей нравилось вот так прижиматься к нему. — По-моему, я не чувствовала такого покоя с того дня, как вышла замуж за твоего брата, — с благодарностью проговорила она. — Я не чувствовал покоя со дня рождения моего Дейрона, — отозвался Мейкар, затем выдержал паузу и добавил: — Но сейчас это получилось. Признавшись, он решил подвигать немного пальцами, чтобы чуть сменить положение кистей, однако Алисента под его руками тихо, но сладко выдохнула, и это заставило заиграть кровь. Мейкар понял, что соблазнительную леди надо либо незамедлительно отпускать и спасаться бегством, либо… Леди развернулась к нему сама: слегка порозовевшая на щеках, с блестящими глазами и чуть приоткрытыми влажными губами. — О, да в пекло всё! — буркнул Мейкар и привлёк её к себе для поцелуя. «В конце концов, это моя невеста!» — успокоил себя он, отдаваясь собственному порыву. «В конце концов, это мой жених! — мысленно развязала себе руки на всё Алисента, вовсю притягивая к себе мужчину, оказавшегося способным давать волю рукам и губам, а не только ожидать от женщины поведения безвольного бревна в постели. — М-м, какие же они с Визерисом замечательно разные братья!..» Мейкар, между тем, обнаружил, что на него пытаются закинуть ногу… или обе… и вообще залезть и оседлать, привычно подумал, как бы поступил в этой непредвиденной ситуации идеальный Бейлор — «Он бы точно позаботился, чтобы леди делать это было удобно!» — и, с трудом отвлёкшись от всё более жарких поцелуев, нашёл глазами кровать, после чего, подхватив Алисенту под бёдра, решительно понёс её туда. Бёдра, кстати, оказались также очень аппетитными и приятными на ощупь, а Алисента с довольным «м-м!» зажмурилась и закусила губу, запрокинув голову, демонстрируя привлекательную шею. Собственно, с шеи Мейкар и начал, когда свою невесту до кровати всё-таки донёс и уложил. С частых поцелуев. А платье… платье как-то сползло с Алисенты само собой. По крайней мере, он его не трогал точно. Его хватило только на свою одежду… и то лишь на важную для дела часть… Солнце вообще перестало светить в окно, чтобы не смущать людей, отмечающих внезапную помолвку. *** В комнате стало совсем спокойно и тихо. Полностью удовлетворённая Алисента лениво размышляла о том, что её груди очень идут длинные мужские пальцы с перстнями, а ей самой приятно лежать в умиротворяющих объятиях их обладателя, опираясь о него спиной. И что короля, пожалуй, всё-таки не зря прозвали Добрым. Мейкар же наслаждался редкой возможностью не думать ни о чём… Кроме разве что того, что в этой ситуации отказывать леди в её желании воспользоваться мужчиной для поддержки груди не стал бы даже очень правильный и всесторонне идеальный Бейлор. Конец