Краска для секретаря горкома
20 мая 2026 г., 21:35
Примечания:
Сюжет и герои — "Финес и Ферб", место и время действия, а также обусловленный ими колорит — "Ликвидация".
Между исторической достоверностью и каноном "Финеса и Ферба" сделан выбор в пользу канона.
Автор не сионист и не националист, просто любит одесский колорит.
Убрана манера разговора инфинитивами (я сделать, я сказать и т.д.), поскольку она не вписывалась в мою задумку.
В работе присутствуют отсылки на одну книгу, желаю удачи в их поиске!
— Фёдор Маркович, могу идти? — устало поинтересовался оперативник Петя Уткин.
— Сходи до Хаима Фуфелшмана и будешь свободен, как ветер, — ответил майор Грамов, начальник Пети.
— Я до него так часто хожу, шё люди считают меня за уголовный элемент.
Фёдор Маркович озадаченно замолчал.
— Почему?
— Потому шё я всегда выхожу от него с подозрительными вещами.
— Петя! Шлемазла будешь играть дома!
Петя вздохнул.
— Так для зачем?
— На почте получил полную посылку, из неё брякало. И кусты в округе пообкорнал.
— Откуда сия ценная информация?
— Птичка на хвосте принесла.
— У птички есть имя?
— Не делай мне последний нерв! — стукнул кулаком по столу Фёдор Маркович и выразительно двинул монобровью.
Петя, пока начальство не видело, закатил глаза. Затем вернул их в нормальное положение, козырнул и строевым шагом отправился на задание.
Только Петя открыл дверь в комнату Хаима Фуфелшмана, как на него упало ведро воды, заботливо поставленное на верх приоткрытой двери.
— Издрасьте вам через окно! — саркастически улыбнулся Фуфелшман. — Или, Петя, у тебя совести нет ко мне снова вламываться? Хотя конечно, нет, когда тебе в работе совесть пригождалась?
— Хаим, не делай мне нервы, — вздохнул Петя. — Мне тоже неохота мотаться к тебе вместо отдохнуть. Шё мастыришь?
— С каких пор мои личные дела стали интересовать правоохранительные органы?
— Тебе напомнить за все твои планы? — обманчиво спокойно спросил Петя.
Фуфелшман поднял обе руки, признавая поражение.
— Ну ты же знаешь за моё несчастное детство. Я психологически травмирован, поэтому мщу секретарю горкома, который по недоразумению матушки-природы ещё и мой брат. Успешный на радость всей родне.
— Твоё счастье, Хаим, шё те пакости тянут максимум на мелкое хулиганство, а то бы наслаждался сейчас красотами Сибири по приговору суда, — вздохнул Петя. — Политработник же.
Фуфелшман тоже вздохнул и замолчал.
— Хаим, так я дождусь ответа на свой вопрос или мне таки придётся делать шмон? — решил вернуться к изначальной теме разговора Петя.
— А какой был вопрос? — деловито поинтересовался Фуфелшман.
— "Шё мастыришь?"
— А... Ты знаешь, шё секретарь горкома волосы подкрашивает?
— Нет...
— А я вот знаю. Я придумал смешать чёрную на вид краску для волос и продать ему.
— И для зачем?
— Та краска покрасит их в зелёный. Намертво.
Петя прыснул. Затем вновь принял серьёзный вид, как и полагается на службе.
— Детский сад, штаны на лямках. Краску я конфискую.
— Петя...
— Двадцать пять лет Петя.
Фуфелшман тяжко вздохнул и вынул две баночки реактивов. Затем, под строгим взглядом Пети — ещё три. Затем ещё одну.
— Всё?
— Всё.
— Дай в чём нести, — попросил Петя.
— С возвратом, — предупредил Фуфелшман, доставая авоську. — Не разбей, не отмоешь потом.
— Ладно.
Петя сложил баночки в авоську и собрался уходить, но уже на пороге обернулся:
— А кусты для зачем пообкорнал?
— Шкаф открой — увидишь.
Петя открыл шкаф и увидел корзинки. Много.
— А...
— Бэ и дальше витамины.
— Так бы сразу и сказал...
— Заходь на Привоз, продам со скидкой, — предложил Фуфелшман.
— Я подумаю, — пообещал Петя и ушёл домой.
— А, вот ты где, Петя! — поприветствовал его мелкий племянник Веня.
— Изыди, — махнул рукой Петя. — Марш спать.
Веня кивнул и ушёл в комнату.
Петя Уткин вытянулся на раскладушке и уснул. Снились ему Хаим Фуфелшман и его аптекарская лавочка на Малой Арнаутской.
09.05.2026 — 19.05.2026
