Книги, которые не продаются

Кроули лениво потянулся, сидя в уютном кресле в маленьком книжном магазинчике Азирафаэля. Магазинчик был наполнен запахом старых страниц и легкой пыли, которая придавала месту особую атмосферу. Кроули всегда любил заходить сюда — не только ради отдыха, но и ради самого Азирафаэля, который с таким трепетом относился к своему делу. — Эй, Ангел, — протянул Кроули, улыбаясь своей фирменной лукавой улыбкой, — а у тебя есть те книги, что ты не продаёшь? Они, наверное, редкие и особенные? Азирафаэль слегка покраснел, но с готовностью встал из-за прилавка. — Конечно, Кроули. Они в специальном шкафу, — сказал он и повёл демона к небольшой деревянной витрине в углу. Он открыл дверцу, и перед Кроули предстали несколько старинных томов с потрёпанными обложками. — Эти книги действительно редкие, — начал Азирафаэль, — но, если честно, они связаны с... ну, с некоторыми нашими моментами. Ну, из нашей жизни... Кроули приподнял бровь. — Ну-ка, рассказывай. Азирафаэль взял одну из книг, на обложке которой было изображение маленького демона, пытающегося читать молитву. — Вот, например, эта — «Путь искупления для демонов». Ты подарил мне её после того, как я случайно устроил пожар в твоём любимом баре. Ты был так зол, что даже пытался меня проклясть, но потом мы вместе смеялись над этим. Кроули усмехнулся, вспоминая тот вечер. — Да, бар был хорош. А эта? — спросил он, указывая на другую книгу с яркой обложкой, обгорелыми углами, забавным названием «Как не сжечь рай». — О, это после того, как ты пытался приготовить ужин для меня и чуть не сжёг всю кухню, а этой книгой пытался тушить цветы. Азирафаэль улыбнулся, глядя на Кроули с теплотой. — Каждая из этих книг — маленькая история наших приключений. Они не продаются, потому что для меня они бесценны. Они напоминают мне, что даже в самых странных и трудных моментах мы всегда были вместе. Ты всегда был рядом. Кроули неожиданно почувствовал, как его сердце затрепетало от этой искренности. — Ангел мой, а ведь они, и правда, бесценны. И, пожалуй, я бы тоже не стал их продавать. Он осторожно взял в руки книгу с выцветшей обложкой, на которой было нарисовано два ангела, пытающихся построить карточный домик, который тут же рушился. — А это что за шедевр? — спросил он, с лёгкой иронией в голосе. Азирафаэль вздохнул, но в его глазах мелькнул огонёк веселья. — Это... это было после того, как мы решили устроить "небольшой эксперимент" с гравитацией в Лондоне. Ты был так уверен, что сможешь заставить все предметы летать по комнате, а я... я просто хотел посмотреть, как ты будешь выглядеть, когда всё пойдёт не по плану. Кроули рассмеялся, вспоминая хаос, который они тогда устроили. Уличные фонари танцевали вальс, а кошки летали над крышами, словно маленькие пушистые дирижабли. — Да, помню. Ты тогда так испугался, что чуть не превратился в голубя. — А ты был слишком занят, пытаясь поймать летающие такси, — парировал Азирафаэль, улыбаясь. — Эту книгу я нашел в той единственной кастрюле, которую я смог поймать. Кроули перевернул книгу в руках, его пальцы скользнули по шершавой бумаге, немного пострадавшего от кастрюли. Поставив и эту книгу на место, он потянулся за следующей. — А эта, с ангелом, который пытается научить змею танцевать танго? — он поднял взгляд на Азирафаэля. — О, это... это было после того, как ты решил, что мне нужно "расширить кругозор" и научить меня чему-то "более земному". Ты пытался научить меня танцевать, а я... я просто не мог понять, как двигаться так, чтобы не наступить тебе на ноги. Это было... забавно. И немного неловко. Кроули кивнул, его взгляд задержался на лице Азирафаэля. В этой тихой, уютной лавке, среди пыльных томов, они были не просто ангелом и демоном, а чем-то большим. Чем-то, что связывало их сквозь века, сквозь все их ошибки и глупости. — Знаешь, Ангел, — сказал он, его голос стал ещё тише, — ты прав. Эти книги... они не просто напоминают о моментах. Они — это частички нас. Как будто липучки, они приклеили к себе наши моменты. И я рад, что они у тебя есть. И что они не продаются. Он поставил книгу обратно на полку, а после его рука на мгновение задержалась на плече Азирафаэля. В этом простом жесте было больше, чем в тысяче слов. Азирафаэль лишь кивнул, его глаза сияли тёплым светом, отражая свет из окна и блеск старинных книг.