Бледные руки

      Атмосфера в новом убежище на окраине Лондона не сильно отличалась от той, что была в замке Шотландии.       Чудеса только рады были покинуть клан вампиров и обзавестись собственным пристанищем. Да и вампиры не скрывали своего облегчения, когда те высилялись. За ту неделю которую они пробыли у них, поместье Лорда Белла понесло значительный урон. Думаю не надо уточнять, что эллиллоны и гномы были виновниками этого в куда большей степени остальных.       Комнаты двух этажного дома по прибытию сразу распредели между Чудесами. Вернее будет сказать, каждый сам себе выбрал место.       Несколько суматошных дней ушло на обставление комнат. Как и в прошлый раз, каждое из Чудес постаралось сделать свой уголок максимально комфортным для себя самого.       Так в доме появилось: Азиатское крыло, откуда всегда пахло чаем и благовониями; Логово эллиллонов, проросшое деревьями; Кабинет «Капитана», который Хаджи просил так не называть… и другие уголки поместья, за которыми не закрепилось свое отдельное название.       В прочем, как и упоминалось, все было относительно так же как и в Шотландии. Но было одно заметное отличие. Оно заключалось именно в настроении всех сожителей.       После всего случившегося не так легко все забыть и жить дальше как ни в чем не бывало. Чудеса намеренно решили ничего не забывать. В воздухе летало едва ощутимое чувство тревоги, которое каждый носил в своем сердце.       И Дамьян не мог этого не замечать. Прохаживаясь по комнатам здания он оценивал обстановку и втайне проклинал тот день, когда Ловцы напали на них.       Остановившись у двери одной из комнат в Азиатском крыле он негромко постучался и позвал:       — Чиэса, можно к тебе?       За дверью послышалась негромкая возня и до острого слуха вампира дошло ругательство гаргоны.       «Эрис будет в ярости, похоже я не вовремя».       Дамьян уже было думал удалиться как вдруг дверь открылась. Кицунэ приветливо улыбнулась и поздаровилась.       — Заходи, — жестом предлагая сесть она спросила: — Что-то случилось?       Дамьян сел на стул в мягкой обивке напротив нее и почему-то робея заерзал на месте под взглядом Эрис рядом с ней. Та смотрела на него через линзы своих черных очков и скрестила руки на груди, всем своим видом показывая недовольство.       — Да не то чтобы… — Он откашлялся. — Я бы хотел поговорить с тобой наедине.       Гаргона выразительно выгнула бровь и уставилась на меня. Чиэса погладила ее по спине и прошептала у ее уха:       — Мы не долго.       Когда Эрис вышла с комнаты Чиэса дала понять что готова слушать.       — Что тебя тревожит? Расслабься и расскажи. Я налью нам чай.       — Откуда ты знаешь, что я пришел просто поговорить?       — Не сложно догадаться, — она улыбнулась и достала из широких рукавов кимоно фарфоровые чашки и чайник.       «Похоже мне не суждено узнать как она это делает каждый раз».       — Спасибо.       Дамьян взял с ее рук чашку ароматного чая и немного отхлебнул. Горячая жидкость приятно расслабляла и он чуть не обмяк тут же в кресле.       — Мне тревожно за наш Караван. Я чувствую что должен поговорить с кем-то об этом.       Чиэса понимающе кивнула.       — Ни тебе одному. События тех дней все еще свежи в нашей памяти, и они не могут не вызывать тревогу… Но я предполагаю ты в куда большей мере беспокоишься за кого-то конкретного?       Дамьян в очередной раз восхитился способностью кицунэ понимать все без слов.       — Ты права. Теодор… — он замолчал на минуту пытаясь правильно подобрать слова. — Он сам не свой с тех пор как мы вызвалили его со штаба Ловцов. Он заметно стал молчаливым и будто отстраненным.       — Ты говорил с ним на эту тему?       — Я пытался, но каждый раз он либо отмахивается, либо заверяет меня, что все нормально.       Дамьян сокрушенно опустил голову и закрыл лицо руками.       — Я не понимаю как ему помочь.       Чиэса приблизилась к вампиру и ободряюще положила руку на его плечо.       — Просто будь рядом. Позволь ему самому выбирать момент, когда он будет готов обсудить это.       Дамьян поднял голову и посмотрел на кицунэ.       — И все? Разве я итак не рядом?       — Ты ведь понимаешь, что я имею ввиду более углубленное понятие? — Чиэса покачав головой вздохнула. — Не расчитывай получить от меня еще советы, если ты не прислушиваешься к этому.       Дамьян кивнул и встал с кресла направляясь к двери.       — Спасибо, Чиэса. И… прости если нагружаю.       — Всегда пожалуйста. Я всегда готова тебе помочь, конечно если это в моих силах.       Чудеса обменялись с друг другом взглядами полными взаимной дружбы и Демьян расстался с ней еще более расположенный уважением к кицунэ.       Обдумывая ее слова он поднимался по лестнице на второй этаж и направился к комнате в конце коридора.       Скоро многие Чудеса будут отходить ко сну. Остаток этой ночи он обычно проводил у себя в комнате или присоединялся к тем кто не спит. Сейчас Дамьян отдал предпочтение первому варианту и открыл дверь своей комнаты.       Весь дом был построен и обставлен по вкусу Гарри, поэтому и стены и мебель мазолили глаза своей кричащей роскошью. Именно в этой небольшой комнате не строили окно, что как нельзя кстати подходит для вампира. Наверное изначально так и задумывалось, и это не совпадение. И Дамьян смел полагать, что и наличие всего одной такой комнаты тоже не совпадение.       — Привет, Теодор.       Виконт сидел в кресле рядом со стеллажом обставленным книгами и как раз читал одну из них.       Он повернул свою рыжую голову и сдержанно улыбнулся.       — Привет, решил лечь пораньше?       — Просто нечем занять себя. Хотел было пойти прибраться у эльфов, но вовремя вспомнил, что они до сих пор чураться меня.       Теодор отложил книгу.       — Из-за того, что ты раньше был Ловцом? Это ведь в прошлом, и ты никак не виноват в том, что на нас напали.       В его голосе звучало возмущение.       Дамьян опустил голову на подушку кровати и устало раскинулся в позе звезды.       — Поди ты это им донеси…       Увидев что Теодор решительно встал и направился к двери Дамьян резко сел и замахал руками.       — Это шутка! Теодор, я это не серьезно.       — Зато я вполне серьезно.       — Господи, да подожди ты…       Быстро оказавшись рядом с ним Дамьян взял его за рукав рубашки и с мольбой в глазах посмотрел на него.       — Не надо.       Теодор заметно поумерил пыл и расслабил плечи. Застыв так в воцарившем молчании Дамьян не нашел что сказать и просто предложил:       — Давай просто ляжем пораньше. Вместе.       Слова вырвались раньше чем он успел их обдумать, и теперь не только Теодор, но и он сам был удивлен этому.       — Уверен?       Теодор был подумал, что он сразу передумает, ведь обычно они спали врозь, хоть и кровать была двухспальняя.       Но Дамьян вдруг кивнул в знак согласия.       — Э… помнишь Гарри как-то говорил, что нам следует какое-то время быть рядом с друг другом? Я твой Мастер и наша связь, все дела.       «Надеюсь у меня получилось придать голосу ту уверенность, которую на самом деле не чувствую».       Теодор ответил коротким «хорошо» и погасив свет в комнате лег на левую сторону кровати. Дамьян тем временем устроился на правой части.       Они и раньше когда-то лежали вместе, но тогда Дамьян не чувствовал этой неловкости, которую чувствует сейчас.       Через какое-то время повернувшись лицом к Теодору он позвал его. Почему-то шепотом. Тот тоже повернулся к нему и вопросительно промычал что-то вроде «Мм?».       Дамьян начал говорить о судьбе Чудес, о прошлом и о будущем. Его сосед с участием слушал его и вставлял когда считал нужным отдельные фразы. Так они и проболтали до рассвета лицом к лицу и уснули оба немного облегченными от груза собственных мыслей.

• • •

      Дамьян удивился как быстро спать вместе вошло у них с Теодором в привычку. А еще больше он удивлялся тогда, когда иногда просыпался в его объятиях.       К счастью, после пробуждения Теодор не заговаривал об этом, а Дамьян и не спешил его расспрашивать. Причем он справился со своей неловкостью настолько, чтобы вообще ее игнорировать.       В совместные часы бдения перед сном они всегда ложились друг против друга и говорили так до рассвета. В одну их таких ночей Теодор признался, что иногда он видит кошмары.       — Будто бы я снова там, заключенный в клетку. Мне снова вкалывают что-то из-за чего я слабею. Порезы во всем теле… Они выкачивали из меня кровь.       Теодор замолчал будто ясно представив эту картину и проживая ее снова. Дамьян разглядывал его с беспокойством в полумраке комнаты, а затем потянулся к его руке и сжал.       — Сейчас это в прошлом. Я больше не дам тебя в обиду. Теодор, посмотри на меня.       Вампир до этого избегавший его взгляда послушно встретился с ним глазами.       — Все будет хорошо. Я рядом. Мы не дадим той проклятой ночи повториться.       Дамьян говорил спокойно, почти нежно. И повинуясь внезапному порыву он притянул Теодора и усадив его спиною к себе обнял, и заставил положить голову на его грудь. Он почувствовал как Теодор расслабился в его объятиях и накрыл его руку своей. Через короткое мгновение их бледные руки переплелись межу собой.       Какое-то время они лежали так в обоюдном молчании в котором не было неловкости. Скорее оно было лечебным и приятным.       — Рядом с тобой я забываю о кошмарах.       Теодор сказал это шепотом, чтобы вдруг не нарушить воцарившуюся идиллию. Не разжимая объятий он аккуратно перевернулся лицом к Дамьяну. Тот подумал, что если бы он дышал у него бы захватило дыхание. Острожно положив руку на его лицо он с нежностью смотрел на это ангельское личико и поглаживал его щеку большим пальцем. Незаметно для себя он улыбался.       — Я говорил о том, какой ты красивый?       Теодор расплылся в улыбке.       — Множество раз.       Протянув руку он запустил пальцы в кудряшки Дамьяна и гладя его по голове перебирал их. Немного приподнявшись он прошептал у самого его уха:       — Всегда хотел так сделать.       Дамьян прикусил губу.       «Хорошо что вампиры не краснеют».       Внезапно Теодор сменил положение и оказался сверху навесая над ним. Дамьян оказался между его рук опирающихся на кровать. В полумраке комнаты Теодор приблизил свое лицо к нему и остановился губами в сантиметрах от его губ. Заглядывая в его глаза он попросил:       — Можно?       Дамьян хоть и ужасно смущенный, но не был против. Обвив голову Теодора руками он притянул его ближе и коротко поцеловал первым.       — Да.       Теодор замер на мгновение и прильнул к его губам. Поцелуй получился порывистым, требовательным и притом нежным. Он не спеша отстранился и ласково покрыл поцелуями его лицо. Сначала в щеку, потом где-то у скул, и ниже… в шею, в ключицу.       Дамьян весь трепетал от его ласк.       «Будь я на его месте, то не смог бы так сдерживаться».       Теодор расстегнул пуговицы его рубашки и осторожно, будто изучающе провел рукой от груди к самому животу.       Завараженно смотря на него, в голову Дамьяна вдруг прокралась одна мысль, которую он тут же озвучил:       — Вампиры могут пить кровь друг друга?       К его большому удивлению Теодор внезапно жутко смутился и положил голову ему на грудь пряча выражение своего лица.       Дамьян острожно погладил его по голове.       — Что такое?       Теодор минуту поразмыслив взял себя в руки и начал:       — Вампиры из клана когда-то говорили об этом. Но понимаешь… это очень… очень интимный жест между вампирами.       — Серьезно?       — Да. Обмен кровью в этом случае осуществляется только с теми, кого вампиры выбрали как вечного избранника.       Последние слова Теодор еле выговорил от смущения. Дамьяну было забавно за ним наблюдать.       Взяв его за подбородок он заставил его посмотреть ему в глаза.       — Хочешь попробовать?       Заметив как тот опешил Дамьян не дожидаясь ответа резким движением перевернул ситуацию — теперь он нависал сверху, а Теодор оказался снизу него.       Поглаживая большим пальцем фарфоровую кожу его щеки Дамьян приблизился ближе и их губы слились в жадном и глубоком поцелуе. Когда они на миг отстранились Теодор вдруг сказал:       — Ты можешь выпить моей крови.       — Ты не против?       — Нет, я хочу этого.       Дамьян улыбнулся и прижался губами к его шее, проведя языком по его коже он прокусил ее, и с наслаждением вобрал в себя выступившие алые капли. Несколько секунд он пил ее, соленую и металическую. Кровь на вкус была отдалено похожа на человеческую, но все же не обладала той же насыщенностью и не придавала живительного тепла. Теодор схватился за его спину и сжал пальцы.       Заставив себя разомкнуть челюсти Дамьян отстранился и слизал пару капель выступивших на месте укуса.       Навалившись на Теодора всем своим весом он положил голову ему на грудь. Поглаживая его по темным волосам он спросил:       — Как это было?       — Немного необычно, — Дамьян на минуту задумался. — Я почти не чувствую прилива сил и тепла.       — Правда?       В голосе Теодора почему-то слышалось разочарование. Дамьян насторожился.       — Эй, ты чего? Эффект отличается, но я ни о чем не жалею. Хочешь тоже попробовать?       Теодор молчал. Дамьян откинулся на подушки рядом с ним. Перевернувшись на бок он пытался заглянуть в глаза напротив.       — Растроился?       — Немного… Знаешь, меня клонит в сон.       — Значит рассвет уже близко. Иди сюда.       Теодор тянется к нему и оказывается в его объятьях. Их ноги переплелись, а рука Дамьяна нежно гладит его по спине.       — Мы можем в следующий раз выпить человеческую кровь и делать… ну что хотим. Тебе не нужно беспокоиться из-за этого.       Дамьян говорил поверх головы Теодора и не видел выражение его лица. Зато почувствовал как тот прижался к нему ближе и что-то забормотал.       — Мм?       — Ничего.       Тут и самого Дамьяна одолела сонливость. Перед тем как заснуть он услышал тихое:       — Спасибо.