Зелье

— Солнце, я говорю о зелье для беременности чистокровного аристократа. Я ведь уже оплатил тебе приём у колдомедика на этот месяц. Гарри устало вздохнул, наблюдая, как Драко недовольно морщит нос, крутя в пальцах маленький флакон. Они сидели в гостиной их квартиры, заваленной учебниками, пергаментами и какими-то бумагами Министерства. Последний курс выжимал из них все силы, а тут ещё эти зелья, обследования и бесконечные консультации. Будто магический мир не мог просто признать, что двое мужчин хотят семью, и перестать превращать это в алхимический квест длиной в год. — Я помню, Поттер, — Драко лениво откинулся на диван. — Просто это отвратительно на вкус. — Ты пьёшь огневиски без проблем. — Огневиски хотя бы честен в своём намерении меня убить. Гарри тихо рассмеялся и подсел ближе. На самом деле он волновался сильнее, чем показывал. Всё началось ещё год назад, почти случайно. Гарри тогда наткнулся на старую книгу о семейной магии чистокровных родов. В ней подробно описывались редкие зелья и ритуалы, позволяющие наследникам сохранить “магическое продолжение рода” вне зависимости от пола. Сначала это казалось чем-то далёким. Почти абсурдным. А потом Гарри слишком ярко представил Драко с их ребёнком на руках. И пропал. Полностью. Он никому не признался бы, насколько быстро начал строить в голове эту жизнь: их дом, утра вместе, светлые волосы ребёнка, вечные споры о воспитании, Драко, который делает вид, что строгий отец, а сам покупает малышу всё, что тот попросит. Это было страшно. Потому что Гарри хотел этого слишком сильно. — Ты опять задумался, — тихо заметил Драко. Гарри моргнул и посмотрел на него. Платиновые волосы были слегка растрёпаны после душа, на носу сидели очки для чтения, а домашняя чёрная кофта сползла с плеча. Совершенно невыносимый человек. — Думаю о том, что ты будешь ужасным беременным. Драко медленно прищурился. — Поттер… — Ты и сейчас драматичный. — Я вообще-то наследник древнего рода. — А ещё капризный. — Зато красивый. — С этим не поспоришь. Драко всё-таки улыбнулся краешком губ и покрутил флакон ещё раз. — Ты правда этого хочешь? Вопрос прозвучал неожиданно тихо. Без привычной насмешки. Гарри сразу понял, о чём он спрашивает на самом деле. Не про зелье. Не про беременность. Про семью. Про будущее. Про них. Гарри осторожно взял его за руку и переплёл пальцы. — Очень. Драко несколько секунд молчал, а потом вдруг уткнулся лбом ему в плечо. — Это ужасно несправедливо. — Что именно? — Что я тоже хочу. Гарри почувствовал, как сердце болезненно сжалось от нежности. Мерлин. Они действительно дошли до стадии “планируем детей”. Подростки, которые когда-то ненавидели друг друга в школьной библиотеке. Мир всё-таки имеет странное чувство юмора.

***

Гарри тихо улыбнулся и поцеловал его в макушку. — Тогда перестань ворчать и выпей уже это зелье. — Ты ужасный романтик. — А ты тянешь время. Драко недовольно фыркнул, но всё же открыл флакон. По комнате сразу разнёсся резкий травяной запах. — Мерлин… оно пахнет так, будто Снейп умер прямо в котле. — Не драматизируй. — Поттер, оно буквально шипит. — Это магия. — Это преступление против человеческого организма. Но всё равно выпил. И сразу скривился так, будто его заставили проглотить яд василиска. Гарри не выдержал и засмеялся. — Не смейся! Я ради нашей семьи страдаю вообще-то. — Очень героически. Драко пнул его ногой в бедро, но сам едва сдерживал улыбку. Несколько секунд они сидели молча. Тихий вечер, потрескивание камина и ощущение странного домашнего спокойствия. Гарри иногда ловил себя на мысли, что до сих пор не привык к этому. К тому, что у него есть место, куда хочется возвращаться. И человек, рядом с которым он действительно видит своё будущее. Драко вдруг положил голову ему на плечо. — А если не получится? Гарри сразу повернул к нему голову. В голосе Драко почти не было эмоций, но он слишком хорошо его знал. За этим спокойствием всегда скрывалось самое страшное. — Эй. Гарри осторожно взял его за подбородок. — Мы даже ещё не начали толком. — Я знаю. Но вдруг… — Тогда будем пытаться ещё. — А если вообще никогда? Гарри на секунду задумался. А потом мягко провёл большим пальцем по его щеке. — Тогда мы всё равно будем семьёй. Драко отвёл взгляд. Кажется, именно это и выбило у него почву из-под ног сильнее всего. Потому что Гарри говорил совершенно серьёзно. Без условий. Без “если”. Без требований. Просто: мы будем вместе. — Ты иногда слишком хороший, Поттер, — тихо пробормотал Драко. — Не привыкай. — Уже поздно. Гарри усмехнулся и потянул его ближе, устраивая между своих ног. — Представляешь, каким будет наш ребёнок? — Красивым, очевидно. У него же будут мои гены. — А скромность будет моя. — Нет, это точно не твоё качество. Гарри рассмеялся, а Драко прикрыл глаза, расслабляясь в его объятиях. И впервые за долгое время будущее перестало казаться страшным. Теперь оно просто было их.

***

Прошло почти восемь месяцев. Восемь месяцев зелий, обследований, бессонных ночей и постоянного раздражения Драко. Сначала всё казалось даже смешным. Гарри с энтузиазмом таскал книги о семейной магии, спорил с колдомедиками и записывал расписание приёмов, будто готовился к ЖАБА по зельеварению. А Драко страдал. — Почему я должен пить это три раза в день?! — Потому что ты сам согласился. — Я был влюблён и не в себе. — Ты и сейчас влюблён. — К сожалению. Но чем больше проходило времени, тем меньше оставалось шуток. Каждый месяц они ждали результат. Каждый месяц слышали: “Пока ничего.” И Гарри видел, как Драко начинает закрываться. Сначала тот просто раздражался. Потом перестал говорить об этом. А позже вообще делал вид, будто тема детей его больше не волнует. Но Гарри замечал всё. Как Драко задерживает взгляд на семьях с детьми. Как дольше обычного смотрит на маленькие мантии в магазинах. Как однажды ночью слишком крепко сжал его руку и тихо спросил: — А ты точно не пожалеешь, если у нас не получится? Гарри тогда просто поцеловал его в лоб. Потому что иногда любовь нельзя объяснить словами.

***

Всё произошло слишком обычно. Именно поэтому они сначала даже не поняли. Драко последние дни был раздражительным сильнее обычного, почти ничего не ел и постоянно жаловался на усталость. — Ты заболел? — нахмурился Гарри, заходя на кухню. — Нет. — Тогда почему ты уже десять минут смотришь на чай так, будто он лично оскорбил твою семью? — Потому что меня тошнит от его запаха. Гарри замер. Медленно. Очень медленно. Посмотрел сначала на чай. Потом на Драко. Потом снова на чай. Драко тоже застыл. Несколько секунд они просто молча смотрели друг на друга. — Нет, — сразу сказал Драко. — Но… — Нет. — Драко. — Поттер, даже не смей выглядеть так счастливым раньше времени. Гарри уже выглядел. Очень. Через двадцать минут они буквально влетели в кабинет колдомедика.

***

— Поздравляю. Мир будто остановился. Гарри перестал дышать. Драко сидел абсолютно неподвижно, сжимая край своей мантии так сильно, что побелели пальцы. — Беременность подтверждена. Срок совсем маленький, около трёх недель, поэтому потребуется особенно внимательно следить за состоянием… Колдомедик продолжал что-то объяснять, но Гарри уже ничего не слышал. Потому что Драко беременный. Драко. Беременный. Это слово вообще не укладывалось в голове. Он перевёл взгляд на мужа и увидел, как у того дрожат ресницы. — Драко?.. Тот резко закрыл лицо руками. И тихо засмеялся. Сквозь слёзы. — Мерлин… Поттер… Гарри сразу оказался рядом, опускаясь перед ним на колени. — Эй, эй, всё хорошо… — Я сейчас выгляжу ужасно. — Ты плачешь пять секунд. — Это уже достаточно унизительно. Но голос всё равно дрожал. Гарри осторожно взял его за руки и поцеловал костяшки пальцев. А потом вдруг сам нервно рассмеялся. — Мы… у нас правда будет ребёнок? Драко посмотрел на него красными глазами и неожиданно тоже улыбнулся. Так мягко. Так счастливо. Что у Гарри заболело сердце. — Похоже на то. И в этот момент Гарри окончательно понял: вот оно. Дом. Семья. Будущее. Не где-то потом. А прямо сейчас.

***

Следующие месяцы превратились для Гарри в постоянную панику. Потому что Драко оказался невыносимым беременным. Абсолютно. — Поттер, я хочу клубнику. — Сейчас январь. — И? — Сейчас три часа ночи. — Ты меня больше не любишь. — Драко… — Всё ясно. И Гарри шёл искать клубнику. Потому что любил. Безнадёжно. Сильно. На всю жизнь. Иногда он просыпался ночью и просто смотрел на спящего Драко, осторожно положив ладонь на ещё небольшой живот. Каждый раз это казалось чудом. И каждый раз становилось страшно. А вдруг что-то случится? А вдруг он не справится? А вдруг будет плохим отцом? Но потом Драко сонно прижимался ближе и ворчал: — Если ты ещё раз разбудишь меня своим staring problem, я подам на развод… И Гарри понимал: они справятся. Потому что теперь они не одни.

***

Когда родился их сын, Гарри плакал сильнее ребёнка. И нет, он никогда никому не признается в этом. Драко был бледный, уставший и совершенно измученный, но всё равно улыбался, пока колдомедик осторожно передавал Гарри маленький свёрток. — Осторожнее держи, Поттер, он не снитч. — Я знаю! — По твоему лицу не скажешь. Но сам Драко не отрывал взгляда от ребёнка. И когда маленькая ладонь неожиданно сжала его палец, он вдруг тихо всхлипнул. Гарри сразу посмотрел на него. — Эй… — Замолчи, — хрипло сказал Драко. — Иначе я начну рыдать окончательно. Гарри улыбнулся сквозь собственные слёзы и поцеловал его в лоб. А потом посмотрел на их сына. Платиновые волосы. Зелёные глаза. Идеальное сочетание. — Он красивый, — тихо сказал Гарри. — Естественно. Это мой ребёнок. Даже после родов Драко Малфой оставался Драко Малфоем. И Гарри любил его за это больше жизни.