зверобой

Ремезарский корабль стоит на берегу, освещаемый слабым светом Луны. Кроме дежурного, на палубе никого нет. Он медленно прохаживается вдоль-вперёд, всматриваясь в тёмный берег, как вдруг острый слух улавливает какой-то шорох. В это время в одной из кают капитан смешивает в ёмкости какие-то травы, порошки, заливает это дурно пахнущей жидкостью. – Жар не проходит, несмотря на все старания Элеонор. Она так ревностно ухаживала за ней всё это время, но ей тоже нужен отдых. Сейчас кое-что попробую, – носятся мысли в голове Раэля. После каких-то там тренировок Ашриэля, который уже не видит границ, о чём ему говорят все в команде, Лирен рухнула на мокрый грязный песок без сил. К несчастью Ашриэля, это всё увидел Раэль и остальные члены экипажа, которые единогласно решили передать Аверрис под опеку Элеонор и ремезаров. – Как там говорил делать Ках? Ну же, вспоминай быстрее, – обращался он сам к себе, вспоминая инструкцию по приготовлению компресса. Голова плохо соображала: в последнее время Раэль плохо спал, а вдобавок к этому боялся навредить своей подопечной. Он пропитывал хлопковую повязку приготовленной смесью, когда в дверь постучали. – Капитан, позвольте. К вам пришли, ожидают на палубе, – сказал дежурный и вышел из комнаты. Раэль знал, кто его ждал наверху, но не понимал, что зачем он сюда заявился. Ткань в руках мужчины сжалась, заставляя всю жидкость вытечь обратно в миску. Он начал всё снова, затем положил ткань на лоб Лирен. Свёрток источал горько-кислый запах, от которого девушка, будь она в сознании, не пришла бы в восторг. – Чем хуже пахнет лекарство, тем оно действеннее, – подумал Раэль, полоща руки под водой, а затем вышел на поверхность. Карн стоял сам, без картографа или кого-либо ещё, но под надзором дежурного, который увидев кивок своего капитана понял, что может быть свободен. – Зачем вы здесь? – Пришёл справиться о её состоянии. – Не по вашей ли вине оно такое? – Согласен, перегнул. Но и она упрямилась до последнего. Результата не будет, если не стараться и не жертвовать чем-то. – Поверьте, сеньор Карн, я знаю, что значит тренироваться до потери сознания, и уверен, что вы тоже. Но разве Лирен может тягаться с нами? Несмотря на то, что она капитан своего судна, с аномалией ей пришлось работать не так давно. Ашриэль молчал, понимая, что действительно ошибся, но ведь делал он это из лучших побуждений. – Давайте не будем развивать конфликт. Я извинюсь перед ней, как только придёт в себя, а потом она снова перейдёт под моё руководство. Карн сказал это и протянул руку собеседнику, в знак успешного примирения. – Нет. – Простите? – Сеньорита Аверрис будет находится под моим руководством столько, сколько я скажу. Если хотите ставить на ком-то опыты - возьмите своего картфографа. Он, должно быть, более живуч, а тем более привык к вам. Желваки заиграли на скулах Ашриэля, которому тяжело было смириться с тем, что его так осадили. – Тогда я хотя бы зайду к ней, оценю её самочувствие? Карн сделал шаг вперёд, но едва не уткнулся в грудь Раэля, закрывшего перед ним проход. – Спокойной дороги обратно, сеньор. Ашриэль ничего не ответил, развернулся и ушёл с корабля. Раэль стоял на палубе до тех пор, пока силуэт гостя полностью не исчез в темноте. Выдохнув, он помассировал глаза и переносицу, собираясь с силами. Вернувшись в каюту, он посмотрел на больную девушку, не понимая, вступился он за неё только из жалости, или в этом было замешано что-то ещё? Заметив, что дыхание её выровнялось, он коснулся лба. – Жар проходит. Раэль слегка улыбнулся, мысленно вспоминая своего наставника, который и научил его смешивать лечебные травы. Мужчина присел на стул возле кровати, опёрся рукой об стол, и глаза его постепенно начали закрываться.