Часть 29
12 июля 2026 г., 09:40
Прошёл год с того дня, как небеса разверзлись над поляной.
Год с тех пор, как Создатель явил себя и благословил союз двух нефелимов.
Год счастливой, мирной, спокойной жизни.
Штаб разведкорпуса давно перестал быть просто военной базой. Теперь это был центр нового мира — с библиотеками, школами, мастерскими. Сюда приезжали учиться со всех бывших территорий, здесь заключались мирные договоры, отсюда уходили экспедиции к морю, о котором мечтал Армин.
Эрен и Леви построили дом чуть дальше от штаба, на холме, откуда открывался вид на бескрайние леса и реку. Небольшой, уютный, с большой верандой и садом, который Эрен сам посадил и с любовью выращивал.
— Ты когда-нибудь думал, что будешь копаться в земле? — спросил как-то Леви, наблюдая, как Эрен возится с рассадой.
— Никогда, — рассмеялся тот, поднимая голову. — Но знаешь, это успокаивает. Видеть, как из маленького семечка вырастает что-то живое.
— Ты сам как семечко, — хмыкнул Леви.
— Это комплимент?
— Это наблюдение.
Эрен подошёл к нему, обнял, пачкая землёй.
— Ты мой ворчливый садовник.
— Я не садовник.
— А кто?
— Твой, — Леви вздохнул, но не отстранился. — Просто твой.
— Этого достаточно.
******
Микаса приходила к ним часто. Она старела — медленно, но верно. Волосы тронула седина, на лице появились морщинки. Но глаза оставались теми же — тёмными, глубокими, любящими. — Ты не меняешься, — сказала она однажды, глядя на Эрена. — Совсем. — Меняюсь, — ответил он. — Внутри. — Расскажи. И он рассказывал. О том, как учится принимать вечность. О том, как иногда просыпается в холодном поту от мысли, что все, кого он любит, уйдут. О том, как Леви рядом помогает не сойти с ума. — Ты сильный, — сказала Микаса, взяв его за руку. — Сильнее, чем думаешь. — Я просто учусь жить, — улыбнулся Эрен. — Как и все. — Ты справишься. — Знаю. Потому что вы рядом. Микаса обняла его крепко-крепко. — Я всегда буду рядом, — прошептала она. — Даже когда уйду. — Не говори так. — Говорю. Потому что это правда. — Она отстранилась, заглянула в глаза. — Я буду в твоём сердце. Всегда. Эрен кивнул, сглатывая комок.******
Армин женился на Энни. Это было тихое, скромное торжество — только свои, только те, кто прошёл через ад и выжил. Энни в белом платье выглядела почти незнакомо — мягче, спокойнее, счастливее. Армин сиял, как начищенный медный таз. — Кто бы мог подумать, — шепнул Леви Эрену, наблюдая за церемонией. — Ты о чём? — О них. О нас. Обо всём. — Леви покачал головой. — Если бы мне десять лет назад сказали, что я буду стоять на свадьбе бывшей титанихи и любить парня с крыльями, я бы зарезал говорившего. — А сейчас? — А сейчас я счастлив, — просто ответил Леви. — Впервые в жизни. Эрен взял его за руку, сжал пальцы. — Я тоже. Они поцеловались под одобрительные крики гостей, и даже вечно хмурая Энни улыбнулась.******
Ханджи не старела. Точнее, старела, но отказывалась это признавать. Она носилась по лабораториям с той же бешеной энергией, что и двадцать лет назад, ставила эксперименты, писала научные труды и доводила всех своими открытиями. — Я нашла способ замедлять старение клеток! — объявила она однажды, влетая в дом Эрена и Леви. — Это революция! — Ты собираешься жить вечно? — приподнял бровь Леви. — Нет, что ты! — отмахнулась Ханджи. — Я просто хочу успеть сделать всё, что задумала. А задумала я много. — Мы знаем, — усмехнулся Эрен. — Ты нам уже сто раз рассказывала. — И расскажу ещё сто! — Ханджи уселась за стол, потребовала чай и принялась строить планы на следующие пятьдесят лет. Эрен и Леви переглянулись, улыбнулись и сели слушать.******
Эрвин Смит стал первым президентом нового мира. Он оказался не только гениальным стратегом, но и мудрым правителем. Стены снесли, границы открыли, торговля и культура расцвели. Люди учились жить без страха, без ненависти, без войны. — Ты доволен? — спросил его как-то Леви, зайдя в кабинет. — Я? — Эрвин поднял глаза от бумаг. — Я делаю свою работу. — Ты делаешь больше. — Леви сел напротив. — Ты строишь мир. — Мы все строим, — ответил Эрвин. — Каждый на своём месте. — Ты про него? — Леви кивнул в сторону, где по саду ходил Эрен, поливая цветы. — И про него тоже. — Эрвин улыбнулся. — Знаешь, Леви, я много лет вёл людей на смерть. Жертвовал одними, чтобы спасти других. И всегда думал — есть ли в этом смысл? — И теперь? — Теперь вижу. — Эрвин посмотрел в окно. — Вот он, смысл. Мир, где можно просто жить. Любить. Растить сад. — Он повернулся к Леви. — Мы сделали это. — Мы, — согласился Леви. — Все вместе.******
Люцифер появлялся редко, но всегда вовремя. Он приходил посидеть на крыше, поговорить о вечности, посмеяться над людскими глупостями. Иногда они молчали — просто сидели втроём, глядя на звёзды. — Ты простил Отца? — спросил как-то Эрен. — Простил, — кивнул Люцифер. — Он тоже простил меня. — И что теперь? — А теперь мы семья, — улыбнулся падший ангел. — Немного странная, но семья. — Это точно, — хмыкнул Леви. — Ты не жалеешь? — спросил Люцифер. — О том, что стал бессмертным? — Ни разу, — ответил Леви, глядя на Эрена. — Ради него — ни разу. — А ты? — Люцифер перевёл взгляд на Эрена. — Я жалею только об одном, — тихо сказал тот. — Что наши друзья не будут с нами вечно. — Они будут, — ответил Люцифер. — В вашей памяти. В ваших сердцах. В каждом вашем шаге. — Знаю. — Эрен вздохнул. — Просто иногда тяжело. — Я рядом, — напомнил Люцифер. — Всегда. Они сидели на крыше до рассвета, три бессмертных, три судьбы, три сердца, бьющихся в унисон. А потом наступил новый день.******
Прошло пятьдесят лет. Армин умер тихо, во сне, на руках у постаревшей Энни. Ему было семьдесят три. — Он был счастлив, — сказала Энни на похоронах, глядя, как гроб опускают в землю. — Всю жизнь. — Мы знаем, — ответил Эрен, сжимая её руку. — Он сделал так много. — А теперь его дело живёт в вас, — добавила Энни, глядя на Эрена и Леви. — В бессмертных. — Мы не забудем, — пообещал Леви. — Никогда. Микаса ушла через десять лет после Армина. Восьмидесятипятилетняя, но с прямой спиной и ясным взглядом. — Я готова, — сказала она Эрену, когда тот сидел у её постели. — Я прожила хорошую жизнь. — Ты была лучшей сестрой, — прошептал Эрен, сжимая её сухую ладонь. — Лучшим другом. — А ты — лучшим братом. — Микаса улыбнулась. — Береги его. И себя. — Обещаю. — И помни — я всегда рядом. В сердце. — Помню. Она закрыла глаза и уснула навсегда. Эрен плакал три дня. Леви был рядом, молчаливый и тёплый, держал за руку и не давал провалиться в отчаяние. — Она хотела, чтобы ты жил, — сказал он на четвёртый день. — Жил, а не горевал. — Знаю. — Эрен вытер слёзы. — Знаю. Просто... трудно. — Я здесь. — Спасибо.******
Энни ушла последней из смертных. В девяносто три, окружённая учениками и последователями, которые продолжали её дело. — Я вернусь к нему, — прошептала она перед смертью, глядя на портрет Армина. — Наконец-то. — Передавай привет, — улыбнулся Эрен сквозь слёзы. — Передам. — Энни сжала его руку. — Живите, мальчики. Живите за нас всех. — Будем, — ответил Леви. Она закрыла глаза. Их осталось двое.******
Эрен и Леви стояли на холме, глядя на закат. Пятьдесят лет прошло. Полвека счастья, боли, потерь и обретений. Все, кого они любили, ушли. Остались только они вдвоём. — Тяжело? — спросил Леви. — Тяжело, — признался Эрен. — Но я справляюсь. Потому что ты рядом. — Всегда рядом. — Знаешь, о чём я думаю? — О чём? — Что они не зря прожили свои жизни. — Эрен обвёл рукой горизонт. — Посмотри, какой мир мы построили. Мир без войны, без страха, без стен. Это благодаря им. — И нам, — напомнил Леви. — И нам, — согласился Эрен. — Но без них бы не получилось. — Не получилось бы. Они помолчали, глядя, как солнце медленно тонет за горизонтом. — Леви? — М? — Ты счастлив? — С тобой — да. — Леви повернулся к нему. — А ты? — Со мной — да. — Эрен улыбнулся. — Потому что ты со мной. — Дурак. — Твой дурак. — Навсегда? — Навсегда. Они поцеловались под закатным небом, два бессмертных, два любящих сердца. Впереди была вечность. И они были готовы.
