Ключ от нашего будущего

Всё началось тремя днями ранее в уютной кофейне у университета. Ольга долго собиралась с духом и, наконец, мягко предложила Вадиму переехать к ней. Ей казалось это естественным шагом: они любили друг друга, Лиза уже взрослая и практически жила со своим парнем, так зачем тратить время на раздельный быт? Но Казанцев в ответ лишь отвёл взгляд и как-то невнятно отшутился, переведя разговор на хоккейные дела. Объяснить истинную причину — свою чисто мужскую гордость и нежелание приходить «примаком» в чужую квартиру — он в тот момент просто не смог. Для Ольги этот отказ стал ударом. Внутри всё перевернулось от горькой мысли: «Значит, для него всё это просто очередная интрижка. Поиграет и пойдёт дальше». Следующие дни превратились в персональный ад для обоих. В коридорах университета Ольга Сергеевна держалась подчёркнуто вежливо, общалась с Казанцевым ледяным тоном и исключительно по рабочим вопросам. Вадим видел этот её раненый взгляд и понимал: пора выкладывать главный козырь. Вечером, когда Ольга уже набрасывала на плечи пальто, собираясь уходить, дверь её кабинета без стука отворилась. На пороге стоял Казанцев — как всегда, безупречно одетый, но с тем самым неуловимо-хитрым выражением лица, которое Ольга сейчас видеть не желала больше всего. — Ольга Сергеевна, задержитесь, — его голос звучал деловито, но в глазах плясали знакомые искры. — Появилось одно срочное дело вне университета. Нам нужно съездить на один объект. Это не займет много времени. Ольга даже не повернулась в его сторону, методично застегивая пуговицы. — Вадим Юрьевич, рабочий день окончен ровно десять минут назад, — холодно отчеканила она. — Все «объекты» и хоккейные контракты подождут до завтра. У меня личные планы. — Личные планы? — Вадим сделал шаг в кабинет и слегка наклонил голову, усмехаясь. — И в эти планы входит очередной вечер демонстративного игнорирования моего существования? Оля, брось. Дело действительно важное. Касается... недвижимости. Ольга резко повернулась, и в её глазах вспыхнул опасный огонек. — Недвижимости? Решили всё-таки подыскать себе съёмное жильё поближе к ледовому дворцу? Чтобы «семейный быт» не отвлекал вас от великих спортивных стратегий? Казанцев внутренне поморщился от того, как глубоко засела в ней эта обида, но маску удерживал железно. Он подошел ближе, почти вплотную, и понизил голос до своего фирменного бархатного шепота: — Я решил, что если проректор университета отказывается ехать со своим коллегой на служебный осмотр, то мне придется применить административный ресурс. Или... украсть тебя прямо из этого кабинета. Поехали, Оль. Хватит воевать. Обещаю, тебе понравится. Ольга несколько секунд пристально смотрела в его глаза, пытаясь разгадать очередной подвох, но глухая стена её злости уже дала трещину. Она раздраженно выдохнула, подхватила сумочку и прошла мимо него к выходу. — Только ради того, чтобы быстрее закрыть этот вопрос, Казанцев. У тебя ровно полчаса. .Однако вместо привычного маршрута машина Вадима свернула в сторону нового элитного жилого комплекса. Они поднялись на верхний этаж. Вадим подошел к массивной двери, повернул ключ в замке и пропустил Ольгу вперед. Квартира оказалась абсолютно пустой — только огромные пространства, пахнущие свежим ремонтом, и залитые золотым закатным светом окна от пола до подоконника. — Вадим, что это? — Ольга удивленно обернулась, её напускная холодность мгновенно улетучилась. Вадим подошел со спины, уверенно обнял её за талию и положил подбородок ей на плечо, вдыхая родной аромат волос. — Это наш дом, Олечка, — тихо сказал он, и от его бархатного шепота у неё по коже побежали мурашки. — Прости, что не согласился тогда. Я не мог прийти на всё готовенькое в твою квартиру. Мой характер ты знаешь — я должен сам привести свою женщину в свой дом. А твоё жильё... пусть останется Лизе. У девочки всегда должна быть своя подушка безопасности, мало ли как жизнь повернётся. А здесь — делай всё на свой вкус. Хочешь спальню цвета марсала? Будет марсала. Ольга замерла, чувствуя, как к глазам подступают слезы облегчения. Вся её обида и страхи растаяли в секунду. Она развернулась в его руках, заглядывая в эти хитрые, но такие любящие глаза. — Ты просто невыносим, Казанцев... — прошептала она, крепко обнимая его за шею. — Я знаю, — усмехнулся он и впился в её губы поцелуем. Этот поцелуй, со вкусом затянувшейся обиды и сумасшедшего облегчения, мгновенно сжёг все предохранители. Ольга полностью растворилась в его объятиях, понимая, что этот мужчина ради неё готов построить целый мир. Вадим подхватил её под бёдра, заставляя обнять его ногами, и в несколько шагов донёс до стены у огромного панорамного окна. Ольга откинула голову назад, тихо застонав, когда его горячие губы спустились к её шее, оставляя обжигающие следы. Пальто Ольги с шумом полетело на чистый паркет, следом отправился и пиджак Вадима. Его ладони, требовательные и жадные, скользнули под её блузку, сминая податливую кожу. Ольга не отставала: её пальцы дрожали, но уверенно расстёгивали пуговицы на его рубашке, желая наконец-то почувствовать его тепло без всяких преград. Когда одежда была сброшена, Вадим опустил её на пол, прямо в лучи заходящего солнца, накрывая её тело своим. В этой пустой квартире их вздохи и шёпот отдавались эхом от голых стен. Каждое движение было наполнено сумасшедшей страстью, накопленной за дни глупой разлуки. Вадим входил в неё мощно, уверенно, заставляя Ольгу до боли сжимать его плечи и шептать его имя, полностью растворяясь в этом диком, первобытном чувстве. Они достигли пика одновременно, выкрикивая имена друг друга в пустом пространстве их нового будущего, пока солнце окончательно не скрылось за горизонтом, оставляя их в тёплых сумерках