Падение Карэн

Первая глава получилось достаточно маленькой, ибо это по сути просто предисловие. Не хотел слишком его растягивать, а поскорее переходить к основным действиям.

Глава 1

День начинался непримечательно — точно так же, как и тысячи дней до этого. Молодая девушка, почти ещё девочка, лежала в постели, лениво потягиваясь. Будильник разрывался уже целую вечность, но она в пятый раз, не глядя, перевела его, надеясь урвать ещё хоть каплю сна. С трудом откинув одеяло, она наконец села. Волосы торчали в разные стороны, а домашняя футболка задралась так сильно, что обнажилась грудь. Её простые, до боли невинные трусики лишь подчеркивали царивший в комнате утренний хаос. Внезапно что-то заставило её всё-таки бросить взгляд на часы. 7:42. Она должна была выйти из дома ещё две минуты назад. Глаза девушки в ужасе расширились, и она птицей взлетела с кровати. — Карэн, твою мать! Судорожно распахнув шкаф, она схватила юбку. Та самая, школьная, средней длины, которая когда-то сидела свободно, теперь предательски плотно обтянула бёдра. Сбросив домашнюю футболку, она быстро накинула на плечи рубашку и принялась лихорадочно застёгивать пуговицы. В голове промелькнула мысль: «Бюстгальтер». Но времени уже катастрофически не хватало. Первым уроком шла биология у Гаргульи — самой строгой учительницы во всей школе. Опоздать к ней означало бы подписать себе смертный приговор. Забежав в ванную, Карэн бросила взгляд в зеркало. Спуттанные волосы, заспанное лицо, помятая рубашка... Да, видок тот ещё. Но до урока оставались считанные минуты. Стояло начало осени, и на улице было всё ещё достаточно тепло. Выскочив из дома, девушку ослепил яркий утренний свет. Перебежав двор, она рванула в сторону школы. Благо, жила она недалеко, и это был её единственный козырь. Задравшаяся юбка, растрёпанные волосы, отсутствие лифчика — сейчас всё это волновало её в тысячу раз меньше, чем страх опоздать на урок. На пороге школы она оказалась за минуту до звонка. По лицу градом капал пот, рубашка прилипла к спине — сентябрь сегодня выдался на удивление жарким. Промчавшись по полупустым коридорам, она прямо со звонком влетела в кабинет. Учителя ещё не было. Словно гора с плеч. Заняв своё законное место на третьей парте у окна, Карэн шумно выдохнула. — Кто-то снова смотрел видео допоздна, — раздался сбоку ехидный голос. Лара, сидевшая рядом, поправила круглые очки, и стёкла на секунду блеснули так, что Карэн не увидела её глаз. Лара выглядела как самая примерная ученица на свете. Аккуратные чёрные волосы были собраны в тугой хвост, выглаженная рубашка сияла белизной, юбка не имела ни единой складки. Зелёные, слегка суженные глаза смотрели на мир с неизменным превосходством. — Ты на себя в зеркало вообще смотрела? — продолжила она, даже не дождавшись ответа. — Или для тебя это нормальный вид? Видок и вправду был… своеобразный. Влажная от пота рубашка облепила тело, как вторая кожа, особенно бесстыдно обрисовывая грудь. Под липкой тканью явственно проступали затвердевшие от бега и холодного утреннего воздуха соски. Карэн чувствовала себя абсолютно голой. Казалось, что тонкая мокрая материя стала совершенно прозрачной, выставляя её напоказ перед всеми. Под маслянистыми взглядами парней кожа покрылась мурашками, и она попыталась вжаться в стул, мечтая слиться с деревом. Но каждый похабный взгляд, каждая скользкая ухмылка заставляли её вздрагивать, посылая в низ живота странные, пугающие импульсы. Когда в класс величественно вплыла Гаргулья, её ледяной взгляд прошествовал по рядам и замер на Карэн. В гробовой тишине было слышно, как учительница тяжело вздохнула. «Уважаемая Карэн, вы, кажется, перепутали школу с совершенно иным заведением. Немедленно прикройтесь и сядьте прямо». Класс прыснул от смеха. Карэн захотелось провалиться сквозь землю, исчезнуть, раствориться, но позор жёг щёки, а сердце колотилось где-то у горла. Следующим уроком была физкультура. В раздевалке, улучив момент, Карэн наконец привела себя в порядок перед зеркалом, собрав волосы в подобие прически. Успокоившись, она стянула с себя влажную рубашку и потянулась за футболкой. Когда она стояла в одних лишь тонких трусиках, сзади неожиданно подошла Кейт и крепко обняла её за талию. От неожиданности Карэн вздрогнула и ахнула. — Боже, какая же ты развратница, — прошептала Кейт ей на ухо, обжигая дыханием шею. — Неужели так нравится ходить без лифчика? — Ты же знаешь, что это не так… Я просто проспала! — попыталась оправдаться Карэн, пытаясь прикрыться руками, но Кейт ловко перехватила её запястья. — Да-да, рассказывай, — её холодные пальцы вдруг бесцеремонно сжали грудь Карэн, словно выставляя её на всеобщее обозрение. От неожиданного прикосновения по телу пробежала волна мурашек. — Ты вспомни, как мальчики на тебя пялились, слюни пускали. Вся такая невинная, а в душе — просто грязная шлюшка. Карэн наконец вырвалась из цепких объятий, чувствуя, как гулко колотится сердце. — Да пошла ты, Кейт. Отойдя в угол, она дрожащими руками закончила переодеваться. Подобные выходки были в стиле Кейт. Та считала своим долгом унизить или уколоть любую девушку, притягивающую слишком много мужских взглядов. Но почему от этих грубых прикосновений внутри что-то предательски сжалось? На физкультуре начались новые трудности. Ей приходилось постоянно одергивать футболку, чтобы та не задиралась слишком высоко. Каждый шаг, каждый прыжок болью отдавался в груди. Жёсткая синтетика безжалостно терла затвердевшие соски, заставляя их ныть и, к её ужасу, становиться ещё заметнее под белой тканью. Но хуже всего было другое. Там, между ног, стало предательски тепло и влажно. С каждым движением она ощущала, как трусики намокают всё сильнее, и Карэн с ужасом думала, что пятно вот-вот проступит сквозь тонкую ткань шорт. — Может, тебе просто раздеться? Нам и так всё видно! — выкрикнул кто-то из парней, и по шеренге прокатился гогот. Стыд обжёг щеки, но почему-то этот стыд смешивался с чем-то новым, щекочущим изнутри, от чего ноги подкашивались. Это было непривычно. Это было странно. Она пока не понимала, что с ней происходит, и боялась себе в этом признаться. К счастью, остаток учебного дня прошёл почти без происшествий, если не считать бесконечных подколов одноклассников и предательски ноющей, беспрестанно намокающей киски. Она ненавидела это чувство и жаждала его одновременно. В конце дня Карэн вернулась в пустой дом. Отца у неё никогда не было, а мать без остатка отдавала себя работе. Тишина давила на уши. Вечером, оставшись наедине с собой, она лежала на кровати в одних трусиках, перелистывая в телефоне статьи и видео. Она искала ответ. Пыталась понять, почему всё произошедшее сегодня так остро и стыдно её возбуждало. На удивление быстро она наткнулась на множество материалов о таком явлении, как «эксгибиционизм». Оказывается, это было целым миром. Девушки и мужчины, описывающие, как захватывающе чувствовать на себе чужие взгляды... Как мучительно и сладко демонстрировать то, что должно быть скрыто. Её взгляд зацепился за одну откровенную историю. «Сегодня я пошла на работу без нижнего белья. Ощущение, что под одеждой совершенно ничего нет, сводит с ума. Я чувствовала каждое дуновение ветерка. А мастурбировала прямо в офисном туалете, пока в коридоре ходили коллеги. Меня чуть не заметили, но именно это делало меня безумно мокрой». Читая эти строки, Карэн не заметила, как её собственная рука скользнула вниз, проникнув под резинку трусиков. Она уже была невероятно мокрой, пальцы легко заскользили по истекающей влагой плоти. Она тихо всхлипнула, когда кончик пальца обвел набухший, пульсирующий клитор. Обычно она делала это не слишком часто, лишь время от времени, как почти любой школьник. Но сейчас это было иначе. Её палец медленно скользнул внутрь, и она тихо застонала, выгибаясь навстречу собственной руке. Она продолжала листать ленту, пока не наткнулась на видео. На экране девушка немногим старше её, совершенно обнажённая, спокойно шла по ночной улице, а затем без тени смущения начала ласкать себя прямо на освещённой автобусной остановке. Её несколько раз замечали прохожие, свет фар выхватывал из темноты её разгорячённое тело. Смотреть на это было так запретно и так волнительно, что пальцы Карэн внутри неё ускорили темп, двигаясь всё быстрее и беспощаднее. Ноги затряслись в мелкой дрожи, спина изогнулась дугой. Карэн прикусила губу, чтобы не закричать, но сдавленный стон всё равно вырвался наружу. Оргазм накрыл её с головой, заставив на мгновение забыть, как дышать. Тяжело дыша, она рухнула на смятую постель, отложив телефон в сторону. Она уже знала. Сегодняшний день изменил её навсегда. Это было не просто смущение. Это было открытие.