Ненависть — самое сильное чувство

Значит, Драко решил оказать услугу Поттеру? Вполне вероятно, а точнее, Снейп считает, что это был продуманный ход Малфоя, которому отец за долгое время устраивал знатную головомойку о том, что людей нужно делать перед собой должниками. Быть в долгу у Малфоев Снейп не пожелал бы никому. Неизвестно, что именно они попросят, так ещё могут навесить на человека Непреложный обет или вовсе начать угрожать, в случае неповиновения. За всю свою жизнь Снейп был лишь единожды в долгу перед Люциусом, и этот единственный раз показал ему, что с такими людьми лучше не иметь ничего общего. Однако, другая часть Снейпа задумалась над тем, что Драко мог поступить так из своих собственных соображений. Он не помешан на власти, не лезет из кожи вон, чтобы понравится Тёмному Лорду, как делают другие. Случайная беседа с Нарциссой помогла Северусу найти ответы на те вопросы, которые создавали дыры в его порой беспорядочном потоке мыслей. Драко, которому в прошлом году мысль о вступлении в ряды Пожирателей вскружила голову, осознал масштаб своего решения и того, что его может ожидать. Неясно, что именно подтолкнуло юного Малфоя к тому, что вся эта затея ужасна и порой смертельно-опасна, но Снейп, для которого Драко был, как никак, его студентом, был рад этому переосмыслению в ещё юной голове. Он невольно вспоминал самого себя в том же студенческом возрасте, когда Тёмная магия так и манила его своими тайнами, могуществом и невероятной красотой; когда ради изучения этого раздела он решил, что на службе у Волдеморта наберётся новых знаний и умений, которые помогли бы ему в ещё неясном и смутном будущем, и понимал, что, примкнув к Тёмной стороне единожды, не сможешь оторваться от неё никогда. Снейп искренне не хотел, чтобы студенты, которых он обучал, вставали на неверный путь, который при любом развороте неизвестных событий мог свести их в неминуемую гибель. Пускай, что некоторые учащиеся вызывают у Снейпа негативные эмоции, но никто из них не заслуживает того, что их ждало бы на смертельной службе. Снейп ведь не подарок, но Дамблдор всем своим нутром отстаивал право на жизнь, на счастливую жизнь для Снейпа. ― Что вы имели в виду под моей услугой? ― выслушав недолгий рассказ по собственному требованию от Поттера, уточнил Снейп, поднимаясь с кухонного стула. ― Мне нужно Оборотное зелье. Вы не знаете, есть ли какие-нибудь зельевары, кто мог бы мне, скажем, продать это зелье? ― прямо заявил Гарри и, последовав примеру Снейпа, также поднялся с невероятно удобного и приятного кресла. Снейп никак не отреагировал на выдвинутую просьбу, унося пожелание Поттера вместе со стулом, который Северус решил собственноручно донести, тем самым улизнув от прямого и быстрого ответа. Он изначально предполагал, что Поттеру, как никак, понадобится помощь, но Оборотное зелье… Для его изготовления потребуется немало времени, которого у Северуса было крайне мало и которым он безгранично дорожил. Знакомых зельеваров у Снейпа не так уж и много, ведь он редко посещал какие-либо экспозиумы, на которых обычно собирались профессора и специалисты, обсуждая и делясь различными новостями, вплоть до самостоятельных изобретений. Не то чтобы Снейпу было неинтересно разузнать о новых открытиях или заклинаниях, упрощающих процесс варки, наоборот, если ему удавалось заметить в Пророке статейку о зельях ― будь она от Риты Скиттер, или же любого другого журналиста ― то он, не упуская возможности поддерживать связь с нынешнем временем, пробегался по этим небольшим строчкам про зелья, которым уделяли лишь треть от всей страницы Пророка. Однако, на вопрос от Поттера на ум пришёл лишь один человек, к которому Снейп относился весьма уважительно, пускай и не всегда вежливо, его знакомый зельевар-аптекарь ― Мальпеппер. Гарри решил не идти за профессором, решив, что ему нужно время для решения. Гарри знал, что Снейп имеет полное право прямо сейчас молча удалиться, не уделив никакого внимания этой просьбе, но он всё же не переставал надеяться. Вновь надеяться на свою удачу. В голове, как в знак подтверждения, промелькнули обрывки из записанных фраз Дамблдора: «Обращайся за помощью к Северусу…». Гарри удалось примириться с тем, что он действительно, как не покрути, но нуждается в помощи Снейпа. Дело даже не в нравоучительном письме, к которому Гарри должен бы был придерживаться, а в том, что только Снейп из его окружения мог действительно ему оказать какую-нибудь весомую помощь. Но Гарри ещё не добрался до собственного пика возможностей, который показал бы ему, что на большее он не способен, чтобы напрямую идти за помощью к Снейпу. Ведь всё то, что Снейп сделал для него за последние дни были лишь его собственные соображения и желания, а не Гарри, который всё-таки чувствовал себя должным за своё спасение. ― Аптека Мальпеппера, ― прервал размышления Гарри насчёт его отношения ко Снейпу чужой голос, обладатель которого вернулся в гостиную и остановился в паре шагов от камина. ― Возможно, его владелец сделает исключение для вас. Но учтите, что не все двери для вас открыты. Обычно зелья делают на заказ, предварительно на месяц вперёд… Если вы соберётесь навеститься в Мунго, то поспешу вас разочаровать заранее: Оборотные зелья они там не практикуют. Несмотря на некоторую ядовитость в словах, Гарри тут же поблагодарил профессора о всё-таки оказанной услуге. Где находится эта аптека он, разумеется, знал, но там он не был ни разу, наверное, оно и к лучшему. Снейп ненадолго задержался взглядом на бледном лице, ненароком мысленно подчеркнув, что непослушные вихри волос стали чуть меньше и обрели некую упругость, придав внешнему виду более взрослый и собранный вид. В голове промелькнула мысль о предстоящем визите в Министерство, запланированное на сегодняшний вечер по собственному пожеланию Тёмного Лорда. Он не прекратил печать газет и снабжение Магической Британии о преступности Поттера. Насколько известно Снейпу, то на Косом Переулке сторожат двое авроров, которым на глаза Поттеру лучше не попадаться. Развернувшись, Снейп за пару шагов прильнул к одному из книжных стеллажей, что-то внимательно выискивая взглядом. В момент его взгляд впился в одну крохотную книжку, которая больше напоминала личный дневник, а по виду ей было не меньше десятка лет. Ловким движением палочки Снейпа книга протиснулась между книгами-соседками и аккуратно спустилась прямиком в руки профессора. Бросив короткий взгляд на оглавление, Снейп вернулся к Поттеру, который внимательно наблюдал за Снейпом, но взгляд его изучал книгу-дневник. Гарри принял протянутую книгу, тут же открывая её на титульном листе. «Чары. Всё о безопасных чарах». ― Зачем это? ― захлопнув переплёт потрёпанной жизнью книги, задал логичный вопрос Гарри, поднимая взгляд на профессора. ― Если вы забыли, то напомню вам, что по официальным данным вы в бегах. Чары для отвлечения внимания вам не помешают, ― Северус за пару шагов добрался до собственного камина, неприязненным взглядом окинул испачканный пол подле решётки, и шагнул во внутрь, немедля произнося адрес транспортировки. ― Кабинет директора, Хогвартс. Оставляя Гарри в лёгком недоумении с собственной книгой, он быстро скрылся в размашистом зелёном пламени камина. Гарри недолго смотрел на один из кирпичиков, из которых был создан весь камин, но вскоре он вернул своё внимание в новому объекту в собственных руках. Со всеми неожиданно пришедшими проблемами Гарри и вправду забыл о Министерстве и о собственных угрозах. Его мысли были заняты различными вещами, вплоть до самого Снейпа, но только не о собственном положении в магическом мире. Удивительно, как люди могут быстро поменять своё мнение. Вернувшись в уже излюбленное кресло, Гарри решил не медлить и стал изучать книгу-дневник. На изодранном форзаце, где чернила, написанные мелким и дрожащим почерком, виднелось прозвище, которое неприятно кольнуло Гарри где-то в районе солнечного сплетения. Собственность Принца-Полукровки. К удивлению Гарри, Снейп даже создал оглавление, вручную расписывая страницы, определения и многие другие недочёты. Пробежавшись взглядом по коротким темам, он остановился на интересующем. Отвлекающие чары уместились на одной страничке. Оформление страниц было очень практичным и удобным. В верхней части листа, как полагается, тема, чуть ниже объяснение этой темы и её применение, а оставшееся место занимали чары, рядом с которыми расписаны их создатели и небольшие закорючки, показывающие верные движения палочкой. Видимо, этот дневник что-то вроде удобного справочника, в котором выписано всё и сразу, чтобы не искать информацию в учебниках. Почему во время своего обучения Гарри не пришёл к такой идее? Гарри задумался над тем, что если бы он учился по дневникам Снейпа, то всё своё учебное время был бы лучшим по успеваемости в Гриффиндоре, конечно же, после Гермионы. Учебник по зельеварению научил его многим хитростям и навыкам, которые в дальнейшем помогли ему в работе с зельями. Снейп действительно знает своё дело. Он очень сложный человек, которого Гарри не может понять, но его знания и навыки ― на высшем уровне. Таких профессионалов, как говорил Дамблдор, в нынешнее время крайне мало. Так ещё и тех, кто действительно что-то умеет. Гарри выбрал пару чар. Не зная, какие подействуют лучше, он решил перестраховаться. Дневник его слишком увлёк, когда он вновь заглянул в оглавление и заприметил другие интересные темы, не удержавшись от прочтения. Тем более, занимало это не так много времени. Попросить у Снейпа этот дневник себе Гарри посчитал наглостью. Оторвавшись от учения, Гарри отложил дневник на чайный столик, который уже был прибран, и поднялся с места, разминая затёкшие места. Его взгляд пал на собственные руки, вид которых был не из приятных. Он заглянул в уборную, встретившись с накрытым полотенцем зеркалом. Он подошёл к раковине, не смея прикасаться к нему. То, что он видит перед собой, казалось ему слишком личным, даже мысль о контакте с этим казалась недоступной и неправильной. Это было словно откровение, которое Гарри посчастливилось увидеть. "Снейп, он... Он не желает себя видеть" ― пронеслось разбивающее осознание в голове, которое заставило Гарри остановиться и тупо всматриваться в серую махровую ткань. Снейп скрыл зеркало, чтобы не видеть собственного отражения. Настолько была неприятна мысль о собственном виде, настолько он не желал заглядывать самому себе в глаза. Это полотенце не просто вещь или ткань, это щит от самого себя. Собственные размышления задели в Гарри чувство горечи, которое он не мог объяснить. Омознание, которое никак не могло быть ложью, впилось в мозг, будто выискивая улики для подтверждения собственных догадок… Мальпеппер. Зелье. Нужно идти, сейчас не время. Горячая вода приятно окутывала его ладони, смывая с них грязь, засохшие кровоподтёки и воспоминания, сметая их как следы. Наполнив сомкнутые ладони водой, Гарри тут же умыл своё лицо, чувствуя себя несколько свежее. Он медленно провел ладонями вдоль лица, тем самым стряхивая с себя остатки влаги и навязчивых мыслей, которые возвращались, стоило ему поднять взгляд на зеркало перед собой. Он решительно покинул уборную, гася за собой свет. Через пару мгновений он оказался на Косом Переулке.

***

Непрерывный гам непробиваемых толп волшебников и волшебниц разного возраста, шум от животрепещущих сов, отчаянно старающихся привлечь внимание проходящих мимо волшебников, в ожидании, когда их примут в новую семью, чужие странные разговоры, которые улавливаешь лишь обрывками и они уносятся прочь, а самое главное ― веселье и лёгкая задорность, витавшиев воздухеи одаривавшие всех присутствующих тем самым беззаботным чувством, ― эти воспоминания невольно всплыли в сознании Гарри, когда он вновь очутился на Косом Переулке. Переулок, что совсем недавно казался самым ярким и живым местом в Магической Британии, приобрёл скорбное чувство одиночества, неприятной пустоты и глубокого уныния. Выбитые стёкла витрин, осколки от которых всё также безобразно валялись у витрин, вывески бывших магазинов и лавок, которые неприятно скрипели и, казалось, вот-вот упадут, если их заденет ветерок. Узкая улочка была усеяна мусором и видимой пылью, а крайне редкие прохожие, кутаясь в поношенную на вид одежду и что-то неразборчиво бурча себе под нос, старались как можно быстрее покинуть это место, не желая скисать в этой унылой атмосфере. Где-то вдалеке слышался шум, точнее, чьи-то громкие крики и отрицания о собственной неприкосновенности ― Министерские стражи ловили магглорождённых. Гарри тут же воспользовался заученными чарами, как только услышал грубые голоса, доносящиеся откуда-то издалека, но так близко звучащие из-за эха. Аптека Мальпеппера… Если Гарри хорошо запомнил, то она была не так далеко от лавки, возле которой он очутился. Как же сейчас помогла бы ему отцовская мантия! ― Пап, гляди! ― мальчик, вырвавшийся из крепкой отцовской хватки, выбежал на крыльцо ещё живого магазинчика, бодро указывая пальцем на свой объект потрясения. ― Это же Гарри Поттер? Гарри, услышав детский крик, который невозможно ожидать в этом брошенном месте, живо обернулся, находя глазами нарушителя мертвецкой тишины. Отец мальчика, который рванулся за своим сыном, чтобы незамедлительно покинуть Переулок, замер на входе, впиваясь взглядом на Гарри, который в свою очередь уставился на них. Глаза ребёнка, что так и кричали о внутреннем восхищении, не сравнятся с осуждающим и обречённым взглядом его отца. Их одежда была как под стать антуражу Переулка, тем самым не давая повода аврорам что-то заподозрить. Нервный вид отца, который стал озираться по сторонам в выявлении потенциальных угроз, выдавал то, чего он боится. Он боялся поимки, ведь он, вероятно, магглорождённый. Как только его сын хотел вновь воскликнуть о своём открытии, он аккуратно прикрыл ему рот, что-то неразборчиво прошептал и, на глазах у Гарри аппарировал вместе с ребёнком. Реакция о громком заявлении не заставила себя ждать. ― Это Поттер! ― Гарри встретился взглядом с выбежавшим из-за угла молодым аврором, который мгновенно нацелил на Гарри волшебную палочку. ― Не дайте ему уйти! Гарри ринулся бежать, ведь как только аврор договорил, то незамедлительно бросил в него сковывающее заклинание, от которого Гарри ловко увернулся. Мимо него пролетали нечёткие картинки заваленных лавок, по которым попадали позади бегущие Министерские гончие, пытаясь попасть впереди бегущего Гарри, который находился в более выигрышном положении. Аптека, аптека… Да где же она? За новым поворотом, как бог его услышал, Гарри тут же встретился взглядом с потрескавшейся вывеской «Аптека Мальпеппера» и, не удосуживаясь обернуться, ринулся к парадной двери аптеки, из окон которой доносился приятный тёплый свет. Аптека выделялась своим болотным цветом, в отличие от окружающей её серой среды, а позолоченная вывеска, покрытая свежей краской, словно заявляла о том, что она всё ещё в работе. Забежав вовнутрь, Гарри взмахом палочки одёрнул аккуратно собранные жалюзи, закрывая вид на улицу. Должно быть, они сочтут, что он забежал в какое-то заваленное местечко и поскорее оттуда трансгрессировал. Он обессилено опёрся ладонями о собственные колени, переводя сбившееся дыхание от неожиданной быстрой пробежки. Даже чары для отвлечения внимания не помогли ему в этой ситуации. Конечно, чем они помогут, если в Гарри, буквально, тыкнули пальцем! ― Добрый день, чем могу быть полезен? ― вежливо поинтересовался пожилой мужчина, привлекая тем самым внимание Гарри на себя. Это был нескладный, невысокого роста, седоволосый человек, который был облучён в изумрудного цвета рубашку, поверх которой был накинут обыкновенный, даже можно сказать маггловский медицинский халат. Его проницательные серые глаза, что в силу возраста истратили живой огонёк, выглядывали из небольших очков полумесяцев, окидывая запыхавшегося юношу с головы до пят. Гарри, который тут же выпрямился, когда услышал старческий голос, сообразил, что это и есть Мальпеппер. Его аптека, как ни странно, чем-то похожа на него самого: стены отделаны фактурной болотной штукатуркой, такой же, как и снаружи, а потолок, что в прошлом был нежно-белого цвета, теперь покрылся заметными трещинами, утрачивая прошлую изысканность. Вдоль стен, как и у Снейпа, расположились полки, на которых виднелось абсолютное разнообразие различных ингредиентов, пробирок, книг и неизвестных Гарри странных диковинок. Всю эту полочную композицию прерывала стойка, за которой видимо стоял Мальпеппер, который теперь стоял перед Гарри, желавший полностью оглядеть посетителя. ― Добрый день, я хотел бы узнать, есть ли у вас Оборотное зелье, сэр? ― не желая тянуть, поприветствовал Мальпеппера Гарри, исполнив небольшой кивок головой в знак уважения. ― Оборотное зелье? Зелье… ― протяжно произнёс он, крепко о чём-то задумавшись, но ответ не заставил себя ждать. ― У нас не продаются зелья, мистер. Могу предложить лишь ингредиенты, рецепты или советы для их приготовления. Не желаете? Он поправил съехавшие очки с переносицы, внимательно вглядываясь в молодое лицо перед собой, заставляя Гарри чувствовать себя неловко под проницательным и пытливым взглядом серых глаз. Шестое чувство подсказывало, что у Мальпеппера всё-таки есть зелье. Ответ Мальпеппера показался Гарри не слишком убедительным и он решил всё же стоять на своём, пытаясь добраться до истины. ― Сэр, может у вас найдётся хоть небольшой флакон или зелье кратковременного действия? Мне очень, очень необходимо это зелье, мои друзья в опасности… ― Мистер! Я вроде сказал вам, что у меня не продаются зелья, не так ли? ― перебил Мальпеппер, недовольно хмуря брови и отстаивая собственные границы. ― Не будьте же вы наглецом. «Он лжёт» ― ласково заговорил чужой голос в голове Гарри, но на сей раз не спугнул его, а лишь стал поводом для следующей словесной атаки. Если Снейп является частым посетителем, то, может, у него с Мальпеппером завязались хотя бы деловые отношения? Да и Снейп всё-таки, известный и талантливый зельевар, чего терять… ― Я от директора Снейпа, ― не став понижать должность Снейпа до профессора, выпалил Гарри, отмечая некоторую перемену в чужом взгляде. ― От Северуса? ― скорее сам для себя переспросил Мальпеппер, замечая, как смягчился его собственный тон. ― Северус посещает подобные места исключительно самостоятельно, тем более, когда дело касается выбор чего-то или покупки какого-то зелья, он не доверяет такие вещи другим. Тем более вам, а кто вы ― я не знаю. Может представитесь, юноша? Мальпеппер ловко перешёл с уловки Гарри на раскрытие его личности. Разумеется, он знал, что перед ним стоит никто иной как Гарри Поттер, но вот вопрос, зачем он пожаловал и вмешивает сюда Северуса? Мальпеппер всегда отличался недоверием к молодому поколению, пускай хоть перед ним стоял человек, которого все до недавнего времени считали Избранником. ― Меня зовут Том, сэр. А вы, как я полагаю, мистер Мальпеппер? ― Гарри утвердился в том, что у Мальпеппера действительно есть зелья. Он не принял своего поражения, намереваясь продолжать бой. ― Абсолютно верно, Том, ― хозяин аптеки расплылся в доброжелательной улыбке, делая паузу для того, чтобы подойти поближе к Гарри и одарить его многозначительным взглядом. ― М-м, у вас и вправду её глаза, Том. Не думал я, что… Ох, горе мне. Видел её я лишь раз в своей жизни, но как заглядываю в ваши растерянные глаза, так невольно всплывает в памяти её детское личико, с тем же выражением глаз. Мальпеппер по-старчески поругался себе под нос, обвиняя себя в чём-то недосказанном, со вздохом разгоняя старые воспоминания. Но у Гарри от услышанного разыгрался интерес, он ни в коем случае не ожидал услышать сейчас упоминание своей матери. Идея с другим именем сейчас показалась Гарри глупой и неуместной. ― Откуда вы её знаете, сэр? ― смог выдавить из себя Гарри, переборов в себе желание задать вопрос побольше. ― О, мистер Поттер, я окликну себя предателем, если заикнусь хоть словом о вашей матери, ― вскинув ладони в защитном жесте, восклинкул Мальпеппер, отталкивая от себя заданный вопрос. ― Скажу лишь то, что даже в юном возрасте она отличалась своей добротой. Она прощала самое отвратительное и ужасное, скажем, то, чего нельзя прощать и оставалась рядом, когда все отворачивались. Изумительный ребёнок… О том, что его мама была доброй, Гарри слышал много раз. Эта заезженная пластинка звучала от каждого, кто был с ней когда-то знаком, вплоть до самого Сириуса! Гарри жаждал узнать больше, чем просто доброта. Больше, чем просто слова. К тому же ему стало любопытно, как и при каких обстоятельствах Мальпеппер познакомился с его мамой и к тому же со Снейпом? Как вообще к этому всему примкнул Снейп? О маме Мальпеппер больше не вымолвит ни слова, а цель своего визита Гарри не забыл. Он не собирается уходить без зелья, пускай его ждёт впереди хоть бой. ― Сэр, послушайте, мои друзья находятся в месте, где каждый день присутствует большая часть Пожирателей смерти, ― Гарри решил упомянуть опасность места, но не стал добавлять Волдеморта. ― Я знаю, что у вас есть зелье. Прошу вас. Я сделаю всё, что вы скажете. Резкое напряжение заполонило воздух в аптеке, а Мальпеппер, что недавно беззаботно ухмылялся нахлынувшим воспоминаниям, в тот же миг помрачнел, недоверчиво глядя на допытующего. Гарри искренне было жаль, что приходится давить на старика и буквально умолять, но иного выхода нет. Если не он, то кто? ― Зелья нет, мистер Поттер. Я был бы признателен вам, если бы вы сию же минуту исчезли из виду моей аптеки, ― грубо отрезал Мальпеппер, напомнив Гарри Снейпа, когда он случайно лез не туда, куда надо. ― Это всего лишь зелье! На кону стоят невинные жизни! ― не в силах сдерживать своё терпение и чувство несправедливости, выпалил Гарри, делая шаг навстречу к аптекарю. ― Мистер Поттер, я… ― Сэр! Всего лишь зелье! Как в замедленной съёмке Гарри уловил короткое движение руки Мальпеппера, который незаметно для Гарри вынул из кармана волшебную палочку, намереваясь напасть. Защищаться Гарри не в первый раз. Казалось, они одновременно выкрикнули обезоруживающие заклинания, словно готовились напасть друг на друга. Из-за ударной волны мощных заклинаний двоих волшебников оттолкнуло друг от друга в противоположные стороны. Мальпеппер неестественно приземлился подле стеллажа с пузырьками, которые от сильного толчка невольно стали падать одна за одной, глухо разбиваясь о кафельный пол. Гарри вышвырнуло из аптеки через завешанные окна, из-за чего основной удар пришёл на спину, когда он приземлился на усыпанный осколками асфальт. Он не смог сразу подняться на ноги, не успевая оправиться от сильного и неожиданного удара о землю, чувствуя, как пару осколков впиваются в кожу лица и спины. До него едва донеслись чужие крики, как он немедля аппарировал, так и не поднявшись с земли. Через считанные секунды он валялся на пустой улице Паучьего Тупика. В голове звенело от быстрой смены обстановки, как будто заполоняя его голову густым и увесистым туманом, делая её в разы тяжелее. Нельзя так беззаботно валяться посреди улицы, нельзя привлекать внимание. Оперевшись ладонями об асфальт, он приподнялся, чувствуя, как слабеют его руки. Поднявшись на ноги, его безвольно повело в сторону и он нелепо махал рукой, желая найти какую-то опору. Ею послужил высокий фонарный столб, который по неизвестным причинам не горел. Зациклив взгляд на одном кирпичике противостоящего дома, Гарри почувствовал, как туман в его голове постепенно рассеивается, облегчая ему способность думать. Ноги, что отказывались его слушать, вновь уверенно стояли на почве, из-за чего он отлип от фонаря. Оглядевшись по сторонам, он осознал, что на улице он совершенно один. Гарри впервые зашёл к Снейпу через парадную дверь, где его встретила узкая прихожая, что была отделена от квартиры дубовой дверью. Гарри стучал, но никто ему не ответил, из чего он сделал логическое умозаключение, что Снейпа дома не было. Под давлением его руки, дверная ручка поддалась, впуская Гарри в гостиную. Он тут же свернул, направляясь в сторону уборной. Перед ним вновь завешанное зеркало. Он аккуратно стал стягивать с себя изношенную кофту, скрипя зубами от неприятных ощущений, когда ткань касалась ранок. Он живо скомкал её и небрежно бросил на пол, отталкивая ногой в сторону ванной. Гарри включил поток воды, облокачиваясь руками о стенки раковины, прожигая взглядом серое махровое полотенце перед своими глазами. Очень, очень нужно! Но его словно кто-то держал за локти, не давая коснуться, и сдёрнуть это чёртово полотенце. Это просто необходимо. Но он обещал себе не трогать! Неудачное движение плечом заставило небольшие ранки напомнить Гарри о себе, и он, поддавшись более сильному желанию, быстро схватил край полотенца, стягивая его с целого зеркала. Он взглянул на себя, всё ещё держа меж пальцев край полотенца, которое свисало с раковины, норовясь упасть на пол. Кожа его лица словно болезненно побледнела, а от сбитого режима сна или полного его отсутствия под глазами проступили едва заметные синеватые синяки. На правой щеке, от кончика мочки уха до краешка губы, как узором, остался порез, вдоль которого впились в кожу мелкие осколки от окон, поблёскивавшие в отражении зеркала. Гарри быстро проморгал, приводя себя в чувство, и тут же повернулся к зеркалу спиной, поглядывая на него через своё правое плечо. Благо, спине достались лишь неприятные царапинки, и по пустяку немного синяков, которые уже успели посинеть. С подобным Гарри сталкивался каждый учебный год, так что, как говорила мадам Помфри: «Что было, то прошло и былью заросло!». Он оглядел крохотную уборную на наличие чего-нибудь маленького, что легко можно было бы трансфигурировать в своеобразный пинцет. Подопытной пришлось стать старой зубной щётке, которая незаметно уместилась в пластиковом стаканчике на бортике раковины. Неизвестно когда, но Гарри заметил, что с недавнего времени у него без причин подрагивали кисти рук, что часто доставляло неудобства, как, например, сейчас, когда он старался зацепить пинцетом торчащий осколок, но пальцы его предательски подрагивали, из-за чего пришлось немного попотеть. Возможно, это влияние каких-то заклинаний, или пережитых событий, но явно уж не от старости! Избавившись от последнего мешающего осколка, Гарри невесомо прикоснулся щеки, ощущая шершавость кожи, где ещё недавно были впившиеся стекляшки. Он подцепил пальцем кран, из которого тут же сильным потоком хлынула холодная вода. Подставив под неё ладони, он наполнил их водой и, наклонившись, провёл ими по лицу, болезненно морщась от неприятного пощипывания от ранки на лице. Повторив процедуру ещё несколько раз, Гарри выпрямился, проводя влажными ладонями вдоль волос, вновь заглядывая в зеркало, чтобы увидеть самого себя. Глаза, казалось, стали глубже, темнее, словно в них отражалась вся тяжесть пережитого. И, всё-таки, этот тремор в руках… Он не мог его игнорировать. Это было не просто физическое проявление усталости или стресса. Явно не оно. «Видишь? Видишь, что с тобой происходит?» ― заговорил кто-то в его голове вовсе нечеловеческим голосом. Гарри отвернулся от зеркала, чувствуя, как по спине пробежал неприятный холодок. Он замер, словно его сковали невидимые цепи, которые не давали ему права даже о чём-то подумать. Ухватившись рукой о край раковины, он панически уставился в кафельный пол, слыша лишь собственный стук сердца. «Ты становишься слаб… Слышишь, теперь я могу говорить своим голосом…» ― продолжало нечто, отзываясь не то в голове Гарри, не то… Не то внутри него самого, где-то далеко, в самых закромах сознания. Голос, чуждый и леденящий, похожий на шипение, продолжал говорить, проникая в самую глубь сознания Гарри. Гарри ощущал это нечто, будто его собственное тело становилось чужим, а мысли не принадлежали ему самому. Он вскинул голову, с ужасом заглядывая в зеркало, в котором лишь пару мгновений назад он видел своё собственное отражение. Но теперь перед ним был не он. Гарри чувствовал, как в глазах лихорадочно сменяется картинка, как его воля истончается, как его привычные границы и понимание собственного «я» растворяются, и в этой пустоте зарождалось нечто новое, пугающее своей чужеродностью. В отражении он видел не себя, а видел лишь тьму, что норовилась поглотить всё его сознание. От новой волны колотящего страха он отступил на пару шагов назад, задевая ослабевшей кистью пинцет, что с громким металлическим звуком упал на пол, и прижался к стене, будто она могла спасти его и вытащить из этого места. Это было вторжение. Медленное и мучительное, которое заставляло Гарри сомневаться в том, кто он на самом деле. Гарри попытался сглотнуть, но горло пересохло, словно выжженное изнутри. Его мысли метались, как испуганные птицы, пытаясь зацепиться за собственный разум, а не инородный предмет внутри. Ему было страшно. Страшно от того, что прямо сейчас с ним происходило. Всё, что он знал о себе, о своих желаниях, о своих страхах, казалось теперь хрупким стеклом, готовым разбиться от малейшего прикосновения этой новой, всепоглощающей силы. Он не может, не может поддаться. Нужно брать верх над этим нечто, что хранилось в нём неизвестное количество времени. Он ведь всё ещё мыслит, всё ещё видит то, что находится перед ним: зеркало, раковину, потрескавшуюся ванну, серое махровое полотенце… Серое махровое полотенце. Снейп презирает самого себя. Да, всё верно. Гарри презирает самого себя. Да, неужели? Дамблдор, Дамблдор… Гарри пытался сфокусировать свои лихорадочно метавшиеся мысли на чём-то едином, чём-то сильном, что могло бы опередить эту темноту в нём. Снейп. Упоминание профессора запульсировало в голове, как раскалённый уголёк. Видимо, этому нечто не нравилась эта мысль. Презирает ли он себя? Или это Гарри сам проецирует свои страхи и сомнения на профессора? Снейп всегда был загадкой, неизведанной, но такой манящей. Но помощь… эта странная, нежелательная помощь, которую он оказывал. Зачем? Ради чего? Неужели в нём есть хоть что-то, что не пропитано ядом ненависти? Он чувствовал, как внутри него борются два начала: отчаяние и упрямое, почти безумное желание понять. Понять Снейпа, понять себя, понять, как выбраться из этой тьмы. Неожиданно, Гарри поразило душераздирающим чужим криком, что так невольно напомнил ему крик матери, во время атаки дементоров. Его невольно качнуло в сторону, из-за чего он быстро нашёл опору в виде стены. Вторжение, что казалось, длилось вечность, в момент прекратилось, оглушая Гарри неожиданной звенящей тишиной. Он не слышал своё тяжелое дыхание, не слышал чужих шагов в соседней комнате и то, как открылась дверь ванной комнаты.

***

― Вы хотели меня видеть, мой Лорд? ― перешагнув порог комнаты спросил Северус, закрывая за собой дверь и накладывая на неё глушительные чары. Таково было пожелание Тёмного Лорда во время бесед со Снейпом. ― Да, проходи, ― как можно более доброжелательно произнёс Волдеморт, указывая своей тощей рукой на свободное место за длинным гостевым столом. Северус вежливо отказался. ― Я вижу, что оторвал тебя от важных занятий, ― как по факту утверждал Волдеморт, окидывая слугу ледяным взглядом, видимо, пытаясь выразить своё сочувствие. ― Должность директора, наверное, выматывает тебя… ― Вовсе нет, мой Лорд, ― отрезал Снейп, не желая распространяться на эту тему и переводя её на что-то более важное. ― Какова цель моего визита? Змееподобный недовольно прошипел на категоричный ответ Снейпа, но вслух ничего не сказал, обдумывая свои собственные слова. Его вид стал в разы лучше после их последней встречи: Тёмный Лорд стал вызывать Северуса гораздо реже, что, конечно, давало ему повод задумываться о каком-то плане, в который Волдеморт не хотел вписывать Снейпа. Его кожа вновь приобрела белый оттенок, сгоняя с лица серые краски, а змеиные глаза наполнились самодовольством и нескрываемой надменностью, с коей он осматривал всех своих слуг. ― Мне нужно поделиться с тобой крайне важной информацией, Северус. То, что я собираюсь тебе поведать, не знает никто, кроме меня самого. Готов ли ты принять её? ― это совсем не похоже на Тёмного Лорда, ведь обычно, он никогда не интересовался чьим-то мнением или решением, делая всё по собственному желанию. ― Я… ― начал было Северус после недолгой тишины, но его недосказанную речь прервал неожиданный визит Беллатрисы, что нагло ворвалась в комнату, воспользовавшись привилегией Тёмной метки. Гнев, что вспых в змеиных глазах, можно было почувствовать на самом конце длинного гостевого стола, где и остановился Снейп. Беллатриса являлась главным почитателем Тёмного Лорда, буквально страдая от фанатизма по нему. Она рвалась вперёд, когда дело касалось Поттера или любого другого юного волшебника и, конечно, не оставалась в стороне, когда речь шла о грязнокровках. Волдеморт не презирал её, но и не ценил. Он свыкся со своей преданной слугой, но её физиономия невероятно выводила его из себя. ― Мой Лорд, мой Лорд! ―взвилась она, падая на колено перед Повелителем, и этот жест, несомненно, умерил его пыл. ― Авроры, которых вы отправили на Косой Переулок, доставили информацию Крэббу, а он, глупец, поспешил… ― Ближе к делу! ― нетерпеливо перебил её тёмный маг, напрочь позабыв о присутствии Снейпа. ― Простите, мой Лорд, ― она виновато склонила голову, но тут же продолжила свой быстрый рассказ. ― Мальчишку видели в Косом Переулке. Он был у Мальпеппера. Авроры схватили старика… ― На кой мне этот старик! ― огорчившийся совершенно бесполезной уловкой Волдеморт, жестом велел Белле встать на ноги. ― Мне нет дела до того, с кем он вёл милые беседы. Мне нужен мальчишка. Казалось, в глазах Беллатрисы промелькнула злость на собственного Лорда. Она была любителем пыток и, конечно, она не откажется от такой возможности. Она извинилась перед Волдемортом за своё вмешательство, так и не заметив Северуса, удалилась тем же путём. В груди у Снейпа что-то неприятно кольнуло от упоминания Мальпеппера. Он искренне понадеялся, что авроры уже успели отпустить ни в чём невиновного старика. Не стоило отправлять Поттера к нему. Северус не учёл возможной опасности не только для Поттера, но и для Мальпеппера. ― Я полагаю, Северус, что отнял у тебя много времени, ― от Волдеморта не ускользнул беспокойный вид Северуса и он счёл, что это связано с учебными делами. ― Можешь идти, обсудим мою проблему в следующий раз. Снейп коротко поклонился и, помня о том, что Тёмный Лорд ценит традиции, снял с двери глушительные чары и, как подобающе человеку, покинул комнату и немедля направился к транспортному камину. Что-то в глубине души ему подсказывало, что он отыщет Поттера в собственном доме.

***

Перешагнув через решётку, что отделяла камин от пустой гостиной, Снейп прошагал в сторону кухни, лишь на долю секунды останавливаясь в проёме. Из уборной послышался звон, как от падения чего-то металлического, сопровождающегося продолжительным шумом и Снейп, уловив звук падения, преодолел расстояние от кухни до уборной. На короткий момент он засомневался в том, чтобы заходить вовнутрь, но сомнения испарились также быстро, как Снейп надавил на дверную ручку и она мигом поддалась, впуская его к Поттеру. Эти пару секунд пролетели для Северуса незаметно, чего не скажешь о Гарри, для которого время шло в совершенно параллельной реальности, неподвластной этому миру. Поттер всем телом вжимался в плитку стены, не замечая вошедшего, который впал в ступор на пороге. Что с ним такое? Снейп подошёл к Гарри, окликая его, но тот, конечно, не отреагировал. ― Поттер! ― рявкнул он, положив свою ладонь на подрагивающее чужое плечо и выводя Гарри из транса, втягивая обратно в реальность. ― Вы в порядке? Взгляд чужих зелёных глаз был наполнен неподдельным страхом, смешанным с ужасом и чем-то неизвестным, чего Северус не успел понять. «Что же ты видел…» — пронеслось в голове Снейпа, но он не стал задавать этот вопрос вслух. Казалось, для Гарри Снейп стал якорем, за который он сумел ухватиться и прийти в себя. Он глубоко вздохнул, и этот вздох показался для Снейпа подтверждением того, что Гарри окончательно пришёл в себя, но тот взгляд, который он ощутил на себе всё ещё стоял перед ним, не желая покидать его сознание. Зелёные глаза, что недавно бегло искали что-то или кого-то на полу, теперь сфокусировались на лице профессора, пытаясь уловить хоть какую-то ниточку понимания в его обычно непроницаемой маске. Чужая ладонь, что до недавнего времени несильно сжимала плечо Гарри, ослабила хватку и вовсе отпустила его, оставляя на бледной коже небольшие красные следы, словно от ожогов. Гарри оттаял от холодной стены, вновь ощущая хоть и не сильную, но опору под ногами. ― Спасибо, ― прошептал Гарри сиплым голосом, будто не пользовался им долгое время. Он поднял голову, задерживаясь взглядом на лице Снейпа. В его глазах, обычно полных презрения, сейчас читалось нечто иное — беспокойство, которое он, казалось, старался скрыть, но которое прорывалось сквозь привычную броню. В очередной раз, его заклятый враг оказался единственным, кто смог вытащить его из бездны. Снейп, почувствовав на себе чужой взгляд, укоризненно посмотрел на Поттера, заставляя его отвести взгляд. Он выпрямился, напоследок смерил Гарри оценивающим взглядом и быстро покинул уборную, скрываясь за дверью, которую он вежливо прикрыл. Гарри только сейчас осознал, что до сих пор стоял без верха. Он заметил в противоположном углу свою скомканную кофту и, подняв её, осмотрел со всех сторон. Вроде, не порвана. Он быстро натянул её, параллельно выискивая взглядом серое махровое полотенце. Нашёл полотенце под раковиной, чувствуя некую вину за то, что оно оказалось на полу, и, приподнявшись на носочки, набросил полотенце на зеркало, возвращая его на собственное место. Гарри всё ещё чувствовал себя странно, а опустошённость, что ещё не оставила его, жаждала вновь его поглотить. Его резко охватило желание покинуть эту уборную, которому сопутствовало желание увидеть Снейпа за дверью. ― У вас будет четыре часа, если не больше, так что не нужно пить зелье сразу, ― Снейп широким шагом подошёл к Гарри, как только он вышел из уборной, и вложил ему в ладонь три флакона зелий, а но одно из них указал пальцем. ― Половины флакона будет достаточно. Это было успокаивающее зелье, помимо которого на ладони Гарри виднелись Оборотное зелье и зелье Сна без сновидений. Этот жест был видимым проявлением беспокойства, который вновь дал Гарри повод для множества вопросов без ответов. ― Спасибо, ― вновь поблагодарив Снейпа, Гарри поднял голову, сам не понимая почему, но желая встретиться взглядом со Снейпом, но тот уже направился в сторону камина. Вылазка действительно не удалась. Гарри смотрел на чужую спину до тех пор, пока весь силуэт не скрылся в тёмных языках пламени транспортного камина, оставляя Гарри в одинокой компании книг. Он вновь посмотрел на разноцветные фиалы, в которых виднелись тёмные тягучие жидкости, и он вновь мысленно поблагодарил Снейпа за оказанную нежеланную помощь. В мыслях всплыло серое махровое полотенце.