Язык любви

Кимико знала настоящий язык любви. Без ложной скромности могла признать - она его придумала. Выдумала, закусывая до боли такой привычно ловкий язык, вызывая насилу судорогу немочи гортани, забывая между ослепляющими вспышками боли, как звучат собственный голос и спасительные крики. Потому что на самом деле спасение было только в молчании и невидимых новых словах, складываемых из их с братом рук. Штрихами пальцев и точками кулаков, с паузами междометий и скоростью движений они вдвоем создавали только им доступное и воинственно оберегаемое наречие выживших, которое оба называли любовью семьи. В какой-то момент пальцы безмолвно замерли, будто бы хрупко ломаясь, не чувствуя ответного движения напротив - Кимико потеряла второго носителя уникального языка, готовая навеки замкнуться в себе. Пока Френчи не вызвался его выучить, почти напарываясь всем телом на враждебное сопротивление, и в его безумных и преданных глазах японка увидела знакомые блики выжившего и дала ему шанс, в который он вцепился зубами. И вырвал его вместе с чем-то важным из её груди, даря в ответ собственное больное сердце. А потом она почти потеряла его дважды - добровольно, уступив чужому, и насильно, лишившись его в лагере на год. И разомкнувши раз сухие губы в отчаянном крике, она не смогла спаять их обратно, выучившись наново старым словам на новый лад без него. Обретя Френчи вновь, Кимико узнала, как красиво сплетаются их голоса, и поверила, что прекраснее её тембра для него нет. Она говорила и говорила, пытаясь выговорить всё за молчание прошедших лет между ними, но времени всё-таки не хватило, и тишина сомкнулась смертельным обручем вокруг горла. И стоя у могилы последнего любимого человека, она поняла. Настоящий язык любви - мёртвый.