Цикл полураспада

      9S накинул ей на плечи плащ из её же хранилища — один из редко используемых: парадный плащ YoRHa. Он прикрыл и повреждённое плечо, и открытые приводы в глубине раны.       — Они удушили радиоэфир. — 9S рассмеялся. — Полностью. Похоже, радио отключили физически. Параноики.        — Будем считать это демонстрацией, а не ошибкой.       2B поправила новый элемент одежды и напряжённо выдохнула. Летательное… нечто — она не понимала принципов, на которых скатоподобное устройство держалось в воздухе, — приземлилось на снег перед ними и открыло трап.       Внутри стояла статичная фигура. В первый миг 2B приняла её за андроида: девушка была слишком похожа на них — и внешне, и своей неподвижностью. Но её выдавало дыхание.       — Ваш бой был впечатляющим. Атлас рад приветствовать на своей территории новых охотников.       Шни вышла из десантного отсека, оставив позади солдат, которые так и не подняли оружия. 2B даже оценила бы этот жест, но турели корабля вели каждое её движение.       — Думаю, вас не затруднит предоставить нам лицензию? Пересечение границы, — Винтер вполне искренне усмехнулась. — Формальности и Атлас.       2B получила от напарника лишь короткое сообщение — знак вопроса и файл, куда по образцу паспортов военных были вшиты её данные. Причём даже не местные, в одном из документов упоминался некий «Вейл», чьё гражданство 9S туда и вписал. Но кое-что о документах людей 2B помнила хорошо: они не повторяют друг друга.       — Мы тут нелегально, — 2B развела руками. — И документов никогда не имели. Так что…       Руки тут же оказались протянуты к Винтер.       — Надеюсь, у вас крепкие наручники.              Она услышала смешок 9S сзади, да и сама не скрыла удовлетворённого прищура, наблюдая, как решительное выражение лица Шни становится недоуменным. А потом Шни вдруг поджимает губы и резко разворачивается с тихо брошенным: «Ясно».       — Она уходит? — 9S недоуменно качнулся. Но 2B в ответ покачала головой и показала ждать.       А ответить ему не дали:       — Поднимайтесь. Вам придётся пройти регистрацию и допрос в Академии. И… не делайте глупостей. С той высоты, на которую мы поднимемся, падение не переживают.       2B покосилась на 9S. Мысль у них была синхронной: люди не знали, что блокировать их можно было бы одной программой. Или у них просто не было этой программы?       Внутри корабля было просторно, но 2B ощущала себя некомфортно — концентрация частиц «Маги» в отсеке была настолько высокой, что она просто отключила сенсор их концентрации. Он стабильно выдавал бесполезное «Выше диапазона».       «И они ведь тут свободно дышат…» — перед её глазами пронеслись найденные когда-то кадры так называемого «синдрома хлорирования», эффекта, вызываемого как раз высокой концентрацией частиц.       Теперь, вблизи, она искала следы этого заболевания. Но не находила. Хотя каждый из сидящих в отсеке людей должен был медленно, или не очень, с учётом доли частиц, превращаться в гипсовую статую, и сама Винтер, и безликие десантники вели оживлённую беседу.       И при этом 2B даже не могла за это зацепиться. Окружающие, в их белых доспехах, были слишком похожи на андроидов, да, странных, но не настолько, чтобы каждый раз привлекать её внимание.       2B усадили рядом со Шни, в отдельном кресле возле командирского.       Однако вместо распросов она читала логи от 9S: дрон нашёл себе намного более интересное занятие, чем слушать обсуждения лучшей забегаловки в районе базы — он сканировал двигатели летательного аппарата.       И беззвучно ругался, видя мешанину знакомой физики и бессмыслицы. Потому, отбросив бессмысленные чертежи, приходящие и ей с раздражённым хмыком, 2B стала наблюдать за Винтер.       Из-под кресла на столик встали три предмета — металлический цилиндр, алюминиевая мисочка и картонная коробочка. 2B следила за ними с осторожностью.       Винтер проводила непонятные, почти технологически точные манипуляции, но молчала.       Свинтила крышку с цилиндра, высыпала из коробочки чёрный порошок и залила его до самого верха водой. Вернула всё на места.       А потом, отлив часть жидкости в крышку цилиндра, передала миску 2B.              — Вакуанский порох. Настоящий.              2B замерла. Люди — порох — вода…       — Вы пьёте порох?       — А ты как думаешь? — Винтер посмотрела на 2B пустым взглядом.       Андроид взяла мисочку, качнув жидкость, по которой расползалось шоколадное пятно. Она видела такое у пустынников.       — Это чай?       Был только один неподозрительный способ узнать — 2B покосилась на Винтер — и аккуратно отпила жидкость. Болезненно горячую и терпкую. 2B вздрогнула от непривычного ощущения.       Из любопытства иногда она ела то, что могла приготовить во время миссий, но… Отчёт анализатора отправился в архив без просмотра.       — Он вкусный. Спасибо.       Винтер смотрела на неё очень странным взглядом, отличающимся от всех прошлых. Не прищуренным или строгим, а сопровождаемым лёгкой улыбкой и еле заметными морщинками у глаз.       — Меня не затруднит. — На миг прикрыв глаза, Винтер вернулась к обычному виду. — Ты впервые пробуешь хороший чай? Это подарок от…       Она на миг запнулась.       — От отца. Он любил пить этот сорт со мной, когда учил меня. У всех отцов есть такая привычка?       Винтер задумчиво качнула чаинки в «чашке», но 2B заметила, что взгляд той следит за ней.       — Не знаю, у меня нет отца, — её ответ последовал мгновенно. Но тут же она добавила: — Я дочь человечества.       Честность за честность.       Как сжались на кружке пальцы Винтер после этих слов, она заметила, но не поняла из-за чего. А висевший у трапа 9S передал ей кадр — как на эту фразу обернулся один из солдат, тоже напрягшись.       — Не ожидала встретить последователя идей Мантла.       Винтер задумчиво произнесла это в воздух. И зачем-то повторила:       — Добро пожаловать в Атлас, дочь человечества.       2B поглубже закуталась в плащ с гербом YoRHa.       

***

      — У них есть ИИ.       Резкий голос 9S прозвучал в её голове ещё через десять минут — как раз в тот момент, когда они пересекли горную гряду, а солдаты начали собирать рюкзаки. Одновременно с этим отключились её системы дальней связи.       2B приложила руку к голове, когда мир за пределами корабля окончательно исчез, но взгляда с дрона-напарника не свела.       — Кто?       — Тот, кто заблокировал мне доступ к их ретранслятору, едва я попытался пробиться. Протоколы защиты примитивные, но кто-то перестраивает их в реальном времени. И быстрее меня.       В его голосе отчётливо слышалось напряжение, и 2B была с ним согласна. Рука сама тянулась к привычному клинку, но нельзя. Даже если это машины.       2B машинально вздохнула и, подняв руку, притянула дрона к себе, чтобы тот перестал трепыхаться перед ней.       — Машины — враги человечества. Если бы они были здесь, люди не полетели бы с нами. И их устройства, — она поставила метку в системе на так называемый «свиток» Винтер, — не были бы защищены настолько плохо.       — Но это не динамическая защита, я MTD за…       2B слегка тряхнула дрона. Обращаться так с напарником было почти физически тяжело, но это было быстрее слов.       — Без терминов. Суть. Я не разбираюсь во взломе. Тебя преследовали после попытки проникновения? Поэтому ты отключил связь?       — Нет, — дрон в её руках слегка обмяк, хотя физически расслабиться не мог.       — Значит, это не за нами. Лучше просто наблюдать. И… — она чуть склонилась к дрону, хотя её тон был лишь порождением программ, — какого чёрта ты полез в их системы, не предупредив меня?!       9S ничего не ответил, только виновато опустил манипуляторы. 2B хлопнула его по верхней панели и подтолкнула обратно в воздух.       — Странный у тебя дрон. Прошивка старая? — без особого интереса спросила Винтер, и 2B позволила себе лишь пожать плечами в ответ.       О камере, на которую Шни всё это снимала, она уже знала.       — В любом случае, советую посмотреть в окно.       Винтер подала знак пилоту, и по бокам десантного отсека открылись небольшие иллюминаторы. 2B машинально оценила толщину стекла — почти как у корпуса.       — Мы уже подлетаем.       За стеклом расстелилась обледеневшая долина, до самого горизонта залитая алым светом заката. Над снежным настом, почти у самых облаков, парил монструозный остров, связанный с землёй лишь тонкими косами канатов.       2B и сама не заметила, как протянула руку к стеклу, с единственной мыслью: «Люди. Люди всегда в небесах».       На миг её взгляд замер на бело-голубых силуэтах высоток, высящихся на острове. А потом её вырвали в реальность.       — Он прекрасен, не правда ли?       Винтер произнесла это с той же гордостью, с какой 2B говорила о своём подразделении. И тут же добавила торжественным, удивительно певучим тоном:       — Стальною рукой, несгибаемой волей, мы строили мир для своих сыновей~       А закончив, оглянулась на бойцов со сдержанным любопытством. Но никто не дёрнулся.       — Гимн старого Мантла.       И, не дав ответить, Шни скользнула к креслу пилота. Да, 2B и не собиралась отвечать — её взгляд не отрывался от Атласа.