Затерянный мир. Том 1

Громко сказано — холодной головой.  Голоса всë ещë подсознательно возвращались. А перед глазами стояла Айя. Острая, болезненная мысль пришла в голову. Я. Хочу. Домой. К родителям, к Айе, к тем охотникам, что угробили мою жизнь. Убью! Убью любого, кто посмеет ко мне подойти! Гррррр! Внутри всë разбушевалось. Нет, это точно не моë тело! Не моë сознание! Я была спокойной даже когда умирала! А сейчас — что? Бушую из-за… Сна! И не могу себя остановить! И не хочу! Гррррррр!.. Оглянулась по комнате. Странно, тело стало лучше слушаться. Ну допустим. Врач в комнату заходит. Травник, да, травник. Ещё привыкнуть надо к таким-то названиям. Заходит он, оглядывая меня с некоторой опаской. Его взгляд прикован к моей задней части. Что не так с моим хвостом, ëмаë?! Я зла. Зла на всех. На него тоже. Не знаю, за что. Просто за то, что спас тело, в которое я попала. Может, не спас бы — я просто тихо померла б. Резким движением сажусь на кровати. Хвост взметается за телом. А, теперь ясно, чего он так пялится. Хвостик-то не кошачий. Цвет серый, чëрные разводы-пятнышки, белый кончик. И слишком толстый, чтобы быть кошачьим. Да к чëрту! Это не даëт право так на меня реагировать! Если он меня боится, то пусть хоть будет, за что! Поррррву! Мгновение, и я приземляюсь с кровати на все четыре конечности. Странно, я вижу и слышу намного лучше, чем раньше. Ощущение, будто мне добавили ещë пару ушей. Травник странно на меня смотрит. Слушай, мне не нравится взгляд в упор. Остановись. Не делай из себя фарш, дуррррак. Я начинаю рычать, не разрывая зрительного контакта. Он — угроза, зло! Начинаю тихо, а разрастаюсь до вполне себе неисправного мотора. Делаю два уверенных, предупреждающих шага в его сторону. Рык становится ещë громче. — Так, студент. Быстрее соображай. Транквилизатор. Фаза третья. Доза собаки, взрослой, — чересчур спокойный голос врача бьëт по ушам, нарушает мой рык. Я пытаюсь отскочить — но поздно. Игла вонзается мне в спину. Странно, я еë почти не чувствую. Дышать становится трудно. Я бьюсь из последних сил, пытаясь снять это с себя. Становлюсь слабее и слабее… И падаю. Всë. Понимаю, что больше шевелиться не могу. Взгляд падает на руку. А, не на руку. На лапу. Серую, широкую, пятнистую. Да она создана для того, чтобы лазать по горам и не спускаться с деревьев! Пытаюсь провести языком по пересохшим губам. И с удивлением обнаруживаю, что у меня во рту одни клыки. Кто я? Разум уплыл. *** Я очнулась всë в той же комнатке в белых тонах. Вскакиваю с кровати и понимаю, что ногу заковали в цепь. Вот гады, а!!! Осматриваю себя. Руки, ноги, хвост. Я человек. По крайней мере, сейчас. Вот и зачем меня приковали к стене? Я понятия не имею, как стать тем, чем я была! Кстати, злость куда-то улетучилась. Я, честно, не поняла, что со мной происходило. И куда делась моя злость, и почему вернулись спокойствие и расчëтливость. Кошмара не было, из чего я сделала вывод, что не спала, а просто ментально уплыла. А та штука, которой я была… Я чувствую еë. Она всë ещë внутри меня. Лежит, спит или просто смотрит в пустоту. Или просто бездействует. Но… Она прекрасна. Ясно одно: никакая я не «киса», как назвало меня это существо, именуемое моим многоуважаемым папенькой. Так, сейчас важнее всего узнать кто я тут и что, какие позиции занимаю и кому могу хвост отодрать. А потом и всë остальное. Хочу пить. Очень хочу. Да и желудок предательски громко урчит. Я сажусь на кровать, обливают ноги хвостом и понимаю, какой же мой хвост тëплый. Внезапно я вздрагивкю. В коридоре шаги. Тихие, но хорошо различимые с моими-то обострëнными чувствами. Идут двое. Травник и его так называемый «студент»? Да, они. Заглядывают ко мне. Травник заходит без опаски, а вот пацан лет семнадцати на вид неуверенно жмëтся к двери. — Что, пацан, страшная я, да? — я улыбаюсь, нащупав языком четыре длинных клыка. Ну прям как у вампира. Бедолага. Мне его почти жаль. Он то ли посерел, то ли позеленел, то ли порозовел. Радугой стал, короче. А вот травник плевал на все мои замашки. Даже внимания не обратил на разноцветного юношу. — Ореола, как вы себя чувствуете? Поздравляю, Посвящение пройдено. Даже почти без особых осложнений. — Давайте на «ты». Терпеть не могу формальности. — Вот как. Высокопоставленная особа, дочь самого Науро Риала. Просит обращаться с ней на ты. Да мне за такое язык вырвать мало. Как ты вообще до такого додумалась? — Я мало что помню после… Посвящения. Будто пол жизни стëрли, — сказанула я. Честно, даже не подумала. Травник внушал доверие. Значит, я «высокопоставленная». Отлично, прекрасно. Уже хорошо. — Ох, возможно и такое. Чего только не встретишь в медицине. Что ж, думаю, вы помните, что вы — дочь вэна архимага Науро Риала, вин Ореола Риал. Мозги снова прокололо. Услужливая вспомнилось, ято архимаг — это маг, имеющий Фамильяра. А Фамильяр — это животное, которое архимаг приручил. Между ними связь, они, можно сказать, неразлучны. У отца был медведь. Важный такой, сварливый, от него пахло плоховато. Слуг он к себе не подпускать, аоотцу, чтобы его искупать, нужно было запускать руки. Звали эту ходячую гору Брон. Архимаги довольно редки, редки и магические животные. А потому архимагов так почитают, а животных… Отлавливают!!! Вроде разные миры, а такие похожие! Рвать и метать буду, не стесняясь! — Да, я помню, конечно, — замялась слегка, соврала и не поморщилась. Ну а что, хочешь жить — умей вертеться. — Это проще всего. И всë же, давай на ты. — Ясно. Так, как зовут Фамильяра твоего отца? — Этого вреднющего медведя? Брон. — Отлично. Это тоже помним. — Ах, да. Доктор, вопрос. Кто я? Что за зверь? — Ореола… Сложно объяснить. Такого никогда не было. Ты — не кошка. И вообще ни одно из стандартных животных. Это очень и очень странно, но ты — снежный барс. — Барс? Я? Вау, — я, видимо, не поняла всю серьëзность ситуации. Как-то уж слишком горько травник усмехнулся. — А приступ злобы откуда взялся? Почему меня так резко накрыло? Ой, и простите, что чуть не превратила в фарш. Очень хотелось, устоять не могла. — Да не извиняйся. Всë было под контролем. Так бывает почти у всех перед первым превращением. Об этом не распространяются. Вроде как, это личное. Я присмотрелась к травнику. На вид лет сóрок. Молодой, однако. — Ладно, отдыхай. Поспи, сил наберись. Ты, как-никак, очнулась парализованная. Кстати, это после Посвящения тоже у всех так, - деловито сказал он и направился к двери. — Ясно, понятно, спасибо… На том и разошлись. Я спать легла. Ногу, кстати, освободили. Не стала долго ждать, откинулась на подушку, в надежде не увидеть кошмаров. И я уснула. *** Целую неделю я провела в больнице травника. Память настоящей Ореолы отихоньку приходила ко мне. Теперь я лучше понимала устройство мира, в который попала. Он состоит из трëх частей. Вернальт, Арран и Горро. Я нахожусь на Вернальте. Все три земли названы в честь трëх основных местных божеств. Вернальт - бог любви, Арран - богиня плодородия, Горро - бог войны. Все, кто легально проживает на том или ином клочке земли, верят в своего бога, приносят подношения в его храмы, ну и всякое такое из земных романов. Блин, НеДоСредневековье. Есть чайники, холодильники, плиты, работающие на магии. А телефонов нет! Хотите связаться - используйте зачарованные фотографии, часы, зеркала, но не телефоны. Эх, ë-маë. Как тут власть строится? А кто сильнее, тот и круче. Тот и богаче. У того и власти больше будет. Здесь есть единый орган власти - что-то вроде нашего Федерального Собрания. В основном правящий состав - по два представителя от каждой земли, как здесь говорят, от каждого бога. Вот они и правят. Абсолютная власть, все обязаны подчиняться. Шесть человек правят целым миром. Почти смешно. Они выдвигают кандидатуры управляющих каждого клочка несчастной земли. Вот так и правят. Жестоко, не прислушиваясь ни к кому. А самое главное - никто не перечит. Ну или просто понимают, что верховные наместники (а это тот самый сброд из шести человек) кого угодно в лепëшку раздавят. Они ж там все такие важные архимаги. И как только звери додумались их выбрать? Ей-ей. Кстати, забыла сказать. У меня, кажись, крыша едет. Неделю мне снится один и тот же сон. Я в огне, огонь со всех сторон, а за его стеной сидит Айя. И голоса в голове уже натурально орут шëпотом. Я кидаюсь в огонь навстречу лисице,не помня себя. Каждый раз сгораю заживо. И что странно, я чувствую боль. Во сне. Не очень сильную, но неприятную. Просыпаюсь стандартно в холодном поту. Вот и докатились до того, что я натурально спать боюсь. Неделю уже я тут торчу. Не-де-лю! В здании больницы. Частенько болтаю с травником. Оказывается, его Вейн зовут. Потихоньку приходят знания о моем отце. Ну как, знания, чувства. Острая ненависть. Боль. Сожаление. Память молчала о нём, а вот эмоции при его упоминании резко давали о себе знать. Я поделилась этим с Вейном. Он обещал придумать, как оставить меня в больнице подольше. Хороший, всë-таки, человек. Всë-таки решится. Нужно время. Неделя. Я здесь неделю. Без известий о доме и без надежды вернуться. Дайте время, лишь время! Я вернусь, мам, пап. Я уверена. Но если честно, обещать не могу. На душе тоскливенько от таких мыслей. И ещё. Я не превращалась ни разу после Посвящения. Кстати, обидно. Я не узнала, как проходит посвящение, что ты видишь в минуты агонии ритуала и так далее. Потому что попала в это тело уже после посвящения. Что с моим донором - догадываюсь. Не выдержала испытание и умерла. Она не столько физически слабой была, сколько морально. И мозги с уже знакомой болью милостиво выдали мне всë это одним днëм. М-да. Ну и жизнь у меня была. Тихоня, всех боялась, от всех шарахалась, в Академию после посвящения поступать не хотела. Ну правда отец, тот и вовсе спрашивать не станет. Моему донору было тошно об одной мысли о скоплении людей. Мне же нравилось внимание и всякое такое. Я была душой компании в той жизни. В той жизни, да.