Прошу, не бойся, ведь от пули умирают быстро

***

      Ты была прекрасна. Прекрасней дешёвого дыма от сигарет, купленных в киоске у дома. Прекрасней самых удачных фотографий, которые не мог повторить ни один профессионал в мире. Прекрасней радуги, которая возникает на небе, когда сквозь дождь просачивается хотя-бы небольшой лучик солнца, словно надежда в тёмные времена.       Дождь... А помнишь тот самый случай? Мы гуляли в старом полузаброшенном парке, словно в последний раз. Ну, как гуляли всегда. Так было до того, как с облаков донёсся раскат грома. С неба, словно из ведра, полил кислотный дождь. Для всех вокруг всё словно обратилось в ядовитый мрак. Они бежали домой и закрывались на все замки от страха. А ты совсем не боялась. Когда на помрачневшем куполе не осталось ни единого просвета солнца, ты будто-бы была тем самым лучиком, что упал на землю и готов спасти даже в самую непогоду. Лишь через пару минут мы, вследствие моих уговоров, спрятались в какой-то разрушенной заброшке, в которой раньше спасали людей от болезней, а теперь тут лишь руины былого величия. Однако рядом с тобой она будто засияла красками. Когда я выглянула в окно после дождя, на небе сияла радуга. Всё было примерно так, когда я в тебя влюблялась.       Тебя было не вытравить из моей головы. Ты въелась ко мне в мозг, будто паразит, который собирается разъесть их изнутри. Какое счастье, что ты всё-таки им не была. Точнее, была паразитом не ты. Всё вокруг было словно о тебе. Мне было далеко неважно, как ты выглядишь или во что одета - я любила тебя даже в грязных кроссовках, надетой наспех на одно плечо блузке и с алыми царапинами на спине. Любила тебя, когда ты ликовала и смеялась, когда насиловала мою душу и когда в ссоре ты посылала меня матом далеко пойти. Но ведь нам всё равно было по пути, да?       А помнишь, как мы лежали на полу заброшенной квартиры, словно на облаках, а ты рисовала на моей руке? Ты рисовала цветы, сердечки, звёздочки и снежинки. Но больше всего ты рисовала слова. Я навсегда запомню, как ты написала у меня на запястье ту простую, но такую осмысленную фразу: «Держаться за руки, встречая рассвет Держаться за руки во время расстрела»... ...Эти слова были такими мудрыми. Они были явно мудрее того, как я поцеловала тебя тогда. Это было так глупо! Я совсем не умела целоваться и случайно чуть не откусила тебе часть щеки. Мне всё ещё очень жаль! Чтобы загладить свою вину, я готова умереть. Не важно от чего - от воды, от огня или от расстрела на заре. Впрочем, последний вариант явно самый реалистичный.

***

      И вот, мы здесь. Там, где не должен быть никто. Со связанными руками, но нас всё ещё не отлепить друг от друга. Ведь если погибать, так только рука об руку. По другому мы не можем погибнуть. Лишь чуть не отрезав всю мою кисть, он смог нас разъединить. Впрочем мы всё ещё едины, ведь я могу смотреть в твои карие глаза.. И будем такими до того момента, пока пули не начнут лететь в нас быстрее помидоров, которые мне кидал вслед мой отец, когда всё узнал.       Они... Они правда безумны, да? Эти старики уже совсем выжили из ума. Они ведь так заботятся о стране, но зачем-то расстреливают тех, кто посмел любить. Это странно, не так ли? На деле, не так уж они за нас и беспокоятся. Мы для них - пушечное мясо. Если бы им не было на нас всё равно, как думаешь, стояли бы мы сейчас здесь, связанные, готовые к расстрелу?       Но нам дают последнее желание. И моё последнее желание - чтобы мне разрешили умереть, держа тебя за руку. Об этом я всегда и мечтала, хоть и в другом контексте. Но пусть хотя бы одна моя мечта исполнится за всю мою жизнь. Теперь, когда мои мы держимся за руки, я готова умереть. Была ли моя жизнь счастливой? Думаю, да, ведь в моей жизни была ты. Как минимум это уже хорошая причина жить. Ты была лучиком счастья, что падал прямо на меня с облаков. Смерть смотрит тебе прямо в твои карие глаза. К слову, ты тоже не боишься, да ведь? Я надеюсь, ты была рада жить вместе со мной.       И всё же, ты была прекрасна, как последний выстрел. さようなら、愛しい人。もし彼らの言うことが本当なら、私たちは結局地獄で再会することになるだろう。