Восхождение Героя не нормального состояния

— Похоже на проклятье. В спешке вернувшись в деревню, я отдал Рафталию Целителю, чтобы тот посмотрел на её состояние. Она не вылечилась даже после моих зелий и магии. — не очень сильное, но... Неужели труп горного дракона смог наложить проклятье? — да, дело в том, труп ожил, пришлось защищаться. Оно выдыхало... концентрированный яд. Мне повезло, а вот ей... У неё до этого было лёгочное заболевание, вероятно, из-за этого стало хуже. Ты можешь что-нибудь сделать? Если дело в деньгах, заплачу сколько угодно. — Не скажу, что не могу, но... Целитель зашёл к себе в лабораторию и вернулся с бутылкой прозрачной жидкости. — Понимаете, это тяжёлый случай. Не знаю, получится ли его вылечить, да ещё быстро... — Что это? — Святая вода. Оно отлично работает против проклятий, но не уверен, что это сработает с таким странным случаем. — Ясно. — Пропитывайте повязку святой водой и... Целитель свернул платки и вставил в ноздри, тот что длиннее сказал, что нужно перемотать в области лёгких. Нам пришлось выйти. — Простите, но у меня только такая вода, довольно слабая. По возможности используйте сильную, её святят в городских церквях. — Сколько займёт лечение? — Если честно... это не сильное проклятье. Но из-за парадения лёгких, возможно, придёться довольно долго лечиться. Опять же, зависит от качества святой воды. — Ах да. Сколько ещё времени тебе нужно на лекарства? — Часть уже готова. Святой-сама, прошу, помогите ими страдающим селянам. — Хорошо. Оставив Рафталию на попечение Целителя, я отправился в здание к больным. Что уж говорить, лекарство профессионала моему не ровня. Чуму, с которой не справились мои целебные лекарства, это снесло одним махом. От спокойного дыхания спящих, до недавнего времени тяжелобольных людей стало тепло на душе. ...Я хочу стать таким сильным, чтобы не полагаться на такой щит. Я ненавижу себя за бессилие, из-за которого даже не могу вылечить больного человека. Вернувшись в комнату, я пошёл к Рафталии, которая уже перевязала себе грудь. Я погладил Рафталию по щеке — она сама не заметила, как заплакала. — Молодец, что не прыгала наражëн. Я бы не знаю, чтобы делал, если бы ты попала в пасть дракона, но не выжила... Рафталия вытерла слёзы и кивнула. — Да. Как же... сложно не перебарщивать с наступлением и отступлением. — Да уж. Но уверен, что это возможно. К тому же я Герой Щита. Стоять впереди всех — моя работа. Всё, что мне нужно — защищаться самому и, по возможности, защищать других. Ничего сложного же? — Удивительно, но после ваших слов мне тоже показалось, что это совсем просто. — Просто и есть. — Сестрёнка, ты в порядке? — с беспокойством в голосе обратилась к Рафталии Фиро, вдруг показавшись в комнате. — В порядке. В конце концов мы решили, что Рафталия сегодня будет отдыхать и выздоравливать, а мы с Фиро пойдем на улицу. — Господин-сама-а. — Что? — Вы знаете, я не раз думала, что хочу навсегда остаться в этой форме. Ведь вы с сестрёнкой так хорошо ладите. Фиро, всё это время находившаяся в облике девочки, широко улыбнулась. — Но... это невозможно. Мне нравится тянуть повозку, и на самом деле я просто врала себе, что так вы бы ценили меня больше. Я хотела подражать вам, но у меня ничего не получалось. — ... — Смотрите, господин-сама. Я ведь... не меняюсь, в какой бы форме не находилась, да? — Ну, это да. Хоть я и удивился, когда она стала человеком, но не стал относиться к ней иначе. Правда, при этом она научилась разговаривать, и общаться мы с ней стали как взрослый с ребёнком. — Я — это я, господин-сама — это господин-сама, а сестрёнка — это сестрёнка. Мы не можем быть кем-то ещё, поэтому я... не смогу стать человеком. Но ведь меня для вас заменить никто не сможет, правда? Так вот почему она принимала эту форму... Я кивнул в ответ. — Я люблю вас ничуть не меньше сестрёнки! Я... буду трудиться, оставаясь собой! — Яс... но. Вот уж не думал, что услышу такое от Фиро. — Я буду очень-очень стараться ради господина-самы и сестрёнки! — Только меру знай. Тебя, знаешь ли, тоже нужно защищать, и это моя работа. — Хорошо! Этой ночью мы остались в деревне. А наутро бросили все силы на истребление эпидемии. Я вызвался помочь Целителю со смешиванием некоторых ингредиентов, и вместе мы управились намного быстрее. Было желание ещё поучиться у него, но я подумал, что буду мешать. — Большое спасибо, святой-сама! — поблагодарила меня девочка, лежавшая в изоляторе. Это... я её спас? — Тоука-сама? — Господин-сама? — М? Что такое? После случая с благодарностью девочки мы ещё какое-то время просто гуляли по выздоравливающей деревне, но тут Рафталия и Фиро заговорили со мной. — У вас такое непоня-атное выражение лица. — Вот-вот. — Не обращайте внимания. — Э-э... но я не могу, господин-сама, вы ведь такой беспокойный. — Беспокойный? — Угу. Вы ведь то и дело и спрашиваете нас с сестрёнкой, всё ли в порядке. — Вот-вот. Не надо так за нас переживать. — Ага, попробуй не переживать за детей, что бросаются в опасность, и мне приходится их защищать — Э-эй! Я не ребёнок! — И я-а-а! — а я не прав? Что ж, вперёд. — А, господин-сама улыбну-улся. — Да, причём не кривой улыбкой, а нормальной. Фиро и Рафталия почему-то комментировали мои слова с весельем на лицах. М-м... я что, так редко улыбаюсь? Ну да ладно.