Ты смог бы полюбить меня?

Я медленно и неуверенно начал снимать свит шот. Я чувствовал как Рома сверлит мою спину взглядом. - У тебя живого места на спине нет. - Я обернулся. Рома сидел на кровати нахмурив брови. Это была правда. Спина была в шрамах, синяках и совсем новых ранах. Без свит шота раны на шее вновь стали видны. - Выглядишь как зомби. Я хмыкнул. Мне было мерзко. Я хотел быстро одеться обратно и выпрыгнуть за дверь этой квартиры, но меня останавливала мать Ромы, которая так нежно и ласково пыталась поухаживать за мной. За какой-то час я почувствовал от неё больше заботы чем от собственных родителей, которые даже не позвонят мне сегодня, чтобы спросить почему я не дома. Рома резко встал с кровати. Я дернулся и поднял на него глаза. - Я дам тебе что-то с закрытым горлом, но не смей испачкать. - Он подошел к шкафу и достал толстовку с небольшим воротником, который должен был закрыть раны. Толстовка оказалась мне невероятно большой, но очень мягкой и теплой. - Ебать ты в ней как чучело. - Рома рассмеялся. Я опешил и посмотрел на него. Шутит? Никогда такого не было. Ну может только «Может ты пидор?» или «Родители дома бьют?», что часто звучало в мой адрес от него с дружком. Я не стал отвечать. Мама парня отправила меня в душ, а когда я вернулся в комнату увидел что Рома стелит спальное место на полу. Когда я кинул свои вещи рядом с ним и пытался лечь, гопник схватил меня за руку и оттащил. - Куда прешься? Иди на кровать. - Он кивнул головой в сторону кровати, давая понять что на полу будет спать он. - Я мог бы и на полу поспать. - Рома крепче сжал моё запястье и я понял что сопротивляться бессмысленно. Лёжа в кровати я пытался даже дышать реже, чтобы не помешать, но заснуть никак не мог. От одного осознания что рядом лежит человек, в которого я влюблен уже долгое время, который по чистой случайности ещё и мой главный обидчик, по телу шли мурашки. - Спать собираешься? - Я дернулся. Голос Ромы разорвал тишину и я сел на кровати. Он сидел прижавшись спиной к стене и курил в открытый балкон. - Не могу уснуть. - Я не мог отвести глаза от его лица. Из рта выходил едкий дым, а глаза отсвечивали в свете уличных фонарей. Глаза на секунду остановились на маленьком шраме на шее он сигареты. Меня передёрнуло. - Откуда раны на шее? Это явно не от руки. - Его глаза опустились на мою шею. Я не знал что ответить. Стоит ли говорить правду? Не станет ли это новой причиной для издевательств? Но я не мог не сказать. - Отчим оставил. Разбитой... кхм... бутылкой. - Я не мог нормально формулировать и постоянно запинался из за чего чувствовал себя придурком. Но как можно нормально говорить кому-то о таком? Никто из моего окружения не знает про мою семью. - Отчим? Я думал у тебя прилежная семья. Ты хорошо постарался чтобы это скрыть. Часто он тебя бьет? - Рома струсил пепел и вновь затянулся. - Ну... Да. Чаще всего за испачканную одежду. - Я замялся. Зря это сказал? Он ведь не спрашивал. - Так вот почему ты постоянно пытаешься оттереть кровь с одежды, я думал ты просто озабоченный. - Он потушил сигарету и вновь перевел на меня взгляд. - Болит? - Что именно? - Всё. Я отвернул голову устремив взгляд куда-то в пустоту. - Уже нет. По моему голосу и дураку было бы понятно что я вру, но мог ли я сказать что болит? Каждый день напоминает о себе, каждый синяк, каждый шрам. А ещё напоминает о нем. - Давай помогу? - Рома встал и открыл какую-то тумбу. - Как? - Я хмыкнул, но когда поднял глаза увидел в руках парня бинты и мазь. - Подожди... Не стоит. - Но тот не слушал. Он сел ко мне на кровать, от чего я дернулся и отсел, тот не сказав ни слова притянул меня легким движением к себе. По телу пошли мурашки. - Сними толстовку. - Он открыл мазь и размазал по своим ладоням. - Слушай, я думаю ты... - Давай быстрее, пока я добрый. - Я помедлил ещё секунду, но всё же снял кофту. Рома подсел ещё ближе и приложил ладони к моей шее. Я содрогнулся. - Больно? - Брюнет сразу оторвал руку и посмотрел на меня. - Нет! - Я закрыл глаза. Было адски больно, но я бы не простил себе, если бы он остановился. Парень очень нежно и осторожно распределял мазь по поврежденным местам на шее. Я, не в силах больше сдерживаться, тихо простонал от боли. - Значит больно всё таки? Терпи, зато завтра уже не будет так болеть. - Его голос звучал совершенно другим. Рядом со мной как будто сидел незнакомец, который просто решил помочь. Я чувствовал его запах так близко первый раз. Запах сигарет не перебивал аромат моего любимого одеколона, что не могло не радовать. - Поворачивайся спиной. - Рома убрал руки от моей шеи. - Нет, спину точно нет, я не выдержу. - Ладно на шее, пару неглубоких ран, но спина... - Слушай, если я сказал повернись спиной, значит так и сделай. - Он нахмурил брови. Я не мог отказать. Руки Ромы медленно двигались по моей спине, принося ужасную боль. Я дрожал и закрыв рот рукой стонал от боли. - У тебя хорошее телосложение. Не был бы таким придурком, все девчонки были бы твои. - Я и правда был не дрыщем, но чтоб девчонки? Кому я сдался? - Почему это я придурок? - Я выговаривал слова через стиснутые зубы. - Потому что терпишь это всё. А ещё постоянно пялишься на меня. - У меня особо то и выбора нет, остается только терпеть. Не могу же я из дома сбежать? - На второе заявление я решил не реагировать, итак покраснел весь. - Почему? Разве тебя будут искать? - Я застыл. А ведь он прав. В моем доме никому до меня дела нет, хоть я и вступаюсь за маму и сестру перед отчимом, они особо не пекутся обо мне. У них своих дел полно. Резкая боль сковала тело. Я вскрикнул и дернулся. Рома отдернул руку. - Черт! Прости. - И в этот момент в ушах зазвенело. Прости? Прости? За что? За многолетние издевательства? Или за нисходящие раны на теле? Может за страх, который со мной всю мою жизнь из за него? Я отпрянул и повернулся к нему. - За что? - Та тут рана очень глубокая, мазь туда попала из за этого боль такая. - Рома выглядел беззащитным и растерянным. - Ты так закричал. - Никогда не слышал как я кричу от боли? - Он застыл. Его руки опустились на кровать. - Это рана которую ты оставил неделю назад, с Сашей. Не помнишь? Парень напротив меня был ошарашен. Он будто никогда и не знал что бил меня все эти годы. Будто впервые слышит об этом. - Прости меня. - Тишина. Я впервые услышал искренние извинения от этого человека. Это казалось сладким сном. А если это сон, могу ли я...? Я врезал Роме со всей силой что у меня была. Он поднял голову. Из его носа текла кровь. - Если я извинился, это не значит что не могу тебя ударить, придурок. - Он замахнулся, но я не дал ему ударить. Я рванул и схватившись за торс, перевернул его, оказавшись на нем сверху. Он ухмыльнулся и кровь попала на его губы. Его губы, обычно и так алые, в крови выглядели ещё невероятнее. Это не давало отвести глаз от этих нежных, пухлых причин моего сумасшествия. Ухмылка спала. Я приблизился к лицу Ромы. Я чувствовал его тяжелое дыхание, его запах, его руки. Он не вырывался, даже больше, он не двигался вообще. Почему? Ожидает момента чтобы рвануться и ударить? Если так, то я позволю ему это сделать. В этот раз я был бы благодарен, если бы он остановил меня. Я знал что одним движение, могу сделать свою жизни в десятки раз хуже, но мне было уже плевать. - Извинись... Ещё раз. - Я смотрел парню в глаза, пытаясь понять, что он сейчас чувствует. Он молчал, а глаза его блестели азартом. Он ухмыльнулся. - А если не скажу? - Хитрый взгляд впивался в меня. Его губы опять были скривлены в этой ужасной ухмылке, которую я видел постоянно. - Если не скажешь, я прямо сейчас разбужу твою мать и скажу что это ты мне нос расквасил. - Я улыбнулся сощурив глаза. В глазах Ромы на мгновение появился страх. - Уебок... Прости. Прости. Прости меня! Прости. - Он выпаливал извинения одно за одним с хитрой улыбкой и никак не мог остановиться. Мне сносило крышу от его голоса, движения губ, от его волос, носа, глаз, кожи. Я рванулся. Мои губы резко опустились к его, и вкус крови сразу же заполнил мой рот. Рома не двигался. Он не отталкивал, не отвечал на поцелуй. Он просто лежал. А мне это и на руку. Я наслаждался каждым мгновением. Его губы оказались сладкие и мягкие настолько, что я не мог оторваться. Но мне пришлось. Медленно и без особого желания, я отпрянул. Лицо Ромы не выражало ничего. Я не мог понять про что он думает, что он чувствует. Чего мне ждать? Удара в челюсть? - Давай спать. - сказал он.