Ты смог бы полюбить меня?

Очнулся я не у себя дома. Я понял это сразу из за запаха сигарет и древесины вокруг. Тело адски ломило и ныло от боли. Я кое-как сел на кровати и осмотрелся. Та самая чистая комната, без единой пылинки. То самое чувство что в этой комнате не должен жить тот кто живет, ведь это совсем не логично. - Очнулся? - Дверь открылась и я резко развернулся. В дверях стоял Рома и сложив руки на груди, как-то грозно на меня смотрел. - Я... Прости, я уже ухожу! - Я попытался встать с кровати, но ноги были ватными и совсем меня не слушались. - Уже уходишь? Не думаю. - Оттолкнув Рому в комнату влетела его мама. Она подлетела ко мне, казалось молниеносно, закрепив в крепкие объятия. Я пощурился от боли. - Мам, ты его доломать хочешь? - Боже! Бедный Тимур! Что же произошло? Как ты себя чувствуешь? Это тебя Рома так? Собака, я его убью, окажись это правда! Где болит? - Шквал вопросов и жалости свалился мне на голову как снег. Женщина отпустила меня и подскочила размахивая руками в активной жестикуляции. - Ты посмотри на него! Ты чего молчишь, Тимурка? Что произошло? Как так вышло что сын мой тебя на руках притащил?! - «На руках?! Господи!» Я заметно покраснел. Я чувствовал себя всё более неловко и Рома явно это заметил. Он подошел к маме и нежно взяв её за руку подвёл к двери. - Я думаю ему стоит ещё отдохнуть, а потом он всё тебе расскажет. - Та сопротивляться не стала, а лишь пригрозила пальцем сыну и пошла на кухню. Брюнет закрыл дверь и посмотрел на меня. Мы долго молчали, пока парень не сел рядом со мной на кровати. - Так что с тобой случилось? - Я не мог даже рта открыть. Я всю жизнь говорил себе, что никто не должен узнать о том что происходит в моей семье, а Рома и так уже знает слишком много. - Так и будешь молчать? - Это... Кхм. - Я прокашлялся. В горле был вкус крови. Говорить было трудно, да и не хотелось говорить что либо. - Это отчим. Но ты не должен был... - Ну конечно, я должен был оставить тебя валяться там в крови и спокойно уйти домой. - «Ты так обычно и делал» В голове пролетела эта мысль, но я сразу её отогнал. - А что ты там делал вообще? Зачем пошел за мной? - Рома сидел очень близко, от чего я покраснел ещё больше. Он не смотрел на меня, так что я совсем не мог понять о чем он думает. - Ты так быстро рванул, что твои ключи выпали из кармана, ну я и подумал что ты не сможешь открыть двери в квартиру и останешься ночевать на улице. - Он посмотрел на меня и улыбнулся. - Впрочем я был не против посмотреть на то как ты спишь на лавочке, но подумал что это не правильно. Поэтому и пошел за тобой, ну а когда пришел ты уже ждал меня во всей красе. - Я молча смотрел на него. У меня не было сил смеяться или злиться. Я хотел лишь смотреть на него, не касаясь, как обычно. Он был для меня как музейный экспонат, который покорил сердце. Хотелось бы смотреть на него вечно, хотелось бы касаться, но в музеях запрещено трогать шедевры, коим Рома для меня являлся. Как вдруг, я почувствовал легкое и нежное прикосновение к своей щеке. Подняв глаза я увидел как Рома, подвинувшись совсем близко, касается моей щеки рукой. Он проходился по каждому шраму и синяку на лице, медленно спускаясь к шее. Он смотрел на те места к которым дотрагивался и взгляд его передавал что-то необьяснимое. Я не мог уловить о чем он думает и что чувствует. - Прости. - За что? - За то что не пришел раньше. - Я вздрогнул. Парень отпустил руку и не успел я опомниться, как его голова оказалась у меня на ногах. Я чувствовал его дыхание, такое спокойное и теплое, что казалось он вот вот заснет. Я боялся пошевельнуться, боялся спугнуть. «Раньше? Он извиняется за то что не пришел раньше сегодня и не смог мне помочь?» Я сам не понял как, но моя рука опустилась на его голову, а пальцы трепетно перебирали пряди черных волос. Было так тихо, что я отчетливо слышал каждый его вдох.