Под снегом Тейвата | хэдканоны и зарисовки

Тарталья/Люмин

      Тарталья встретил Люмин не в городе, а прошёл пешком далеко, встречая прямо на заснеженном тракте, когда корабль из Нод Края только бросил якорь у ледяных берегов Снежной. Он стоял посреди метели, без шапки, рыжие волосы светились в снежных равнинах, будто факел. Тарталья улыбался так, будто не видел Люмин вечность, хотя на самом деле это и было правдой. Они не виделись уже очень давно!       «Добро пожаловать домой», — сказал он, и плечи Люмин вздрогнули от такого необычного приветствия… не «в Снежную», не «в мою страну», а «домой»…       У Люмин уже так давно не было дома.       Тарталья взял Путешественницу за руку и повёл к городу. Люмин смотрела по сторонам, пытаясь вспомнить каждую деталь, о которых он рассказывал ей при их первой встрече в гавани Ли Юэ.       «Вот здесь я в детстве провалился под лёд, а здесь мы с Тоней лепили снеговиков», — Тарталья указывал на места с такой радостью, что Люмин самой становилось весело. Ведь он делился с ней своей историей… чем-то очень сокровенным.       Корчма, в которую они зашли, была крошечной. Внутри никого не было, кроме старой хозяйки, которая радостно всплеснула руками при виде Тартальи.       «Аякс! Мальчик мой! А это, стало быть, та самая…» — старушка хитро прищурилась, и Люмин заметила, как Чайльд смутился.       «Да, тетя Мила. Та самая», — ответил он, не глядя на Люмин, но он покрепче сжал её ладонь в своей.       Они заняли дальний столик и им принесли блины, свежие, пышущие паром. Тарталья не дал Люмин даже потянуться за вилкой, так было неправильно! Он прямо пальцами скрутил трубочку и макнул в сметану, чуть присыпал сахаром и поднёс к ее губам.       «Открой рот», — попросил он с улыбкой.       Живот Люмин предательски заурчал, Паймон и вовсе не сводила глаз с блинной стопки. Пальцы Тартальи чуть дрогнули, когда он случайно коснулся губ Люмин.       «Вкусно?» — спросил он, и непривычно отвёл в сторону глаза.       «Очень», — ответила Люмин, хотя почти не почувствовала вкуса блина, потому что тонула в голубизне его глаз.       За окном завывала метель, а внутри трещала печь. Тарталья и Люмин сидели на деревянной лавке, друг напротив друга, и он кормил её с рук, иногда забывая убрать пальцы, иногда проводя ими по её нижней губе, будто случайно.       «Знаешь, принцесса», — сказал он вдруг, отставляя тарелку в сторону, — «вот уж не думал, что ты сможешь съесть больше блинов, чем я. Тоня будет в восторге, у нас у всех в семье хороший аппетит!»       Люмин рассмеялась, замечая, как незаметно Тарталья вписал её в свою семью. Снежная за окном стала чуточку теплее.