Его личный цветок (Наблюдатель II)

      На просьбу жены Темный Лорд все же ответил добром, и вызвал колдомедика из больницы Святого Мунго. Для волшебника было ужасным явлением, что его вызвал Темный Лорд, тот, кто должен был быть мёртвым, но судьба распорядилась иначе, и теперь Тот, чьё имя нельзя называть жив и вызвал его для помощи. Напуганный колдомедик склонился в подобии поклона, хотя он не приветствовал ни его идеалогию, ни его величие, и тем более не испытывал уважение к этому человеку, так как он сам был магглорожденным, тем, кого Волдеморт презирал. — Добрый день, в-вам нужна моя помощь? — дрогнувшим голосом спросил колдомедик. — Не мне, а моей жене, — произнес холодным тоном Темный Лорд. — У вас есть жена? — заданный вопрос колдомедика в смеси эмоций вызвал у Волдеморта ехидную улыбку. Волдеморт замер, и на его бледном лице проступила почти садистская улыбка, которая предвещала беду. Он медленно перевел взгляд с ошарашенного мага на пришедшую Лили, словно наслаждаясь моментом его крайнего замешательства. Воздух в комнате, казалось, стал тяжелее, наполнившись темной, давящей магией. — Ты задаешь слишком много вопросов для того, кто находится в столь уязвимом положении, — произнес Волдеморт, и его голос прозвучал как шелест змеи в сухой траве. Он не сводил глаз с маглорожденного, чей страх был почти осязаемым. — Твое дело — смотреть под ноги и выполнять приказ. Моя жена ждет вердикта. Проверь её, и сделай это быстро, пока я не решил, что твоя дерзость стоит больше, чем твои услуги. Темный Лорд властно притянул Лили к себе, обнимая её за плечи, и его взгляд вновь стал ледяным, пригвоздив колдомедика к месту. — Ну же? Или ты ждешь особого приглашения, чтобы заняться делом? — Не груби, он весь бледный от страха, — мягко встряла в разговор Лили. — вы мистер Уайт? — поинтересовалась девушка, увидев эмблему с именем колдомедика. — Да, мадам, — кивнул колдомедик, проведя взглядом по молодой женщине, которая была очень красивой, и ее молодость навевала колдомедику значительную разницу в возрасте с Волдемортом. — вас что-то беспокоит? — Мистер Уайт, мне нужно убедиться в том, что я беременна, — произнесла Лили и пригласила колдомедика следовать за ней в комнату. Волдеморт проводил их тяжелым, пронзительным взглядом. Его не тронула мягкость Лили — он лишь отметил про себя её желание проявить милосердие к «низшему существу». Он остался в библиотеке, небрежно откинувшись на спинку кресла, но его магия продолжала густо заполнять пространство. В комнате мистер Уайт, едва держась на ногах, разложил на столе необходимые инструменты и флаконы с зельями. Его руки заметно дрожали, когда он готовил диагностическое заклинание. Он чувствовал на себе взгляд, даже через закрытую дверь, и это давило на него сильнее, чем любая магия. — Пожалуйста, мадам, расслабьтесь… Это займет всего пару минут, — пролепетал Уайт, стараясь не смотреть Лили прямо в глаза. Он взмахнул палочкой, и над её животом засиял мягкий, пульсирующий свет. — Мне нужно произнести Revelatio Vitae. Это покажет, зародилась ли новая искра жизни… — Да, хорошо, мне прилечь или стоять? — поинтересовалась Лили, смотря на мужчину. Мистер Уайт сглотнул, чувствуя, как пот катится по его виску. Он судорожно поправил мантию, стараясь сосредоточиться на заклинании, а не на том, что за дверью находится само воплощение смерти. — Лучше… лучше прилягте, мадам. Это поможет магии точнее считать магические потоки, — пробормотал колдомедик, указывая на небольшой диванчик в углу комнаты. — Нам важна максимальная неподвижность. Когда Лили послушно устроилась, колдомедик затаил дыхание. Он направил кончик палочки к её животу, и по комнате поползло едва уловимое золотистое свечение. Он знал: один неверный жест, один неверный результат, и его жизнь закончится раньше, чем он успеет договорить. Свет начал сгущаться, превращаясь из ровного сияния в два отчетливых, ритмично пульсирующих огонька, которые сплетались в единый узор. Уайт замер, его глаза расширились от ужаса и изумления. Это было не просто зарождение жизни — это была вспышка магии такой мощи, что его палочка едва не выскользнула из рук. Лили наблюдала за действиями колдомедика с неким восторгом в глазах, пока ее взгляд не зацепился на газету с флакончиками. Она давно не читала газету, не знала что происходит в мире. — Поздравляю, мадам. Вы беременны. У вас, кажется, двойня будет. Мистер Уайт выглядел так, будто увидел привидение. Он застыл с поднятой палочкой, тяжело дыша. Слова о двойне прозвучали в тишине комнаты как гром среди ясного неба. Он понимал, что сейчас он не просто сообщает новость — он сообщает о рождении двух будущих тиранов, чья магическая мощь, судя по свечению, была запредельной. В этот момент дверь распахнулась. Волдеморт вошел бесшумно, словно тень, его присутствие мгновенно вытеснило весь кислород из помещения. Он не стал дожидаться приглашения, его взгляд впился в бледное лицо колдомедика. — Говори, — приказал Волдеморт. И этот короткий приказ заставил Уайта едва не упасть на колени. — М-мадам… она… она беременна, мой Лорд, — заикаясь, выдавил маг, не смея поднять глаз. — И это… это не один плод. Двойня. И магический фон… он невероятно сильный. Слишком сильный для обычных людей. Волдеморт медленно перевел взгляд на Лили. На его губах заиграла торжествующая, почти безумная улыбка. Лили решила что ничего страшного, что если она выхватит газетку со столика, к тому же, колдомедик скорее всего ее прочитал. Она была рада, что забеременела, и ждала двух прекрасных ангелов. Волдеморт проводил колдомедика из комнаты, оставляя Лили наедине с собой. Девушка открыла первую страницу газеты и прочла заголовок: СЕМЬЯ ПОТТЕРОВ УНИЧТОЖЕНА. 《Кто же за этим стоит? 》 На другой странице былп статья посвящённая двум братьям Поттерам, которые рассказали об истории, когда нашли мёртвых родителей. ЛИЛИ ЛУНА ПОТТЕР ПРОПАЛА. 《Неизвестное похищие при загадочных обстоятельствах》, глава 4. Джеймс Поттер сообщает что Тот, чьё имя нельзя называть воскрес, доказательством является портрет Вальпурги Блэк. Лили распахнула глаза, читая страницы газеты, ее руки дрожали. Ее голова сильно начала болеть от вспыхнувших воспоминаний. Слова в газете били наотмашь, словно физические удары. Каждая строчка, каждое имя — Джеймс, Гарри, её собственные родители — разрывали реальность на части. Лили чувствовала, как мир вокруг начинает вращаться, а в висках пульсирует невыносимая, острая боль, разрывая сознание на лоскуты старых, забытых воспоминаний.

Месяц назад до того, как Лили потеряла память:

…- я не отдам свою дочь замуж тебе! — рявкнул Гарри, сокращая расстояние и хватая Волдеморта за воротник, подняв палочку. — Ммм, Лили, кажется твой отец угрожает мне, а я ведь пришел с миром, — с иронией голосе произнес Волдеморт и вытащил собственную палочку. Он думал что ему не придётся поднимать палочку на Поттера ради Лили, но Поттер сам вынуждает его. — Папа! Стойте, что вы делаете! — воскликнула Лили, но Джинни схватила руку дочери и вытолкнула ее за дверь из гостиной. Волдеморт перевел взгляд на супругу Поттера, которая тоже вооружилась палочкой. Было уже не так, как произошло с родителями Гарри, это поколение Поттеров не настолько глупы, чтобы быть без палочки. Как мило. Волдеморт отпихнул Гарри от себя, и теперь между ними произошла дуэль, но на него нападали сразу двое Поттеров. Не честно, но справедливо, учитывая что он растлил их дочь. Но они не помеха для него. Долго драться не пришлось, стоило выбить Джинни глаз, отчего Гарри отвлекся от их дуэли. Гарри подбежал к супруге и заслонил собой Джинни. — Ты такой наивный, Поттер, — поцокал языком Волдеморт и кинул все же смертельное заклятье в своего врага из пророчества. Он так долго ждал, когда сможет убить Поттера. Прошло столько лет, и жажда заполучить дочь Гарри, вызвало в Волдеморте такую силу, о которой говорил ему постоянно Дамблдор. Однако, любовь + зло создавали самую изощренную химическую реакцию, создавая нечто опасное. Волдеморт убил Гарри так же легко, как и потом убил Джинни. Оба Поттера пали. Двери в гостиную отперлись и к нему навстречу зашла Лили Луна с палочкой в руке. Ее догадка была верна. Волдеморт убил ее родителей. Он убил их! Она не могла позволить ему такое — ее рука поднялась и на кончике загорелся зелёный луч, Волдеморт увидел это и покачал головой. — Ты же не убьешь меня, Лили, верно? Не убьет. Однако недоверие Волдеморта было инстинктом самосохранения, и он отразил луч, который наслала на него Лили. Но это была не Авада Кедавра, а — Обливэйт. Лили хотела стереть память Волдеморту о себе, чтобы он больше никогда не смел приближаться к ней. Но теперь было поздно, заклинание Обливэйт прошло в нее из-за отражающего заклятья Волдеморта. Волдеморт, который только что вошел в комнату, мгновенно заметил перемену. Его хищное чутье уловило этот резкий всплеск эмоционального хаоса. Он подошел к ней вплотную, нависая темной тенью, и его рука легла ей на затылок, заставляя поднять голову. — Что это, Лили? Почему ты так дрожишь? Лили закрыла газету и улыбнулась 《так называемому мужу》, она не придала значение что что-то вспоминая. — Здорово, правда? У нас будут дети, — произнесла Лили, и эта улыбка, такая светлая и искренняя, казалась почти кощунственной в этой мрачной комнате. Волдеморт замер, глядя на неё сверху вниз. Его пальцы, всё еще сжимавшие её затылок, чуть ослабли, но не отпустили. Он смотрел на это спокойное, безмятежное лицо и чувствовал странное, почти забытое удовлетворение. В его голове уже выстраивались планы: эти дети станут не просто наследниками, а живым воплощением его абсолютной власти, его триумфа над всем магическим миром. — Да, это… впечатляющее достижение, — ответил Волдеморт, и в его голосе промелькнула редкая, низкая нота, лишенная привычного яда. Он склонился к ней, вдыхая запах её кожи, и на мгновение в его глазах промелькнуло нечто, похожее на гордость. — Двое наследников, рожденных из моей силы. Это изменит всё, Лили. Совсем всё. — Слушай, когда меня похитила твоя дочь, — начала было говорить Лили. — ты куда-то дел Альбуса. Не мог бы ты отпустить его? Волдеморт на мгновение застыл, и его хватка на её затылке стала едва заметно жестче. В глазах вспыхнуло холодное, опасное пламя. Он не ожидал, что Лили так резко напомнит о нем. Зачем он ей сейчас? — Альбус? — переспросил Волдеморт, и его голос стал тихим, как шелест змеи по камням. Он медленно отстранился, глядя на Лили сверху вниз, словно пытаясь понять, насколько глубоко зарыты её прежние мысли. — он заперт в темнице, он пытался нас убить, ты разве забыла? Волдеморт прошелся по комнате, его мантия шуршала по полу, создавая гнетущую атмосферу. Он остановился у окна, глядя на темнеющий сад, и его спина казалась высеченной из черного мрамора. — О детях нужно думать сейчас тебе. О тех, кто будет носить мою кровь, а не о призраках прошлого, которые пытаются тебя запутать. — Да, ты прав, я пожалуй пойду приведу себя в порядок, — улыбнувшись кивнула Лили, и вышла из гостевой комнаты. — Приведи себя в порядок, Лили, — негромко произнес Волдеморт, и на его губах заиграла зловещая, торжествующая усмешка. — Тебе понадобятся силы. Наше будущее требует безупречности. Волдеморт проводил её взглядом, в котором смешались подозрение и едва уловимое раздражение. Её спокойствие было слишком неестественным. Он прищурился, глядя на закрытую дверь, и в комнате ощутимо похолодало от его магии. Темный Лорд не верил в случайности. Если она что-то помнит — он узнает об этом. Но сейчас его мысли захлестнула другая волна. Наследники. Двое могущественных детей, которые будут расти под его крылом, впитывая силу с самого первого вздоха. Волдеморт подошел к столу, где осталась газета, и одним резким движением палочки сжег ее, словно стирая само упоминание о Поттерах. Теперь в этом мире существовали только он и его новая династия. Лили вспомнила все до последней их встречи, ее всю трясло. Она знала где находится тюрьма Волдеморта и забежала в зачарованное зеркало, проникая к лестничному проему и начиная спускаться вниз. Девушка торопясь обыскивала камеры, и нашла две темнице, где были ее братья. — Джеймс, Альбус! — взвыла Лили и вынула палочку из кармана кардигана, чтобы уничтожить замки на камерах. Она подбежала к первому — Джеймсу, ибо его вид заставил ее расплакаться, она положила руки на окровавленные щеки старшего брата и покачала головой. — прости. — Лили, ты всё-таки вспомнила, — прошептал Джеймс и указал пальцем на свой карман. — здесь портключ, сестра. Лили в недоумении посмотрела, но потянулась к карману на рубашке, вынув кольцо. — Я не мог уйти, понимаешь? Я не мог уйти, пока ты здесь… — прошептал Джеймс. — Я понимаю, — закивала Лили, плача. Она освободила братьев от пут, и прикоснулась к кольцу, заставив их всех переместиться в безопасное место от поместья Волдеморта. Вспышка портативного перемещения была ослепительной, а затем наступила оглушительная тишина. Лили рухнула на траву, прижимая к себе братьев. Воздух здесь был другим — прохладным, чистым, лишенным того удушающего привкуса темной магии, который преследовал её в поместье. Она тяжело дышала, чувствуя, как слезы и пот смешиваются на лице. Сердце колотилось где-то в горле, а перед глазами всё еще плясали искры от портала. Джеймс, бледный и изможденный, приподнялся на локтях, оглядываясь по сторонам. Его взгляд был полон дикой смеси облегчения и ужаса. Альбус, сидевший чуть поодаль, прижимал руки к груди, словно пытаясь собрать себя по кусочкам после долгого заточения. — Мы… мы на месте? — хрипло спросил Джеймс, вглядываясь в сумерки. Он схватил Лили за руку, проверяя, не сон ли это. — Ты сделала это… Ты действительно вытащила нас. Лили лишь судорожно кивнула, не в силах произнести ни слова. Она подняла взгляд и узнала место, где они оказались — Нора. Это дом бабушки и дедушки. Лили замерла, узнавая знакомый силуэт дома. Теплый свет в окнах, запах старого дерева и трав. Место, которое в её смутных воспоминаниях было единственным островком безопасности. Здесь прошло ее детство. Джеймс, почувствовав знакомую атмосферу, издал нечто среднее между всхлипом и смехом. Он привалился спиной к траве, закрыв лицо руками. — Нора… Черт, Лили, я уже думал, что забуду, как пахнет этот дом, — прохрипел Джеймс, и его голос сорвался на истерический смех. Альбус, всё еще дрожа от слабости, потянулся к сестре, ища поддержки. Его глаза были полны тревоги, он понимал, что побег — это лишь начало. — Нам нельзя долго здесь оставаться, — тихо произнес Альбус, оглядываясь на темный лес. — Если он узнает, что мы ушли, он придет за тобой. Он не отпустит тебя так просто, Лили. Не после того, что сделал. — Я знаю, Альбус, — кивнула Лили. Рон, который увидел из окна гостей, то ринулся из дома родителей, подбегая к племянникам. Поттеры живы. Он не мог поверить. Когда он вышел из дома, то рухнул на траву перед племянниками. Рон упал на колени и обнял племянников крепко-крепко. — Мерлин, у вас удалось это сделать? Лили. Вы нашли Лили! — счастливо выпалил Рон, обнимая племянников. — О да, дядя, ты даже не представляешь в каком мы аду были, — кивнул Джеймс, выплюнув кровь изо рта. Рон, тяжело дыша, прижал их к себе, словно боясь, что они растворятся в ночной прохладе, как плохой сон. Его руки дрожали, а в глазах стояли слезы облегчения. Он оглянулся на окна Норы, где уже начали загораться огни — семья Уизли, наверняка, уже была в сборе, привлеченная всплеском магии. — Тише, тише… Вы здесь, и это главное, — прошептал Рон, его голос сорвался на хрип. Он осторожно коснулся плеча Джеймса, глядя на кровь. — Боже, Джеймс, ты весь в крови. Нам нужно немедленно унести вас внутком. Гермиона просто с ума сойдет от счастья. Лили, всё еще ощущая холод темниц на своей коже, почувствовала, как к ней возвращается ясность. Она понимала: они в безопасности лишь до тех пор, пока Волдеморт не обнаружит пропажу. А он обнаружит. Рано или поздно. — Дядя Рон, нам нужно затаиться, — встревоженно произнес Альбус, стараясь не делать резких движений. — Да, да! — согласился Рон, судорожно кивая. Прошло два дня, как Лили сбежала от Волдеморта вместе с братьями. Они затаились в доме тёти Гермионы. Волдеморт ни за что не догадался бы искать ее в маггловском доме Грейнджеров. Гермиона все поедоставила племянникам и была счастлива, что может приютить детей Гарри и Джинни. Никто бы не смог подумать, что так все выйдет, но увы, Гермиона сейчас министр магии, и теперь она смело могла преподнести людям весть что Лорд Волдеморт уцелел чудесным образом и над ними все еще висит его угроза. В доме Грейнджеров царила непривычная, натянутая тишина, нарушаемая лишь приглушенным шепотом. Гермиона, выглядящая старше своих лет из-за груза ответственности, сидела за кухонным столом, изучая отчеты Министерства. Она знала: объявление о возвращении Волдеморта вызовет панику, но скрывать правду дальше было невозможно. Джеймс сидел на подоконнике, бледный, но с уже заживающими ранами, наблюдая за дождем. Он чувствовал себя как натянутая струна. — Тётя Гермиона, ты правда собираешься сказать им об этом? — спросил Джимми, не оборачиваясь. — О том, что он… что он вернулся и теперь ищет нас? Гермиона тяжело вздохнула, откладывая пергамент. Она посмотрела на Лили, которая сидела в кресле, бледная и задумчивая. — Да, Джеймс. Я не могу вечно прятать вас в этой тени, — ответила Гермиона твердым, но сочувствующим голосом. — Англия должна знать, к чему готовиться. Гермиона попросила Лили пойти с ней в министерство. После того, что Лили рассказала, то она сочла нужным привести племянницу в аврорат. Лили не волновалась, она верила тете. Гермиона вела Лили через шумные коридоры Министерства Магии, стараясь сохранять самообладание. Вокруг суетились чиновники, кто-то пробегал мимо с кипой пергаментов, но для Лили этот мир казался чужим, словно она смотрела кино без звука. Её всё ещё подташнивало от пережитого, а в голове набатом била мысль о том, что Волдеморт может почувствовать её отсутствие в любой момент. Странно, что он еще не пришел. Хотя когда ее похитила его дочь, то он быстро ее отыскал. Видимо чары защиты на доме Грейнджеров не дают Волдеморту проникнуть. Они вошли в кабинет главы Аврората. Нового главы. Ведь ее отец мертв. Здесь пахло крепким кофе и старой кожей. Гермиона остановилась перед массивным дубовым столом и положила руку на плечо Лили, давая ей понять: «Я рядом». — Слушай, Лили, я понимаю, что тебе сейчас чертовски тяжело, — тихо, но уверенно произнесла Гермиона, глядя прямо в глаза племяннице. — Но ты — единственный свидетель, который видел его в таком состоянии. Твои слова станут фундаментом для новой обороны. Мы не можем просто сидеть и ждать, пока он постучит в двери. Гермиона обернулась к аврору, стоявшему у окна и позволила поемяннице говорить с главой аврората. — Итак, мисс Поттер. Наша новая звезда. Складывается впечатление, что у Поттеров это в крови быть знаменитыми, — с усмешкой произнес глава Арората, мистер Боунс. — Есть немного, — лениво ответила Лили, не видя ничего хорошего в издевке аврора. — Вы были столько времени в сговоре с тем, кого нельзя называть? — Поправочка, — нахмурившись выпалила Лили. — я сначала не знала кто он такой. — Но потом узнали, — кивнув подытожил Боунс и скрестил руки на груди. — и? — У нас произошла связь, — Лили не хотелось рассказывать аврору что да как. — и все же, какова цель моего визита здесь? Лили чувствовала себя в безопасности, когда ее привела Гермиона в аврорат, но вопросы Боунса заставляли ее напрячься. Она доверяла аврорам, ибо отец работал здесь, однако один вопрос ее смутил: — Мисс Поттер, расскажите, пожалуйста, о планах Темного Лорда, пока вы были в плену у него. Лили застыла на мгновение, ее отрешенный взгляд зацепился за лицо мужчины перед ним, осознание вопроса обрушилось на нее с головой. Она не стала ничего говорить. Даже если она ничего не знает о планах Темного Лорда, то все равно не сказала бы. После этого ее оставили в покое, не дождавшись ответа, однако тётя Гермиона умоляла ее рассказать все аврорам. — Рассказать о планах Темного Лорда? — выпалила Лили, ходя из стороны в сторону, злясь на ситуацию в которую попала. Ее голос дрожал от злости, и раздражения. — Я сама выбралась, сама сбежала. Они не приложили усилия даже чтобы спасти меня. И после этого они говорят: расскажите о планах Темного Лорда?! Ни за что! Пусть подавятся. Гермиона, стоявшая в дверях кабинета, вздрогнула от резкого тона Лили. Она попыталась подойти ближе, протягивая руку, словно хотела унять её гнев, но замерла, видя, как бешено сверкают её глаза. В воздухе буквально искрило от её ярости. — Лили, ну подожди, успокойся… Послушай, они просто пытаются… — начала было Гермиона уговаривать племянницу, но тут же осеклась под её тяжелым взглядом. — Черт, я понимаю. Ты права. Это звучит просто издевательски. Гермиона, стоявшая у окна тут же отвернулась, чтобы скрыть свою досаду. На её лице не было осуждения, но было разочарование в племяннице. Она видела, как травма перерождается в праведный гнев, и понимала, что за этим стоит не каприз, а глубочайшая обида на мир, который оставил её одну в логове монстра. — Я понимаю, ты не обязана быть источником информации для людей, которые не защитили тебя, когда это было нужно. Мы не будем давить. Лили тяжело дышала, она вышла из кабинета министра, зайдя в ближайший туалет, и ее вырвало. Девушка была беременна. Ее теперь тошнило время от времени. Лили опустилась на пол, тяжело дыша и посмотрела на свои руки. Девушка заметила на левой руке кольцо, то самое кольцо, которое было якобы обручальным. Лили схватилась за золотое кольцо и принялась его снимать, но ему нее не получалось, магия Волдеморта не позволяла стащить кольцо. Холодный кафель туалета обжигал кожу сквозь тонкую ткань одежды. Лили сидела на полу, судорожно хватая ртом воздух, пока спазм в животе медленно утихал. Перед глазами всё плыло, а во рту стоял горький привкус желчи. Она тянула кольцо, дергала, даже пыталась поддеть ногтем, но металл словно срастался с кожей. Магия Волдеморта, темная и липкая, пропитала само кольцо. Оно не было просто украшением — оно было клеймом, невидимой цепью, которая связывала её с ним даже здесь, в самом сердце Министерства. — Да как же так… Пожалуйста, хватит! — прохрипела Лили, почти в отчаянии царапая металл. — снимайся уже! Но кольцо не поддавалось девушке. Лили прислонилась затылком к холодной стене, чувствуя, как по щекам катятся слезы бессилия. Она была беременна от чудовища, и даже это кольцо, символ их «союза» давил на нее своим весом. Лили решила просто-напросто сбежать, раз авроры не помогали, а лишь видели в ней ключ к информации. Девушка нашла в кладовой метлы для авроров, и взяла одну из них. Она зашла в лифт, это было выходом из Министерства, и поднялась наверх по лифту, проникая в телефонную бутку, а после выходя на улицу. Однако это было не все, ее исчезновение не могло долго оставаться незамеченным, и авроры почему-то ринулись за ней, чтобы поймать, отчего девушка испугалась и взлетела на метле. Ее пугало что в ней видели какого-то преступника, а не жертву. Лили летела все выше, пытаясь затаиться средь темных и густых облаков, но шестеро авроров летели за ней следом как стервятники. — Мисс Поттер, остановитесь, чем дольше вы будете лететь, тем сильнее вы будете осуждены за сговор с тем, кого нельзя называть, вас сочтут за союзницу! — прозвучал голос аврора по громкоговорителю, но она упрямо улетала от преследователей. Первое предупреждение сделано, и авроры начали уже нападать. Лили закричала, когда мимо нее пролетали заклинания. Она поверить не могла что авроры нападают на нее! Небо над Лондоном превратилось в поле битвы. Лили, сжимая метлу до белизны в костяшках, едва успевала уворачиваться от вспышек заклинаний. Ветер бил в лицо, а крики авроров сливались в один неразборчивый гул. Она чувствовала себя загнанным зверем, на которого охотятся те, кто должен был стать её защитой. Мгновение — и позади шестерых авроров летела чья-то тень; без метлы, и без фестрала. Кто-то летел и выпускал смертельные заклятья в преследователей Лили. Внезапно воздух вокруг неё похолодел, став плотным и тяжелым, как свинец. Из черных облаков, словно вырезанная из самой ночи, вынырнула фигура Волдеморта. Без всяких средств передвижения, воплощая собой чистую, первобытную магию, он скользил сквозь пустоту. Вспышка — и один из авроров, что был ближе всех к Лили, с криком рухнул вниз, зажатый невидимым ударом. Еще вспышка — и другой отлетел в сторону, оглушенный мощнейшим боевым заклятием. — Отойдите от неё! — раздался ледяной, звонкий голос, от которого кровь стыла в жилах. Это не был крик человека — это был приказ самой смерти. Лили узнала этот голос, она обернулась, заметив что позади нее летел Темный Лорд. Он умел летать без метлы и ему не составило труда поубивать ее преследователей. Девушка застыла на метле, едва не теряя равновесие. Сердце ушло в пятки. Волдеморт здесь. Он нашел ее. Вокруг него всё еще кружили остатки заклинаний четверых авроров, но теперь они выглядели жалкими искрами на фоне его колоссальной, темной мощи. Но и этих четырёх волшебников настигла та же учесть, что и их коллег. Никто не смеет поднимать палочку на его Лили. Темный Лорд плавно скользил в воздухе, его черные одежды развевались, словно крылья огромного ворона. Он не выглядел уставшим или разгневанным — он выглядел собственником, который вернулся за своей вещью. — Ты действительно думала, что сможешь спрятаться среди этих никчемных крыс? — его голос словно прозвучал прямо у неё над ухом, хотя он был в нескольких метрах. В нем не было ярости, только пугающее, ледяное спокойствие. Темный Лорд протянул руку, и Лили почувствовала, как невидимая сила обхватывает её за талию, заставляя метлу замереть. Он смотрел на неё пристальным взглядом, и в его взгляде читалось торжество. — Полетели домой, Лили. — Они считают меня преступницей…- прошептала Лили, покачав головой. — я проверить не могу. Лили позволила мужчине обхватить ее и поднять на руки. Волдеморт усмехнулся, когда Лили не сопротивлялась ему. Он прижал её к себе, обхватывая обеими руками, словно она была самым ценным трофеем в его коллекции. Его магия, тяжелая и обжигающая, окутала их обоих, создавая непроницаемый кокон, отсекающий крики и шум города внизу. — Преступницей? — переспросил Волдеморт, и в его голосе проскользнула холодная насмешка. — Они называют преступницей ту, кто принадлежит мне. Глупцы. Они пытаются судить океан, пытаясь удержать его в ладонях. Ты не преступница, ты лишь девушка, которая доверилась и полюбила. Я никогда не верил в законы, и вот доказательство их хваленой справедливости. Волдеморт медленно начал набирать высоту, уходя в густую пелену облаков, подальше от огней Лондона. Лили чувствовала, как его грудь служит ей опорой. Он не спешил, он наслаждался моментом когда нашел свою любовь. Лили была в его руках. И он счастлив. — Не трать свои слезы на них, Лили. Они не достойны твоего внимания. Полетели домой. Я соскучился. Я беспокоился о тебе. И, Лили согласилась, не противясь Темному Лорду, считая правильным вернуться к нему.