Мелодия

Пробираясь по опустевшим коридорам университета, освещая дорогу одним лишь фонариком, две девушки тихо шагали друг за другом, не прекращая улыбаться. Связка ключей непринужденно звенела в руках у одной из студенток, другая рука переплеталась с теплыми пальцами второй затейницы. Они шли всё дальше, не прерывая нежные прикосновения, что так успокаивали в момент давящей темноты вокруг. Ши Цинсюань, склонившись к уху своей подруги, которая шла впереди, тихо прошептала: — А там, — она указала на последнюю дверь в конце коридора, находилась она четко посередине, — что такое? Проследив за рукой подруги, Хэ Сюань усмехнулась, решив двинуться именно туда. — Помнишь, я говорила тебе, что училась в музыкальной школе? Воспоминания нахлынули, словно рой бабочек, пролетая одно за другим. Цинсюань взглянула на подругу, в глазах которой появился секундный блеск. Сложно было оторваться от развернувшейся картины: слегка приоткрытые губы, едва различимый в темноте румянец, горящие глаза и задумчивое выражение лица. Заставив себя опустить голову, Цинсюань проглотила вязкую слюну, стараясь вдохнуть как можно ровнее. Она так сильно сжала телефон, освещавший им путь, что побелели костяшки. Сложности в самоконтроле девушка за собой никогда не замечала, но именно сейчас ей захотелось накинуться на Хэ Сюань, как дикой кошке на охоте. Держать чувства в себе, желание, сожаление, злость… — Я любила играть на клавишных, — сказала Хэ Сюань, прерывая недолгое молчание. — У меня был прекрасный музыкальный слух, я могла запомнить мелодию, услышав её только один раз. Многие ученики мне завидовали, но преподавательница любила. Как только она узнала, что я ухожу, она так расстроилась из-за этого… Пришли. Впервые за долгое время Хэ Сюань отпустила руку подруги, чтобы открыть кабинет музыкального класса. Дверь отворилась, фонарик осветил очень просторное помещение, и Ши Цинсюань тут же его погасила. В кабинете было несколько панорамных окон, через которые ярко светила одинокая луна в небе. Её мягкий рассеянный свет освещал просторную комнату, которую теперь без труда можно было осмотреть. Первое, что попало в глаза, — рояль. Изысканный инструмент привлек внимание двух пар глаз, что тут же завороженно прошли вперед, закрывая кабинет на ключ. — А охранник нас неожиданно не нагрянет? — поинтересовалась Цинсюань, оглядываясь. — Ты глупая, что ли? — выгнув бровь, саркастично спросила Хэ Сюань. Свойственный девушке тон нисколько не удивил Ши, она лишь тихо хмыкнула и последовала за ней. Одинокий рояль, черный, как вороново крыло, сверкал в лунном свете, маня своей безупречной красотой. Он выглядел безупречно чистым и блестящим, как будто его касалась только рука любящего этот инструмент человека, сдувающего с него пылинки. Хэ Сюань провела пальцем по закрытой крышке, предаваясь воспоминаниям вновь. Между ними опять повисла тишина, наводящая покой и умиротворение, давая им насладиться компанией друг друга. Им нравилось быть вместе в такие моменты, когда не нужно было говорить, можно было просто наслаждаться моментом. Цинсюань сделала один неуверенный шаг вперед, вставая плечом к плечу с подругой. — И давно ты не играла? — Давно, — с некой грустью ответила она. — Но я не расстроена. С уходом старого приходит новое, всё-таки я нашла для себя новое увлечение. Удивленно вскинув брови, Цинсюань слегка подалась вперед, чтобы заглянуть в лицо подруги. — Правда, А-Сюань? Какое? Медленно поднимая голову, Хэ перевела свой взгляд в сторону заинтересованной Ши. Какая-то невидимая преграда между ними сломалась ровно в тот момент, стоило только сказать одно слово. — Ты. Хэ Сюань сказала это тихо, но так уверенно, что в низу живота Цинсюань почувствовала ощутимое напряжение, завязавшееся тугим узлом. Воздух где-то в груди так и застыл, не давая девушке вдохнуть. По спине пробежали мурашки, когда пальцы подруги мягко легли ей на поясницу, сокращая между ними расстояние. Цинсюань ничего не нужно было говорить или делать, стоило только приоткрыть губы, как тут же к ним прильнула Хэ Сюань. Она целует нежно, без спешки, давая возможность насладиться друг другом в этом волшебном мгновении, пока реальность за пределами комнаты не вторгнется в их мир. Губы Ши Цинсюань были хаотично измазаны в светло-коричневой помаде. С каждой секундой они целовались всё глубже, позволяя их языкам сплетаться вместе. Хэ Сюань двигается вперед, не давая девушке завалиться, она усаживает ту на рояль, расставив руки по обе стороны от её бедер. Цинсюань позволяет себе продвинуться ближе, обхватив ногами талию подруги, а рукам забраться в её приятные на ощупь чернильные волосы. Хэ Сюань выдыхает, обжигая губы девушки. На несколько секунд они прерываются, чтобы заглянуть друг другу в глаза и увидеть там желание, немое согласие, дающее им продолжить дальше. Они вновь прильнули к друг другу с большей страстью, позволяя себе полную свободу действий. Рука Хэ без церемоний отвела одну ногу Ши в сторону, передвигая ту ещё ближе к себе, чтобы чувствовать её ещё больше. Ей хотелось чувствовать больше. Её теплая рука, оглаживая талию под футболкой, двигаясь все выше и выше, задевая ткань, прикрывающую грудь. Она мягко улыбается в губы Ши, пробираясь пальцами под белье, получая удовлетворительный вдох девушки. По-хозяйски её пальцы оглаживают ореол, задевая затвердевший сосок, к которому так и хочется прильнуть ртом. Вторая рука аккуратно сжимала бедро Ши, постепенно пробираясь к резинке на штанах. Игриво вырисовывая на бедре незамысловатые узоры, Хэ продвинулась вперед к желанному месту, нежно проведя пальчиками вдоль, девушка прервала поцелуй. — К черту, — выругалась на выдохе Ши Цинсюань, резко стягивая с себя вверх, открывая прекрасный вид на свою грудь. Хэ Сюань усмехнулась, не теряя ни секунды тут же накрыла губами к горячий сосок, оглаживая языком ореол, не в силах терпеть порыв своего возбуждения. Теплый шарик пирсинга в языке задевал чувствительное место. Над головой раздался тихий стон, эхом пропадая в кабинете, не выходя за приделы этих стен. Ши Цинсюань запустила пальцы в волосы любимой глубже, сжимая, то разжимая обратно, получая слишком много удовольствия. Слишком долго. Оторвавшись с легким чмоканьем, Хэ легонько толкнула Ши в плечо, чтобы та упала спиной на поверхность. Она удивленно распахнула глаза, желая на секунду прикрыться, пока её запястья не оказались сжаты над головой, а голодный взгляд не впился в неё с дикой жадностью. — Нет. Нависнув сверху, Хэ Сюань не разрывала увлеченный зрительный контакт, раскручивая зубами шарик от пирсинга. Завороженная Ши Цинсюань смотрела из приопущенных ресниц, проводя языком по немного припухшим губам. В голове смешались мысли, пытаясь воссоздать картину следующих действий, но ни одна из них не превзошла в итоге реальность. Справившись с преградой в языке, девушка сунула украшение в карман джинс. — Это нам помешает. Хэ игриво ухмыльнулась, отнимая руки от тонких запястий, преодолевая новую преграду — серые спортивные штаны с остатками белья, что нагло были стянуты через кроссовки и брошены на незапятнанный пол. Не успев толком ничего понять, Ши ахнула, приподнимаясь на локтях, чувствуя теплую влагу между ног. Вновь рухнув на закрытую крышку рояля, она зажала рот рукой, вцепившись зубами в тонкий палец, когда язык Хэ прошлась по пульсирующей точке несколько раз. Слабый писк сорвался с губ, оказываясь тут же приглушенным тихим мычанием. Ши Цинсюань резко поджала ноги под себя, пытаясь свести их вместе, но была тут же остановлена цепкими руками, что легли ей на бедра. Невозможно было передать тех чувств, связавшихся в одной лишь точке, которую так старательно сейчас касалась Хэ Сюань, совершенно не заботясь о том, как пытается ускользнуть из-под её рук девушка. Взгляд мутно-черных глаз остановился на картине, от которой невозможно было оторваться: изящные выступающие рёбра, выгибающаяся спина, манящая грудь и сама девушка, что так сладко извивалась под её прикосновениями в свете луны. Всё это безумно дурманит, не оставляя никаких сомнений о понятиях прекрасного. Хэ Сюань нежно коснулась руки, которая старательно сдерживала порывистые стоны. Отрываясь от приятного, она облизнула губы. — Прекрати, нас здесь никто не услышит. Судорожно выдохнув, Цинсюань недоверчиво оглядела комнату в поисках какого-либо оправдания на то, чтобы быть тише. — Ши-цзе, мы на пятом этаже, охранник постоянно в наушниках, — успокоила её подруга, аккуратно поглаживая бедра, на которых остались следы от её пальцев. — Нас не услышат, а вот я… хотела бы тебя слышать. М? Спрятавшись в изгибе локтя, Ши Цинсюань зажмурилась, ожидая, когда Хэ Сюань продолжит, но та решила действовать чуть иначе. Пальцы с одного бедра скользнули вниз по ровной линии, аккуратно ощупывая пульсирующее место, словно пробуя проверить, послушается ли её девушка. И, о да, это стоило того. Разгоряченное тело подалось навстречу умелым пальцам, массирующим эрогенную зону медленно и аккуратно, изредка надавливая мягкой подушечкой. Обе застонали, погружаясь в сладкую истому этих чувств. Не решаясь больше медлить, Хэ стянула футболку, вводя средний палец внутрь Ши. Вдох второй стал громче, чем раньше, что несказанно порадовало, желая продолжить доводить её до пика дальше. Вновь прильнув к промежности, двигая пальцем в такт движениям языка, Хэ Сюань с упоением наслаждалась блаженными стонами своей Ши-цзе. Девушка схватилась за обнаженные плечи «подруги», царапая ногтями кожу, когда движения стали чуть более интенсивнее, а язык проворнее. — А-Сюань! — воскликнула та, когда почувствовала второй палец, сжавшись вокруг них. — Ты в порядке? — поднимая глаза, спросила она, отрываясь. Получив утвердительный кивок, Хэ Сюань непринужденно рассмеялась, отпуская бедро своей возлюбленной, чтобы огладить её щёку и смахнуть покатившуюся по ней слезу. Конечно, эти слёзы не из-за боли или несчастья. В этой комнате витало только согласие, только желание и только истинное наслаждение двух влюбленных. Оргазм близился быстро, интенсивность движений Хэ постепенно снижалась, чувствуя, как сильнее под ней напрягается Ши. Ей оставалось только смотреть, оглаживая большим пальцем раскрасневшуюся жемчужину, пока два пальца внутри ни на секунду не замедлили темп, сопровождаясь хлюпающими звуками. Мелодичные стоны заполняли комнату эхом, словно музыка, что надолго останется среди этих стен. Нежные поцелуи Хэ осыпали дрожащие ноги Ши, оставляя мокрые следы на бедрах, острые клыки аккуратно покусывали кожу бедер, а затем посасывающими движениями успокаивали эти места. Просто смотреть становилось настолько трудно, что Хэ приходилось судорожно дышать, следя за подрагивающими влажными от слёз ресницами девушки. Свободная рука скользнула вниз, расстёгивая ширинку джинсов, чтобы наконец унять неудержимое возбуждение самостоятельно. В две руки работать тяжело, чувствуя, как вторая начинает уставать, а прерывать удовольствие своей любимой, которая близится к концу, совершенно не хочется. Хэ Сюань быстрым движением вынула влажные пальцы, а затем также быстро прильнула губами к пульсирующей точке. Кроссовки Ши заскользили по блестящей поверхности, громкий и хриплый стон сорвался с её губ, когда влажный язык принялся усердно её вылизывать. Хэ ничуть не удивилась, когда любимая перешла на шёпот, бездумно произнося её имя. Чувствуя близившийся конец, она ускорилась, желая закончить вместе. Безудержно выдыхая прямо во время ласки, она чувствовала, как девушка под ней почти села, стискивая пальцами её волосы, заставляя вжиматься в промежность. Перед оргазмом каждый становился страшно свирепым человеком, и эта черта не обошла их стороной. Хэ Сюань мгновенно отстранилась, ощутив короткий миг яркой вспышки с двух сторон. Их рваное дыхание слилось в едином поцелуе, позволяя двум любящим сердцам насладиться друг другом в этот момент. — Это, — начала было Цинсюань, пытаясь отдышаться. — Прекрасно, — продолжила за нее Хэ Сюань, устало роняя голову в её ладони. Ни сколько не смущаясь своих слов, она посмотрела с небольшим прищуром на девушку, что большим пальцем оглаживала её щёку. — Ты моя мелодия, моя муза и мое вдохновление, Ши-цзе. Никто из них не будет сожалеть о содеянном здесь, эта ночь была благоволением для обеих, подарив им приятные эмоции, позволяя разделить этот момент друг с другом под яркими звездами и чуткими чувствами. Мелодия, звучавшая здесь, надолго останется в этих стенах, никогда не дав забыть о произошедшем.