Омут Облака

Белый люминесцентный свет выжигал роговицу сквозь неплотно сомкнутые веки. Рейджи не двигался. Он лежал на спине, вытянув руки вдоль глубоких желобов операционного стола из матовой медицинской стали. Тяжелые фиксирующие полукольца намертво прижимали его запястья и лодыжки к металлу, блокируя крупные суставы. В герметичном боксе пахло сухим озоном от работающих ламп, концентрированным раствором хлоргексидина и застарелым, едким осадком его собственной крови, которую регулярно забирали через стационарный катетер. На его лице не было малейших следов утомления или темных кругов. Хроническая бессонница проявлялась лишь в полной неподвижности мимических мышц и бледности кожи. Прозрачно-голубая, выцветшая радужка глаз была сфокусирована на одной из вентиляционных решеток потолка. Он не мигал. О запредельном давлении на нервную систему сигнализировала только частая, рваная пульсация тонкой жилы на левой стороне шеи. Кожа на его пальцах остыла, практически сравнявшись по температуре со стальным основанием стола. Длинные, жесткие пряди нордического блонда ровным слоем лежали на металлической подушке изголовья. За трехслойной стеклянной перегородкой операторской послышался шаг. Рейджи не повернул головы. Его слух зафиксировал вес вошедшего по глубине прогиба резинового покрытия пола — около девяноста килограммов. Шаг короткий, тяжелый на пятку. Пульс учащенный, около восьмидесяти пяти ударов в минуту. Охранник из смены сопровождения. — Объект ноль-девять не реагирует на внешние раздражители, — глухо раздался из динамика над дверью автоматический отчет системы мониторинга. — Угнетение функций коры головного мозга. Стадия терминального истощения. — Принято, — ответил низкий человеческий голос за стеклом. — Протокол утилизации утвержден. Введите концентрат блокиратора вручную. Зачистите бокс. Стеклянная дверь шлюза с шипением отошла в сторону. Тяжелые подошвы армейских ботинок заскрипели по стерильному кафелю. Охранник подошел к столу справа, его тень перерезала световой поток от потолочной лампы. Рейджи зафиксировал резкий металлический щелчок: мужчина отстегнул клапан кобуры, вытягивая девятимиллиметровый пистолет. Инструкция требовала произвести выстрел после введения препарата. Уверенный в том, что объект находится в глубокой коме, охранник допустил единственную тактическую ошибку — наклонился слишком близко к изголовью, протягивая руку к инъекционному порту на шее Рейджи. От мужчины пахло дешевым табаком и кислым сухим пайком. Рейджи закрыл глаза. Один удар сердца. Его левое запястье, лишенное подкожной жировой прослойки, состоящее из сухих жгутов сухожилий и плотных мышечных волокон, резко провернулось внутри стального обруча. Рейджи не чувствовал боли — только холодный геометрический расчет угла и рычага. Он использовал собственную лучевую кость как упор. Раздался короткий, сухой скрежет: стопорный болт фиксатора, годами подвергавшийся воздействию агрессивной дезинфицирующей химии, вылетел из резьбового паза вместе со стальной крошкой. Свободная левая рука Рейджи взметнулась вверх по идеальной дуге. Короткие, жесткие пальцы намертво сомкнулись на правом запястье охранника, блокируя ствол оружия в сторону кафеля. Мужчина не успел издать ни звука — Рейджи с силой дернул его руку на себя и вниз, ломая локтевой сустав против естественного хода кости. Хруст соединительной ткани совпал с глухим ударом массивного торса оперативника о край операционного стола. Рейджи действовал с точностью отлаженного механизма. Обломок стального фиксатора, все еще зажатый в его левом кулаке, превратился в тяжелое режущее орудие. Один короткий, выверенный удар в основание черепа, точно в затылочное отверстие под чешуей кости. Охранник мгновенно обмяк. Его пульс под пальцами Рейджи прекратился сразу, сменившись ровной тишиной остановившегося сердца. Рейджи медленно поднялся со стола, точным движением сбрасывая с лодыжек оставшиеся ремни. Его дыхание оставалось ровным, без одышки. Он подошел к зеркальной перегородке операторской, оценивая состояние амальгамы — стекло с той стороны было покрыто брызгами. Оператор за пультом не успел нажать тревожную кнопку, задохнувшись после первого удара Рейджи через разбитый вентиляционный короб. Глубоко в бронхах заворочался тяжелый, сухой спазм. Рейджи замер. Его плечи остались идеально прямыми. Он глухо, коротко кашлянул. На сухую, бледную нижнюю губу толчком выкаталась густая, ярко-алая капля крови, резко выделившись на фоне фарфорового лица. Он не позволил ей упасть. Спокойным, ленивым движением кончика языка Рейджи мгновенно слизнул кровь со стыка губ, ликвидировав след. На его лице не отразилось ни единой эмоции от медного, горького привкуса во рту. Он наклонился над телом охранника, методично обыскал карманы брюк, вытащил пачку крепких сигарет и тяжелую зажигалку. Первый шаг на свободу был завершен. ------------------------------