Анатомия крови

Утро в заброшенном северном замке не принесло света — лишь свинцовые, тяжелые сумерки. Белый саван за окнами превратился в настоящую ярость: ледяной ветер с корнем вырывал вековые ели, а сугробы стремительно росли, отрезая убежище от остального мира. Но внутри залы, у камина, всё еще сохранялось хрупкое, почти нереальное тепло. Рома спал, устроив голову на коленях Арсения, а вампир бережно перебирал его кудри, вслушиваясь в мерный, живой стук собственного сердца, который теперь отзывался в груди тихим эхом. Эту иллюзию покоя разорвал резкий, утробный рык, донесшийся с улицы даже сквозь вой метели. Арсений мгновенно подобрался, его глаза опасно блеснули. Через секунду Рома подскочил на месте — его ментальная связь с вампиром транслировала волну чистой, леденящей тревоги. — Они здесь, — коротко бросил Арс, поднимаясь на ноги и заслоняя парня. Тяжелые дубовые двери залы с грохотом распахнулись. На пороге, окутанные клубами морозного пара и снега, появились неожиданные гости. Дима буквально тащил на себе бледного, окровавленного Марка. Следом шла Маша, которая крепко прижимала к себе Ангелину — левое плечо чистокровной было наспех перевязано разорванным шарфом, сквозь который всё еще проступала темная кровь. Замыкал процессию Миша, уже в человеческом обличье, но с полуволчьими когтями и диким взглядом. — Вы?! Как вы нас нашли? — Рома бросился к Диме, помогая усадить Марка на полуразрушенную каменную скамью. — Твоя машина, Ромка... — тяжело дыша, ответил Дима, роняя на пол металлический кейс с архивами охотников. — В ней стоял скрытый маяк клана. Диана вела нас по нему от самого озера. Мы пытались оторваться, но... мы здесь не одни. Они окружили замок. — Это еще не худшая новость, братец, — хрипло подал голос Марк, натыкаясь взглядом на Арсения. Старший брат выглядел истощенным, но в его глазах читался первобытный страх. — Кристина... Она идет за нами. Её ментальное присутствие... я почуял его полчаса назад. Она сожгла пограничные посты оборотней на юге. Она знает, где ты. Атмосфера в зале мгновенно превратилась в жидкий лед. Векторы всех противоборствующих сил сошлись в одной точке, затерянной среди бескрайних северных снегов. Снаружи замка, сквозь белую пелену бури, медленно продвигался элитный отряд охотников. Пятеро старейшин в тяжелой зимней экипировке держали наготове штурмовые винтовки с серебряными зарядами. Диана шла впереди. Её лицо, обветренное ледяным ветром, казалось застывшей маской. Жажда мести и фанатичная уверенность в своей правоте гнали её вперед, заглушая голос разума. — Они внутри, — скомандовала она, указывая на полукруглые окна замка. — Окружить периметр. Дробовики наизготовку. Если твари попытаются прорваться — стрелять на поражение. Диму и Рому взять живыми, если получится. Если нет... они сделали свой выбор. Охотники начали бесшумно рассредотачиваться по заснеженным руинам двора, занимая тактические позиции. Буря играла им на руку, глуша шаги и скрывая силуэты. Внутри замка выжившие спешно готовили оборону. Миша заколачивал окна обломками древней мебели, Дима проверял остатки патронов в отцовском дробовике, а Маша аккуратно обрабатывала рану Ангелины колотым льдом, пытаясь замедлить горение серебра в её теле. Вампирша слабо улыбалась, глядя на испуганное, но решительное лицо человеческой девушки. — Ты рисковала ради меня, русалка, — тихо прошептала Ангелина. — Теперь мы точно в одной лодке. Рома подошел к Арсению, который стоял у центрального прохода, всматриваясь в темноту коридора. Парень мягко взял его за руку. — Арс. Мы выдержим. У нас есть архивы, есть Дима, есть Миша. Мы найдем выход. Арсений повернулся к нему. В его серо-голубых глазах больше не было страха перед матерью. Но то, что он почувствовал секундой позже, заставило его пальцы судорожно сжаться. Земля под замком глухо, страшно задрожала. Это не был сдвиг тектонических плит. Вся вековая ментальная мощь рода чистокровных обрушилась на замок подобно невидимому цунами. Пространство вокруг руин зазвенело от напряжения. На улице, прямо посреди сугробов, охотники Дианы вдруг начали падать на колени, хватаясь за головы — их человеческий разум не был готов к такому удушающему телепатическому давлению. Метель вокруг замка в одно мгновение прекратилась, словно замерзнув в воздухе. Снежинки повисли неподвижными белыми точками. Из этой звенящей, мертвой тишины, со стороны главных ворот двора, послышался хруст снега под изящными шагами. Кристина прибыла. И три враждующие фракции замерли на пороге финальной, самой кровавой битвы в их жизни.