Не показалось

Феликс, как обычно, ехал в метро. Вокруг — привычная утренняя картина: люди полусонные, кто-то уткнулся в телефон, кто-то читает новости. Но среди них выделялся один парень: высокий, стройный, с такой внешностью, будто только что сошёл с обложки журнала. Он явно был не из этого вагона — с любопытством оглядывался по сторонам, словно оказался здесь впервые и всё вокруг ему в новинку. Феликс поймал себя на мысли, что слишком долго смотрит на незнакомца. Тот, словно почувствовав взгляд, повернулся и встретился с ним глазами. Феликс тут же отвёл взгляд — не хотелось показаться невоспитанным. Но в голове всё равно крутилось: «Может, он модель? Или просто очень уверенный в себе человек?» В его облегающей футболке и штанах парень выглядел так, будто собрался на съёмку, а не на обычную работу. Феликс ещё раз украдкой посмотрел в его сторону, но юноша уже отвернулся к двери, за которой мелькали огни тоннеля. «Интересно, куда он едет?» — подумал Феликс, но поезд уже замедлял ход, и через минуту двери открылись, впуская новую волну пассажиров. Когда Феликс выходил из вагона, того парня уже не было на прежнем месте — возможно, он нашёл себе сиденье или просто перешёл в другую часть вагона. В общем, незнакомец так и остался незнакомцем, и Феликс почти забыл о нём, погружённый в свои мысли. Но на следующее утро всё повторилось. Феликс снова увидел его — тот же самый парень, в той же самой одежде. «Может, это какой-то бренд? Или он просто хочет всем показать свой стиль?» — мелькнуло в голове у Феликса. Незнакомец опять с любопытством оглядывал окружающих, словно каждый раз открывал для себя что-то новое в привычной суете метро. На третий день всё стало ещё страннее. Феликс снова заметил его — тот же парень, в той же одежде, словно призрак, возник из ниоткуда. Он просто стоял и смотрел, а люди проходили сквозь него, будто его и не было. Это было жутко: свет в метро иногда мигал, а тут даже немного погас, словно подчёркивая нереальность происходящего. Феликс не выдержал и задержал на незнакомце взгляд чуть дольше обычного. В этот момент парень словно ожил — медленно двинулся к нему. Сердце Феликса ушло в пятки, когда тот оказался совсем рядом и вдруг сел на соседнее сиденье. В повисшей тишине незнакомец тихо спросил: — Ты меня видишь?? — Да... — выдавил из себя Феликс, чувствуя, как по спине пробежал холодок. — А не должен? — это было первое, что пришло ему в голову. Незнакомец грустно улыбнулся и тихо произнёс: — Меня не видят с тысяча девятьсот девяносто девятого. В вагоне повисла тяжёлая тишина, нарушаемая лишь стуком колёс. Феликс не знал, что сказать. Он смотрел на парня, который застыл между прошлым и настоящим, и понимал: эта встреча изменит его жизнь навсегда. — А что с тобой случилось? — не выдержал Феликс. Парень опустил глаза, и его лицо стало ещё печальнее. — Я упал под колёса вагона... Решил всем показать, как это — без меня. Он говорил тихо, почти шёпотом, но каждое слово отдавалось эхом в голове Феликса. В его голосе не было упрёка — только бесконечная усталость и тоска. Феликс почувствовал, как внутри всё сжалось. Он не знал, что ответить, и просто смотрел на парня, который вот уже столько лет был невидимкой для всего мира, но сегодня почему-то выбрал его. — И как теперь без тебя... Ты, наверное, не знаешь... — Феликс почувствовал укол жалости к парню. — Знаю. Теперь мне одиноко. Раньше тоже было, но не так, — тот грустно улыбнулся. — Ладно, до следующей встречи... Парень встал, и в этот момент двери вагона открылись. Толпа хлынула наружу, и его словно подхватило потоком воздуха — через мгновение он растворился среди людей, оставив Феликса одного. В вагоне снова стало шумно и тесно, но теперь всё казалось другим: будто между мирами осталась невидимая дверь, приоткрытая всего на миг. Три дня подряд Феликс искал его взглядом в толпе, но всё было напрасно. Наверное, есть какие-то особые временные промежутки, когда призраки могут стать видимыми. И вот однажды, когда Феликс уже почти перестал надеяться, парень снова появился — просто сел рядом, молча и как-то особенно грустно. — Привет, — первым нарушил тишину Феликс. Всё-таки теперь он знал о нём немного больше. — Привет... Ты меня ждал, что ли? Или ты тренируешься смотреть на призраков? — в голосе незнакомца прозвучала едва заметная усмешка. — А тут больше никого нет... ну, кроме тебя, — удивлённо заметил Феликс. Парень казался почти живым, разве что чуть бледнее обычного, а чёрные волосы и светлая кожа только усиливали этот эффект. — Странно, метро старое... Мог бы и ещё кто-то появиться, мы бы дружили, — задумчиво протянул незнакомец. У него были очень красивые глаза — большие, раскосые, а под одним из них виднелась маленькая родинка. Феликс немного смутился, но всё же решился: — Не знаю, конечно, но, может, я могу быть твоим другом? — А ты хочешь им быть? — на Феликса посмотрели с какой-то странной, едва заметной улыбкой. — Ну да, а что такого? Тем более пока есть время поболтать... — Феликс и сам не понимал, почему так легко согласился. Ну призрак, ну парень — что тут такого? У него возник вопрос, который давно не давал покоя: — Говорят, те, кто умирает, потом показываются в том же виде. А ты вроде целый... Призрак задумался, а потом тихо, с горькой усмешкой ответил: — От меня осталось мокрое место. Не могу же я лужей прийти. Тем более красное пятно не может говорить. Феликс не удержался и ухмыльнулся: у этого парня был свой, немного мрачный юмор. — Красное пятно не могло бы привлечь внимание. Хотя... — он не успел договорить: в вагон хлынула толпа, и парень исчез, словно его и не было. Феликс даже немного расстроился. Только начали нормально общаться — и вот опять. Он огляделся по сторонам, но среди новых пассажиров знакомого лица не было. Оставалось только ждать следующей встречи. Внезапно парень появился снова — теперь он был весь в крови, с тёмными потёками на одежде и лице. Феликс вздрогнул и отшатнулся, но незнакомец спокойно сел рядом и посмотрел ему прямо в глаза. — Красная лужа, ну, немного не так, конечно. Но всё же, — его голос был прежним, значит, это действительно он. — Ты умеешь менять внешность? — Феликс был поражён, даже дыхание перехватило. — Имеешь в виду одежду? — уточнил парень. — Нет, выглядеть... менее испачканным, — Феликс кивнул на его окровавленную футболку. — Ну, если бы ты увидел меня сразу таким, ты бы не заговорил. А у меня тут, знаешь ли, юбилей — двадцать семь лет, как я тут... — парень говорил задумчиво, словно взвешивал каждое слово. Феликс немного замялся, подбирая слова: — А сколько тебе было, ну, до случая... сам знаешь... — он осторожно посмотрел на собеседника. Тот ответил не сразу, а когда заговорил, в его голосе прозвучала тревога: — А тебе зачем? Если ты хочешь сделать то же самое... Хотя постой. Ты ведь видишь меня потому, что собрался повторить... Ты же не умрёшь? Я был бы рад компании, но не так. Парень, подумай. Толпа подхватила видение, и парень снова растворился в потоке людей. Феликс остался один на один со своими мыслями. Теперь он понимал: его уже не испугают ни призраки, ни другие формы жизни. Но встреча с этим необычным собеседником оставила в душе странный след — смесь тревоги, сочувствия и какого-то нового, непонятного чувства. Феликс смотрел в окно вагона, за которым мелькали огни тоннеля, и думал о том, что теперь его жизнь уже не будет прежней. Он не знал, что ждёт его дальше, но был уверен: эта история ещё не закончена. Феликсу нужно было в магазин — дома почти не осталось еды. Он бродил между полок, когда взгляд зацепился за знакомую фигуру. У стеллажа с чипсами стоял парень — вылитая копия его недавнего собеседника, только в другой одежде. Не веря своим глазам, Феликс подошёл ближе и, не удержавшись, хлопнул его по плечу. — Ты врал? Я там чуть кирпичей не наложил! Я думал, ты реальный!.. — выпалил он. Парень обернулся и посмотрел на него как на сумасшедшего. — Когда я тебе врал? И зачем вообще? Да ты прекрати махать руками! — он был живой, твёрдый, настоящий. Феликс смутился, но отступать не стал: — В вагоне метро ты сказал, что упал на рельсы в тысяча девятьсот девяносто девятом году. Парень нахмурился, потом усмехнулся: — Я родился в двухтысячном. И в метро только на работу езжу. Ты меня с кем-то спутал, приятель. — Ты мог и наврать! Годом раньше, годом позже. Зачем ты меня преследуешь? — Феликс уже не понимал, кому верить, но точно знал: своим глазам доверять нельзя. — У меня паспорт есть, смотри! Может, ты того парня про день рождения спросишь... — новый знакомый сунул ему под нос раскрытый паспорт. Феликс уставился на страницу: 20 марта 2000 года. В голове всё смешалось. Он поднял взгляд на парня — тот смотрел с искренним недоумением, а в глазах читалось: «Ты точно не в себе». — А вот и спрошу. А ты чтобы завтра тут стоял, в это же время. Я его на камеру сниму. Понял? — Феликс почти выкрикнул это, и парень у стеллажа с чипсами вздрогнул, но быстро закивал, соглашаясь. Утро следующего дня тянулось невыносимо долго. Феликс ждал как никогда, но призрак так и не появился. А ведь нужны были доказательства... «Скажу любую дату из головы, он ведь не пойдёт проверять», — с досадой подумал Феликс. Вся его решимость испарилась, когда он увидел парня из двухтысячных у полки. Тот стоял, озираясь по сторонам, явно не понимая, с какой стороны появляются такие странные люди. — Ну и когда у него день рождения?.. — голос парня был серьёзным. — Девятого июля. А год он не сказал. Только что умер в девяносто девятом, — ответил Феликс. На него смотрели с округлившимися глазами. — И давно ты видишь призраков? Почему именно таких, как я... — парень растерялся и начал болтать без умолку. А Феликс стоял и думал: «Кажется, я схожу с ума». — Вот, не веришь — приходи утром к метро, к той ветке, которая идёт почти по центру, фиолетовая. Садись и иди, ищи меня. Там я тебе и покажу, — Феликс почти шипел от возмущения, наверное, больше на себя, чем на собеседника. — Окей, возьму и приду, — ответил тот с усмешкой, от которой Феликс снова почувствовал себя дурачком. Махнув рукой, он развернулся и пошёл к выходу, чувствуя на себе насмешливый взгляд. «Ну и пусть думает, что хочет», — пронеслось в голове, но внутри всё равно остался неприятный осадок. Теперь придётся доказывать то, во что он и сам уже начинал сомневаться. Призрак не появлялся целую неделю. Парень из магазина уже устал приходить и просто садился рядом с хмурым видом, словно делал одолжение. Когда призрак внезапно возник снова — всё в той же футболке с почти стёртой надписью — Феликс даже не отреагировал. Внутри у него всё перегорело. Он решил: пора идти к врачу, попросить таблетки и больше никогда не ездить по этой ветке. Хватит с него странностей, видений и разговоров с теми, кого не существует. Врач задал много вопросов: как давно у Феликса видения, какие они — мутные или чёткие, говорят ли с ним. Всё выслушал, записал и выдал коробочку с таблетками, велев принимать утром перед поездкой в метро. Феликс был послушным пациентом. После завтрака начал пить лекарства, искренне надеясь, что они помогут. Но когда к нему подсел парень из двухтысячных, Феликс вдруг разрыдался прямо у него на плече. Его осторожно вывели на воздух, гладя по спине, как ребёнка: — Ну чего ты расклеился, малыш? Не пришёл призрак? Устал врать самому себе?.. — Я... я... — всхлипывал Феликс, — думал, что ты призрак. А он теперь не приходит, ну, один раз только. Я не могу с ним теперь говорить, мне врач запретил, — всхлипы стали ещё сильнее. — Пошли, лавочку найдём. Нельзя с призраками говорить, прям совсем? — спросили у него, когда они наконец уселись. — Совсем. Я не знаю, во всём виноват ты. Откуда ты взялся в том магазине? — Феликс всё ещё всхлипывал. Незнакомец, хотя Феликс помнил только первые две буквы его имени, а потом в голове само собой всплыло — Хёнджин. Теперь надо было срочно узнать имя призрака. Феликс резко вскочил и убежал с места успокоения. Вдруг тот появится? Надо просто узнать, как его зовут, и всё. Призрак сел рядом во сне, потому что в реальности его не было. То ли таблетки помогали, то ли Феликс просто не хотел его больше видеть. В вагоне было мало людей, утро. Он тихо появился рядом. — Привет, — сказал он. — А когда ты родился, ты помнишь? — Феликс не унимался, ему нужно было знать. — Хм, насколько я помню, в сентябре, пятнадцатого. А что? Будем праздновать? — видимо, во сне мозг не знал, что придумать, и подставил дату самого Феликса. — А как тебя зовут?.. Хотя бы примерно, — Феликсу нужно было сопоставить настоящее и мистическое. — Может, звали? Сейчас я никому не нужен. Даже тебе. Я приходил много раз, ты меня не слышишь. Мы больше не друзья, да? — в голосе призрака прозвучала обида. В Феликсе боролись человеческое сострадание и желание жить нормально. — Друзья, если скажешь имя, — твёрдо сказал он. На этом всё оборвалось. Будьте прозвенел на работу. Пришлось в этот раз пропустить таблетку. Сон показал то, что хотелось. А на самом деле — никого. Ни в округе, ни рядом, ни через вагон. Феликс устал. У него болела и кружилась голова, стало душно. Дальше — темнота. Очнулся он в светлых белых стенах, с трубкой во рту. Приборы пищали, показывая медленный ритм сердца. В голове всё ещё кружилось. Показалось изображение: парень, что мерещился ему повсюду, вошёл с папкой, что-то записал. Потом пришла медсестра, помогла вытащить трубку. — Сколько пальцев показываю? — спросили у него. — Это ты? Снова? — Феликс вздохнул. — Я вот, живой. Я тут просто работаю, я врач. И когда тебя привезли, тоже подумал: схожу с ума. Ты очень интересный случай, может, тебе голову обследовать? Мало ли, какие штуки там появились. Его послушали, посветили в глаза фонариком. Феликс остался один и думал: «Может, я в психушке? Мне там самое место». — Ну и что довело тебя до панической атаки? — спрашивал парень из двухтысячных, стоя с папкой. На следующее утро он снова пришёл. — Я рассказывал. Стал появляться парень, как ты, копия твоя, только умер он раньше на год твоего рождения. Я что сделаю? И мы немного общались. А сейчас его нет, — Феликс застонал от напряжения, голова всё ещё немного болела. — То есть он как я, но умер... Понятно. Мы запишем вас на консультации к психологу. Так положено. Я не в силах вылечить от видений. Хотя очень интересно. Феликса лечили уже неделю. Он исправно ходил к врачу, тот внимательно слушал, задавал вопросы и что-то записывал. Иногда казалось, что доктор действительно пытается вникнуть, но неизменно повторял: призраков не существует. — Возможно, вы когда-то ударились головой или перенесли травму. Не исключена и опухоль в мозге, — предполагал врач. Феликсу назначили томографию. Его долго рассматривали, изучали снимки, но ничего не нашли. Никаких отклонений. Мозг был абсолютно здоров. Врач развёл руками: по всем показателям Феликс был совершенно нормален. Врач принёс книгу, сказал, что это поможет отвлечься, а там как раз описан похожий случай. — Вот, смотрите: девушке являлся парень, просил помочь, нужно было передать какое-то письмо. Девушка сначала боялась, потом согласилась и начала искать адресата. В итоге она вышла замуж и у неё уже ребёнок, — пересказывал Феликс. — А что в письме-то было? — спросил врач, не особо веря в мистику. — Там было написано, что его убили... В общем, там такое, что я в шоке. Может, это мой ангел-хранитель ко мне приходит? — Феликс перебирал варианты. Врач задумался. — А чего он к тебе-то приходит? Он перепутал? Ты вообще видишь ангелов? Были случаи до этого? — И демонов из ада. Вы, видимо, мой. Ладно, я почитаю и расскажу, — Феликс отложил книгу и решил поспать. Дни шли. Когда выписали, а врач попросил номер телефона — на всякий случай, чтобы сразу позвонить, если Феликс снова начнёт падать в обморок. Вернувшись домой, Феликс принял душ, включил телевизор. Раньше он показывал нормально, а теперь — одни помехи. И вдруг из них проступило изображение парня из метро, того самого, который якобы умер. — Я не ангел, я купидон... Ну, ты не верил в любовь, а тут я показал тебе твою половину. Тебе стало интересно, и сердце ожило. Так что прощай, не грусти. А врач вроде как ждёт звонка. Ты его курочкой угости, и таблетки тебе не нужны, — парень был в другой одежде, со стрелами за спиной. Экран погас. Феликс остался один, размышляя о том, что только что увидел. — Алло, это дурдом. На связи местный дурачок. Я видел купидона, всё это время... Он сам сказал, — Феликс звонил врачу и решил пошутить. — Это который бог любви? И какой он? Ты уже призрака видел, и ангелов, и демонов. Весело ты живёшь... — отозвался голос в трубке. — Как могу. Я тут курочку приготовил, вкусную. Говорят, вы любите, — Феликс думал, что ему откажут. — Это хорошо. Но нужен адрес. Хотя, подождите, у меня же карточка... Скоро буду, — врач уже снимал халат. А на крыше сидел купидон со стрелами, думая, что одну-то надо было кому-нибудь в мягкое место запустить. Но спор есть спор: надо было разбудить сердца. Ангел-хранитель сидел рядом, размышляя, что надо отдавать долг. А чем — мы уже не узнаем... Хёнджин, устроившись за столом, с аппетитом ел курочку и внимательно слушал Феликса, который с воодушевлением рассказывал о своих приключениях. Глаза Хёнджина то и дело округлялись от удивления, а иногда он даже подавался вперёд, чтобы не пропустить ни одной детали. Атмосфера была тёплой и непринуждённой, и казалось, что для Хёнджина этот рассказ был не менее важен, чем для самого Феликса. Поцелуй был со вкусом специй, и уходить совсем не хотелось. Было так хорошо и смешно от рассказа Феликса, а он сам казался особенно милым. Губы у него мягкие, и этот момент запомнился своей теплотой и лёгкостью. Пришлось остаться, ведь поцелуи не прекращались, и расставаться совсем не хотелось. А ночью врачу Хёнджину приснился странный сон: парень, очень похожий на Феликса, просил его никуда не выходить завтра и остаться рядом. Хёнджин проснулся с улыбкой, чувствуя, что этот сон был не просто так. За завтраком новости оказались не из приятных: в вагоне метро внезапно началась паника, есть пострадавшие. А Хёнджин и Феликс, как назло, сегодня проспали и теперь на ходу перекусывали, пытаясь не опоздать по своим делам. Атмосфера была напряжённой, но они старались поддерживать друг друга, ведь вместе любые новости переживать легче. Обнялись у вагона метро, хотя думали там будет скорая стоять и полиция, но уже никого не было. Видимо у Хёнджина свой ангел, похожий на теперь уже парня. Как все странно на этой планете.