Магия замкнутого пространства

Этот отдых неожиданно стал лучшим, что случалось с Драко за последнее время. Он наконец-то смог по-настоящему расслабиться, выдохнуть и почувствовать себя счастливым в окружении близких друзей. Единственное, что оставалось нерешенным — это их статус с Гарри. Драко так и не понял, кем они приходятся друг другу, хотя, судя по хитрым усмешкам и многозначительным комментариям Пэнси и Блейза, друзья для себя уже давно всё поняли. Сейчас они собирали вещи: этим вечером нужно было возвращаться в город. Напоследок в планах значился поход в лес и небольшой обед на природе. Гарри хаотично бегал по комнате в поисках своих вещей, тихо и беззлобно возмущаясь себе под нос. Драко наблюдал за ним, чувствуя, как внутри нарастает волнение. Он долго не мог нормально сформулировать вопрос, но наконец, стараясь говорить как можно спокойнее, спросил: — Слушай... а кто мы с тобой? Ну, в плане... мы спим вместе, но что между нами? Несмотря на внешнее хладнокровие, сердце Драко бешено колотилось. Поттер безумно ему нравился. Это была та самая подростковая любовь, шанс на которую у него в своё время жестоко отобрали. Сейчас внутри порхали бабочки и бушевала буря эмоций, но Драко смертельно боялся: вдруг это не взаимно? Что думает об этом сам Гарри? Гарри перестал метаться по комнате, повернулся к Драко, и его лицо мгновенно смягчилось. — Ну, ты мне правда нравишься. Ты потрясающий. И если ты не против... мы могли бы попробовать встречаться? Его глаза горели такой искренней нежностью, а улыбка была такой широкой и заразительной, что Драко не выдержал. С его души будто свалился огромный камень. Он улыбнулся в ответ и согласно кивнул. Они продолжили сборы. Драко чувствовал себя окрыленным; он наконец разрешил для себя вопрос, который так долго его мучил. Быть с кем-то в полноценных отношениях было ужасно непривычно, совсем в новинку, но ему было хорошо. За это короткое время он осознал важную вещь: всё это время он жил неправильно. Стоит давать себе передышку, нужно уметь отдыхать и расслабляться. Чуть позже, ближе к обеду, они завершили сборы и выдвинулись в путь. Лес встретил их необычайной красотой: звонким пением птиц, тихим шелестом листвы и чудесными пейзажами. Они неспешно прогуливались между вековыми деревьями, много фотографировались и продвигались вглубь, восхищаясь тем, насколько живым кажется всё вокруг. Им даже повезло увидеть дикую лисицу, которая мелькнула среди кустов. Вскоре они вышли на живописную поляну, где и решили расположиться. Чтобы не портить окружающую среду, они аккуратно развели небольшой костер. Жаря шашлыки и зефир, они болтали обо всем на свете. Оказалось, что общаться вот так невероятно легко и потрясающе. Именно в тот день они пообещали друг другу устраивать такие вылазки как можно чаще. Между тем начало темнеть, и в лесу заметно похолодало. Драко, одетый слишком легко, начал заметно подрагивать от сырости. В этот момент к нему подбежал Гарри. Он взахлеб, с абсолютно счастливым видом рассказывал какую-то историю из своей молодости, которую только что вспомнил благодаря расспросам Блейза. Гарри был так увлечен своим рассказом, а Драко просто смотрел на него. Он тонул в этих глазах, в которых мерцали отсветы костра, и, честно говоря, не особо вслушивался в саму историю. Наконец Гарри заметил, что его спутник замерз. Он тут же прервал свой монолог и накинул на плечи Драко свою теплую кофту. Драко укутался в нее, и всю оставшуюся дорогу до машины он незаметно, но завороженно пялился на красивые, сильные руки Гарри, видневшиеся из-под коротких рукавов футболки. Домой они приехали совсем поздно, около девяти вечера. Решили остановиться у Драко, так как от его дома было гораздо ближе до больницы, где они оба практиковались. Распрощавшись с Пэнси и Блейзом, они уставшие поднялись на второй этаж. Квартира встретила их своей привычной, идеальной чистотой. Быстро разложив вещи и перекусив тем, что нашлось в холодильнике, они без сил рухнули в кровать. На разговоры не осталось энергии, и они мгновенно уснули в объятиях друг друга. Следующее утро порадовало их солнечной погодой. Быстро накинув халаты, а затем собравшись, они направились в больницу. По дороге купили по стаканчику ароматного кофе, весело болтая о предстоящих делах. Рабочий день выдался невероятно активным и тяжелым. Произошла крупная авария, в больницу хлынул поток пострадавших. Нагрузка была настолько высокой, что даже практикантов экстренно подключили к серьезной помощи под присмотром старших врачей. Драко всегда был блестящим, прилежным студентом, поэтому его работу практически не контролировали, позволяя делать многие манипуляции самостоятельно. Это было огромным стрессом; порой становилось по-настоящему страшно за чужие жизни. К концу смены все были выжаты как лимон и вздохнули с облегчением, когда пришла ночная смена. — Идем домой... — устало протянул Драко, заканчивая долгий рассказ о том, сколько всего ему пришлось сегодня сделать. — Домой? Но я же живу совершенно в другой стороне, — с улыбкой напомнил Гарри. Драко, чья голова под вечер соображала туго, совсем забылся: — А, точно... Тогда удачи тебе добраться до своего дома. Гарри хитро прищурился: — Ну уж нет. Я приму твои слова как приглашение к тебе. Драко лишь покачал головой. Кажется, удивляться наглости Поттера больше было уже некуда, но он все равно каждый раз поражался тому, насколько этот парень бывал напористым. Только вот в глубине сердца от этой наглости разливалось удивительное тепло и счастье. Было безумно приятно осознавать, что ты кому-то нужен, что кто-то хочет быть рядом. — Ладно, пошли быстрее, я замерз, — с притворным недовольством проворчал Драко и ускорил шаг в направлении своей квартиры. С того дня Гарри стал оставаться у него постоянно. В какой-то момент в квартиру Драко незаметно перекочевала большая часть вещей Поттера. А через несколько месяцев они приняли взвешенное решение съехаться окончательно, решив сдавать квартиру Гарри, чтобы получать дополнительный доход. Драко ничего не рассказывал своим родителям. Он прекрасно знал, что новость об этих отношениях обернется грандиозной катастрофой. Они общались редко, поэтому скрывать личную жизнь не составляло труда. Зато Гарри он доверился полностью. Драко рассказал ему всё: о том, в какой жестокой и холодной атмосфере он рос, какими требовательными были его родители, как долго внутри него жил деструктивный синдром отличника, заставлявший верить, что он никогда не будет достаточно хорош и не заслуживает счастья. Он честно признался, насколько разрушительным было это воспитание и почему он сознательно дистанцировался от семьи. Их совместная жизнь была тихой, теплой и гармоничной. Совершенно незаметно пролетел первый год. Драко блестяще окончил университет и устроился в ту же больницу, где работал Гарри, но теперь уже в качестве полноценного врача. Жизнь потекла размеренно. Они даже завели домашнего питомца — крупного, вальяжного черного кота, которому Драко с легкой иронией дал имя Люцифер. В какой-то момент они решили взять небольшой совместный отпуск и съездить в Диснейленд. Место для двух взрослых мужчин казалось необычным, но однажды Драко насмотрелся видеороликов в интернете и загорелся детской мечтой побывать там. А Гарри... Гарри просто запомнил это. То, что когда-то началось как внезапный порыв, переросло в действительно крепкий, нерушимый союз. Они ценили, глубоко понимали и поддерживали друг друга. В этих отношениях оба сильно изменились, став лучшими версиями себя. Гарри под влиянием Драко стал более опрятным, собранным и дисциплинированным, а Драко наконец-то научился радоваться мелочам, веселиться и сбрасывать напряжение. От лица Гарри Этот отпуск должен был стать особенным. И дело было не только в сказочной атмосфере Диснейленда, но и в секретном плане, который Гарри вынашивал уже несколько месяцев. Отношения с Драко стали самым счастливым периодом в его жизни. Несмотря на все прошлые трудности и притирки, Гарри очень быстро понял: этот блондин — тот самый человек, с которым он хочет связать свою судьбу до самого конца. Наступило утро первого дня их отпуска. Семь часов утра. Они собирались в отеле, одеваясь перед выходом. Пока Драко крутился перед зеркалом в комнате, Гарри закрылся в ванной. Он держал в руках бархатную коробочку, разглядывая изящное кольцо. Сердце колотилось где-то в горле. Он был готов. Назад пути не было. Вскоре они уже ехали в такси, приближаясь к заветному парку развлечений. Весь день они провели словно дети: ходили за руку по мощеным аллеям, покупали сладкую вату и дурацкие ободки с ушами, катались на головокружительных аттракционах, от которых захватывало дух, и бесконечно смеялись. Драко, обычно такой сдержанный и аристократичный, сейчас искренне радовался каждому сказочному замку, а Гарри не мог отвести от него влюбленного взгляда. Когда стемнело, парк преобразился. Вспыхнули миллионы восхитительных огней, окрашивая замок Спящей Красавицы во все цвета радуги, зазвучала волшебная музыка, предваряющая ночной салют. Вокруг царила суматоха, люди поднимали телефоны, готовясь снимать шоу. Драко отошел чуть вперед, увлеченно делая очередное фото светящихся декораций. Гарри глубоко вздохнул, усмиряя дрожь в коленях, сделал шаг назад и опустился на одно колено, протягивая открытую коробочку. — Драко, — тихо, но отчетливо позвал он. Когда Драко обернулся и опустил телефон, он мгновенно замер. На секунду его лицо вытянулось, а брови сошлись на переносице, словно он был испуган или даже не рад — шок заблокировал все его эмоции, заставив побледнеть. Но уже через мгновение маска оцепенения спала. В серых глазах вспыхнула такая лавина чистой, неподдельной радости и слез, что у Гарри перехватило дыхание. — Да... Боже, конечно да! — выдохнул Драко, бросаясь к нему на шею под взрыв первых залпов праздничного салюта. В отель они возвращались, едва переставляя ноги от усталости, но пьяные от счастья. Стоило тяжелой дубовой двери номера захлопнуться, как вся сдерживаемая за день эмоциональная буря вырвалась наружу. Гарри прижал Драко к двери, впиваясь в его губы требовательным, глубоким поцелуем. Драко ответил с неожиданной, почти отчаянной страстью, путаясь пальцами в непослушных темных волосах Поттера. Одежда полетела на пол в хаотичном беспорядке прямо по пути к огромной кровати. Каждое прикосновение этой ночью ощущалось иначе — острее, весомее. Это был не просто секс, это было безмолвное скрепление их новой клятвы. Гарри целовал каждый сантиметр бледной кожи Драко, ласкал его бедра, заставляя того тихо, хрипло стонать, выгибаясь навстречу. Когда они наконец слились в единое целое, Драко крепко обнял Гарри за плечи, утыкаясь носом в его шею, и прерывисто шептал его имя. Движения были медленными, тягучими, наполненными невероятной нежностью, которая к финалу переросла в мощную, сокрушительную волну наслаждения, оставившую обоих тяжело дышать на мокрых простынях. Чуть позже, когда дыхание выровнялось, Драко, лежа на груди Гарри, потянулся к телефону. Сделав быстрый снимок кольца на своем пальце, он скинул его в общий чат с друзьями и коротко написал: «Мы обручились». Телефон взорвался звонками моментально. Это было неудивительно. Пэнси и Блейз в этот момент были вместе. Драко включил громкую связь, и из динамика раздался оглушительный, восторженный писк Пэнси: — Я знала! Я знала, Поттер, только попробуй его обидеть! Боже, Драко, покажи ближе! Блейз на заднем плане смеялся и поздравлял парней. Друзья были искренне и безгранично рады за них. Оставшиеся дни отпуска они провели уже в официальном статусе женихов, абсолютно счастливые и защищенные от всего мира в своем маленьком коконе. К сожалению, идеальный мир дал трещину, когда Гарри по глупости выложил совместное фото с помолвки в свой Instagram. Родственники и знакомые Драко тут же донесли об этом его родителям. Разразился грандиозный скандал. Люцифер и Нарцисса звонили сыну, кричали, возмущались и сыпали запретами, требуя немедленной встречи. Драко согласился приехать, надеясь на каплю благоразумия, но эта встреча принесла лишь новые конфликты, взаимные обвинения и крики. В запале отец пообещал полностью вычеркнуть Драко из завещания и лишить его всякого наследства. Драко ушел, хлопнув дверью, решив, что окончательно потерял семью. Однако, когда после помолвки прошло полгода и дело пошло к свадьбе, родительское сердце все же дрогнуло. Драко был их единственным сыном. Проведя месяцы в тишине и осознав, что они могут потерять его навсегда, Люциус и Нарцисса смягчились. Нет, они не полюбили Гарри и не приняли его выбор всей душой, но ради того, чтобы остаться в жизни сына, они решили терпеть этот союз. Для Драко это стало огромной неожиданностью — он был уверен, что мосты сожжены навсегда. Их свадьба прошла скромно, без лишнего пафоса. Присутствовали только самые близкие: верные Пэнси и Блейз, родители Драко (державшиеся подчеркнуто вежливо, но отстраненно), немногочисленные родственники Гарри и пара близких коллег-ребят из больницы. Когда пришло время клятв, в зале воцарилась абсолютная тишина. Гарри взял Драко за руки, глядя прямо в его серые глаза: -Драко, ты ворвался в мою жизнь и перевернул ее. Ты показал мне, что такое настоящая глубина и преданность. Я обещаю быть твоей опорой, твоим домом и твоим покоем. Я обещаю любить тебя и в моменты триумфа, и в моменты слабости. Мое сердце принадлежит тебе. Драко сглотнул подступивший к горлу ком, его голос слегка дрожал, но звучал уверенно: - Гарри... Ты научил меня дышать заново. Ты спас меня от собственного прошлого и показал, что я достоин быть счастливым. Я обещаю оберегать наш мир, верить в тебя и делить с тобой каждую минуту этой жизни. Ты - мой выбор, мой самый правильный выбор. Их первый свадебный танец под мягкую, приглушенную мелодию заставил прослезиться даже строгую Нарциссу. Они двигались плавно, словно во всем мире не существовало никого, кроме них двоих, мягко покачиваясь в теплом свете гирлянд. После свадьбы они снова вернулись к своей привычной рутине в больнице. Драко работал на износ и быстро поднимался по карьерной лестнице, поскольку был действительно гениальным, чутким врачом. Его уважали и коллеги, и руководство. В тот злополучный день у Гарри был выходной. Ему срочно пришлось уехать, чтобы решить внезапные вопросы по поводу своей квартиры, которую они сдавали — жильцы в панике оборвали телефон, крича то ли о страшном потопе, то ли о другой коммунальной аварии. Гарри обещал уладить всё и вернуться в больницу к вечеру, чтобы забрать Драко со смены. Но вечер наступил, а Гарри всё не было. На звонки он не отвечал. Драко, крутясь в операционных, успокаивал себя мыслью, что там, должно быть, серьезные разборки с сантехниками или страховой. День выдался невероятно напряженным. Ближе к концу смены поступило сообщение: неподалеку, на шоссе, произошла страшная авария, везут двух пострадавших в критическом состоянии. Драко даже не подумал ни о чем плохом. Рабочий автоматизм взял верх. Он быстрым шагом направлялся в палату реанимации, зная, что там человек, которому требуется его немедленная помощь. На ходу в кармане завибрировал телефон. Драко ответил, прижимая трубку к уху. Из динамика раздался чужой, взволнованный голос дежурного из приемного покоя: — Доктор Малфой... то есть, уже Поттер... Примите наши... Ваш муж, Гарри Поттер, попал в тяжелое ДТП. Его только что доставили в нашу больницу, в реанимационный бокс номер три... Драко замер посреди коридора. Мозг наотрез отказывался складывать два плюс два. Этого не может быть. Это ошибка. Это чья-то злая шутка. Не помня себя от ужаса, он буквально полетел по коридору к палате, молясь всем богам, чтобы информация оказалась ложной. Чтобы в боксе лежал чужой человек. Он ворвался в палату. Но на кушетке, подключенный к аппаратам ИВЛ, весь в трубках и датчиках, лежал именно Гарри. Рядом стояли сотрудники полиции и бледные реаниматологи. Полицейский повернулся к нему, собираясь что-то сказать, но Драко опередил его. Каким-то совершенно чужим, срывающимся, безжизненным голосом он глухо произнес: — Это мой муж. Пожалуйста... выйдете все. Я... Не успел он закончить как упал в обморок. Разумеется, от прямого лечения Гарри его тут же отстранили — по медицинскому протоколу врачам строго запрещено оперировать и лечить членов своей семьи. В ту же секунду мир Драко рухнул и рассыпался на мелкие осколки. Следующие несколько дней превратились в непрекращающийся кошмар. Драко плакал так много, как никогда в жизни. Он не ел, не спал, часами сидел у постели Гарри, сжимая его бледную, холодную ладонь и умоляя его не сдаваться. На четвертые сутки коллеги буквально силой выставили Драко из больницы, дав ему принудительный выходной, потому что он уже физически не держался на ногах и падал в обмороки от истощения. Он забылся тяжелым, тревожным сном в их пустой квартире. Среди дня его выдернул из небытия резкий звонок мобильного. Драко сорвал трубку. — Драко, быстро в больницу! Гарри пришел в себя! Он очнулся! Драко не помнил, как натянул куртку, как поймал машину. Он бежал по больничным коридорам так быстро, как только позволяли легкие, распихивая локтями прохожих. Он влетел в палату, задыхаясь. Гарри действительно открыл глаза. Он выглядел ужасно худым, изможденным и слабым, но он смотрел на него. Драко сдавленно всхлипнул, бросился к кровати и крепко, но отчаянно бережно обнял мужа, рыдая прямо в его больничную сорочку, содрогаясь всем телом. Гарри слабо, едва ощутимо провел рукой по его волосам. Его голос был тихим, едва различимым шепотом: — Драко... Мой хороший... Не плачь, пожалуйста. Извини, что так вышло с квартирой... и со мной. — Замолчи, придурок, просто молчи, — сквозь слезы умолял Драко, целуя его сухие губы и лоб. — Главное, что ты очнулся. Всё будет хорошо, мы со всем справимся, слышишь? Ты поправишься. Гарри слабо улыбнулся, его дыхание было тяжелым: — Я так рад... что успел увидеть тебя. Драко... пить. Пожалуйста, принеси воды. В горле всё пересохло. — Да, да, конечно! Сейчас, я мигом, я позову врача и принесу воды, — суетливо закивал Драко, вытирая слезы. Он неохотно выпустил ладонь Гарри и быстрым шагом вышел из палаты, направляясь к кулеру в конце коридора. Его не было от силы пару минут. Набрав стакан воды, Драко повернул обратно. Внезапно коридор прорезал противный, непрерывный, пищащий звук кардиомонитора со стороны палаты Гарри. Мимо Драко, задевая его плечами, на бегу ворвалась бригада реаниматологов во главе с дежурным врачом. Стакан выпал из дрожащих рук Драко, вода разлилась по линолеуму. Он бросился следом. — Назад! Доктор Поттер, оставайтесь за дверью! — крикнул кто-то из коллег, преграждая ему путь. Сквозь щель в дверях Драко видел, как врачи сменяли друг друга, проводя непрямой массаж сердца, как заряжали дефибриллятор. — Разряд! Еще разряд! Линия на мониторе оставалась абсолютно прямой. Спустя десять минут безуспешной реанимации врач медленно опустил руки и посмотрел на часы. Он повернулся к замершему в дверях Драко и покачал головой. Время смерти было зафиксировано. Гарри умер. Он пришел в себя лишь для того, чтобы попрощаться. В больничном коридоре воцарилась оглушающая, мертва я тишина, разбиваемая лишь тихим, отчаянным воем человека, который потерял свою единственную любовь. Драко умер тогда вместе с ним.