Руки Смерти

Черный кот лежал на своей мягкой кровати. Столь ненавистное чувство. Этот комфорт. Эта забота. Нариндер знал, что это все лишь ложь. Все попытки этого чертового Пастуха привить ему хоть какое-то чувство уважения провалились. Все из-за его дурацкой улыбки. Дрожь прошла по телу Бога. Вернее сказать, бывшего Бога. Теперь Нариндер, запертый в теле смертного, мог лишь вспоминать со страхом тот холодный взгляд, с которым пара темных глаз взирала на его слабое тело.  Когда его тело впервые пало, кот ожидал пыток, ожидал боли. Но этого не было. Не было и прощения. Было лишь… что-то иное. Никогда еще ранее Нариндер не чувствовал себя так… жалко. Будто еда, которую разложили на столе перед гостем.  "Когда он уже прекратит? В какую игру играет этот Ягненок? Он не бьет меня, не сажает в тюрьму. Никто даже не заставляет меня работать. Я просто беру миску с едой и ем… В тишине. Никто из последователей не говорит со мной. Почему? Неужто им приказал Пастух?" Нариндер гадал в своей палатке, которая также находилась вдалеке от остальных. Эта неизвестность пугала его больше, чем любые пытки. Что с ним будет? Он уже привык к боли, но не к… этому.  Его уши услышали тихий звук. Кто-то вошел в его личные владения. Будь это прежний Нариндер, то он бы закричал и с гневом прогнал бы вторженца, но единственный, кто был достаточно своенравен, чтобы зайти к нему в палатку был— "Как делишки, Нари? Вижу, ты отдыхаешь, ага?" Веселый, сладкий голос прервал покой внутри его покоев. Ламберт подошел к кровати и заглянул прямо в глаза Нариндеру, нагнувшись к его лицу. На секунду кот был неподвижен, а затем вздохнул и с нескрываемым раздражением спросил: "Что тебе нужно, о Пастырь? Пришел поглумиться надо мной? Или ты наконец решил, что пора прикончить меня?" В ответ на слова Нариндера, Агнец громко рассмеялся и положил руку рядом с головой бывшего бога. Она находилась близко к его шее. Слишком близко. Это была угроза?  "Что ты делаешь? Агнец, ты ответишь мне наконец? Что значит весь этот цирк, который ты устроил в мо— в твоем культе?" Нариндер поправил себя и приподнялся, уставив свои три глаза с ненавистью на лицо Ламберта, которое святилось широкой улыбкой. Но тут кот заметил то, что заставило его руки сжаться на деревянной кровати.  Уголки губ Овечки дрогнули. Что-то хищное сменило привычную, невинную улыбку на его лице. Бездонные черные глаза, которые ранее пугали Нариндера своей неискренностью, засветились с чем-то чудовищно ужасным. Этот огонь сжигал любую уверенность Нариндера, его слова не могли слететь с губ его.  "Ну и ну… Разве ты не заслуживаешь небольших страданий? Никто не говорит с бедным Нариндером, никому нет дела до него. Ох, но знаешь, кто хочет говорить с тобой? Тот единственный, кто сверг тебя с трона" Ты. Это был ты. Ты причина моих страданий. Причина моего ничтожного состояния тела и души. Я ненавижу тебя. Но почему? Почему же я не огрызаюсь? Почему не могу сказать и слова? Что— "Никто из них не важен. Никто. Абсолютно ни один из этих смертных. Только я. Разве не так? Нари~ Ты знаешь, что я люблю в тебе больше всего?" Молчание. Нариндер смотрел на Агнца с широко раскрытыми глазами. Его зрачки метались в поисках выхода. Только бы не посмотреть на его лицо. Только бы не увидеть эту улыбку. Только бы не— О нет. О нет-нет-нет. Почему? Что происходит? Агнец…?  Губы прижались к полураскрытому рту Нариндера и заглушили любое протесты, которые могли бы выйти из его рта. Нариндер вскинул руки, но те были схвачены руками Ламберта и прижаты к спинке кровати. Он не мог пошевелиться. Не мог дышать. Это не было поцелуем. Его съедали. Капля за каплей, что-то исчезало из его души.  Он закрыл глаза. Не потому, что ему нравилось это чувство. Вовсе нет. Но Нариндер не хотел видеть этого лица. Не хотел думать об этом чувстве. Но он чувствовал. Он не мог перестать чувствовать его губы.  Наконец, Пастырь позволил тому сделать вдох, а сам разразился хохотом, смотря на Нариндера.  "Ох, что такое? Неужто великий Бог боится поцелуя?" Их лицо двинулось выше и достигло ушей кота, которые стояли вверх от напряжения. Дыхание с его губ достигло шерсти Нариндера, заставив его дернуться.  "Или ты просто настолько жалок? Ты боишься, ведь знаешь, что ничего не можешь сделать. Даже смерть не спасет тебя. Я верну тебя к себе. Снова и снова" Их руки двинулись ближе и обвились вокруг шеи бывшего бога, заставив того открыть рот. Но он не мог вдохнуть ни грамма воздуха. В последней попытке его руки пытались отпихнуть Агнца, но они были слишком слабы. Он был слишком слаб. Ничтожен. Слишком… смертен.  Время казалось бесконечным. Но он почувствовал, как его зрение затуманивается. Воздух не поступал к мозгу. Он не мог думать, не мог видеть. Тьма. Тьма окружала его. Тьма съедала его. Тьма. Тьма и последнее слово. "Сладкий снов, Нари" —————- Рывок. Нариндер резко открыл глаза. Вокруг него не было никого. Палатка качалась под слабым ветром снаружи, а тишина внутри оставалась все той же, что и раньше. Хотя для Нариндера это было вовсе не так. Он все еще чувствовал руки вокруг своей шеи. Все еще чувствовал слабость, которая окутывала его тело. Его руки все еще тряслись. Он умер?  Его рука легла на свою шею. Пульс все еще был. Он жив. Живой. Значит, Агнец не убил его. Но зачем тогда это было? Нариндер не помнил почти ничего, что говорил ему этот сумасшедший Пастырь. Он начал тереть свои виски в попытках сосредоточиться.  "Угх… Это же был не сон? Хотя лучше бы этого не происходило. Этот псих… Что с ним не так?" Пока Нариндер задавал своему еще не очухавшемуся разуму вопросы, его взгляд метнулся вокруг себя. Никого. Можно было вздохнуть спокойно. Но в душе кота нарастала паранойя. Что если этот Агнец играется с ним? Если он прячется? Что если— Нариндер встал с кровати и наклонился вниз. Из-под неё он достал короткий кинжал. Небольшая волна спокойствия расслабила нервы бывшего Бога. Все будет хорошо. Если он придет, то у Нариндера есть средство защиты. Он просто воткнет этот клинок ему в грудь. Да… да… Нариндер закрыл глаза. Он сделал несколько глубоких вдохов. Один, два… "Проснулся?" Глаза раскрылись вновь. Нет. Никого? Этот голос… Не может быть, да? Его здесь нет. Здесь никого нет. Нариндер издал смешок и покрепче схватился за своё оружие. Его голова хаотично оглядывалась в разные стороны.  "Пастырь? Ты здесь? Думаешь, я какая-то мышь, за которой ты можешь охотиться?" Но с тела Нариндера вновь начал капать холодный пот. Он забился ближе к стенке кровати и уперся спиной. Затем он опустил клинок и закрыл лицо руками. Несколько мгновений не издавал ни звука.  "Хватит… Почему? Зачем ты мучаешь меня, Агнец? Чем я заслужил это? Ты предал меня! Ты забрал мою Корону! Мой культ! Мою божественность!" Тишина. Ответа не последовало. Внутри палатки было все также пусто. Нариндер медленно опустился на мягкую поверхность своего одеяла и открыл глаза. В них больше не было борьбы. Его тело раскинуло руки в усталости.  "Делай, что хочешь. Можешь убить меня. Можешь целовать… Что угодно! Мне наплевать! Моя жизнь имела хоть какой-то смысл, пока я был заточен. Я хотел мести, хотел власти. Что теперь? Я должен просто жить в страхе?" Из его горла излился усталый, хриплый смех. Его лицо исказилось в отчаянной улыбке. Он начал биться задней частью головы о свою кровать. Вспышки боли от ударов заглушали его внутреннюю боль. Его вопросы, его слабость.  Подол палатки откинулся. Через просвет показалась фигура. Белый пес в знакомой робе последователя. Он окинул взглядом комнату, а затем с легкой неуверенностью поднял руку в сторону Нариндера. "Кхм… Здравствуйте. Вы… Мне сказано, проверить как вы себя чувствуете. Пастырь сообщил, что вы… Вы можете иметь некие припадки… Всё хорошо?" Нариндер опустил взгляд своих красных глаз на пса. Он посмотрел на зашедшего в палатку с холодной усталостью. Что это? Еще одна игрушка этого Агнца? Чего он хочет на этот раз? Кот не смог сдержать смеха, который прохрипел из его горла. Он схватился за свою голову и оперся на руку. Пес в спешке подошел ближе и протянул ему небольшую кружку, сделанную из дерева. Внутри плескалась вода.  Отражение. Жалкое, грязное черное пятно смотрело прямо на Нариндера. Страх и паника отражались на лице этого существа. Что за ничтожный вид. Даже в самые сложные моменты своей жизни Бог Смерти никогда не выглядел… так.  Его трясущиеся руки приняли стакан и поднесли к бледным губам. В пару глотков Нариндер осушил емкость. Это не сделало его состояние резко лучше, но его тело стало чуть более живым. Нариндеру не понравилось это чувство. Чем живее он, тем сильнее Ламберт. Тем страшнее Агнец. Тем больнее действия Пастыря.  "Позвольте уйти? Я должен рассказать Лидеру о вашем состоянии. Если хотите, то он пришел медика и—" "Не нужно! Не смей… Кхм… Не говори ничего Пастырю. Скажи, что я все еще сплю. Это всё…" Нариндер вздохнул. Он поставил пустую кружку рядом с собой и уткнулся в подушку своей мордочкой. Прижав её к себе, он спрятал глаза, погрузив их в тьму. Спокойная, тихая. Нет… Это слишком напоминало те цепи. Слишком напоминало то одиночество. Но что ему оставалось? Либо одиночество, либо встреча с… "Постой. Ты… Скажи, что… Я приду на церемонию сегодня. Мне нужно… понаблюдать…" Что ты делаешь? Зачем? Но у него нет ответов. Кот не может сидеть в этой клетке все время, трясясь от страха. Нужно узнать, что задумал этот Пастырь. Его страхи, его слабости. Что-то… кроме его силы.