Сломленная личность

      Сперва Одри не замечала кому дала шанс: Находкинс казался ей красивым, умным и добрым парнем с джентльменскими повадками и хорошим воспитанием. У него была обворожительная улыбка, большие голубые глаза, а главное — огромный рост, заставлявший Одри чувствовать себя защищённой. Ещё одной причиной, по которой она любила высоких мужчин, был её собственный крупный рост: отношения с низким мужчиной и высокой женщиной она считала неловкими.       Но стоило Находкинсу разбогатеть, так в почве бязмятежности проклюнулся росточек жадности и самолюбия.       Когда люди обратили внимание на его изобретение, они мигом ринулись его покупать. Они расталкивали друг друга на площадях в желании первыми дотянуться до «священного объекта», как выражались некоторые священники и христианские активисты, обвиняя фанатов Находкинса в идолопоклонничестве и культуре потребления. Они в шутку называли его изобретение «священным объектом», потому что оно заменило людям символ креста, потому что Находкинс заменил людям Бога. Критиковали они и вред экологии, который Находкинс наносил для создания своей всемнужки.       И тем не менее всемнужки отличались колоссальной популярностью, ведь с ними можно делать всё что угодно. Ими мог пользоваться качок во время своих тренировок, некоторые носили их как шляпу и шарф, а некоторые украшали ими свой интерьер.       Для создания всемнужек Находкинс вырубал трюфельные пальмы: это заставляло животных и его некогда бывшего друга Лоракса страдать. Но больнее всего пришлось Одри, ведь она встречалась с этим непутёвым предпринимателем.       После бизнеса Находкинс основал маленькое город-государство под названием «Всемнужвилль», добился его независимости от США с помощью бунтов своих поклонников и стал мэром-диктатором, правящим железным кулаком. Одри надоело это терпеть и потому она решила покинуть своего возлюбленного.       Она подошла к стене города и, нажав на кнопку, вышла через секретный проход.       Находкинс в это время разговаривал со своим секретарем, но тут в его кабинет вбежал другой работник и сообщил вот что:       — Сэр, ваша девушка Одри покинула Всемнужвилль.       Находкинс взорвался, как жерло вулкана.       — Что?!       — Одри покинула Всемнужвилль, — повторил работник, после чего нервно начал теребить свой рукав.       — Никто не должен покидать этот город! Особенно Одри! Найти её срочно и привести ко мне!       У Находкинса на лбу возникли испарины, от чего бизнесмен вытер его рукой. Он откинулся на спинку кресла, дал понять своим секретарю и работнику что ему сейчас не до них, после чего расстегнул свой пиджак и галстук, а ещё провёл рукой по волосам.       Полиция Всемнужвилля догнала Одри, остановила её.       — Отпустите меня!!! — заверещала она и попыталась вырваться.       — Заткнись, а не то будет больно! — воскликнул один из полицейских.       Одри чувствовала напряжение, досаду и обиду на своего бывшего партнёра. Сердце стучало, как некоторые сумасшедшие бьются об стенку головой.       Когда она возвращалась назад, то чувствовала смог и сильно кашляла.       Вскоре Одри доставили Находкинсу.       — Ну и зачем же ты убежала от меня, милая? — Находкинс пытался сдерживать гнев несмотря на то, что глаза метали молнии, а его душа двигалась так, словно находилась на американских горках.       Одри сжала кулаки.       — Я устала жить в этой грязи! Ты нанёс такой ущерб природе, что теперь смог повсюду!       Находкинс хотел было взорваться снова, но успокоился и подошёл к любимой женщине. Всё-таки в гневе она была очень симпатичной. Да и не в гневе тоже. Он в который раз стал любоваться Одри: этими длинными рыжими волосами, этими большими зелёными глазами, этим тонким аккуратным носом... Загляденье.       — Одри, — промурлыкал он. — Ну я же знаю, что ты меня любишь и никогда не сможешь покинуть меня. Ведь так?       Одри покачала головой.       — Не так!       — Да ладно? А если я сделаю так?       Находкинс положил руку ей на плечо: этот жест всегда успокаивал юную защитницу экологии и не оставлял места для споров и неудачных аргументов. Затем он нежно взял Одри за подбородок и... поцеловал её. Это заставило Одри превратиться в нежную сахарную вату; хотя неохотно, но она всё же поддалась диктатору.       Когда Находкинс отстранился, он ухмыльнулся.       — Значит ты не уйдешь от меня? Ты меня слишком любишь для этого, да?       Одри вздохнула, вдохнула аромат духов Находкинса, и мрачно произнесла:       — Ты меня сломал.       После этого она прильнула к груди любимого человека. Она знала что больше никогда не сможет уйти от него.