Просто сон. Просто кошмар.

Это странно. Странно веселиться утром с лучшим другом в школе, а вечером стоять на кухне в слезах и нарезать овощи. Больше не сама ситуация вызывает недопонимание, а мысли, которые поглащают тебя с ног до головы. Только утром Секби обсуждал с Клешом то, какого второму будет без его высокого друга, когда он уедет в другой город из за учёбы. Клеш так печалился из за данного факта. А сейчас Секби стоял на кухне. С ножом. И, как говорится во всех тик токах: желание всадить себе нож в живот всегда увеличивается, когда он в твоих руках. В голове сразу проносятся его братья - Джаст и Альфедов. Лишь мысль о том, что он заставит их плакать, бросит.. Заставляет выбросить затею в мусорку, а овощи в глубокую тарелку для салата. Лучше заняться готовкой и лечь спать, чем продолжать думать о всякой брехне. Постель расправлена, и ящеролюбитель падает на неё лицом в подушку. Все же, что так довело его? Из за чего в груди вновь все сжалось, заныло, а перспектива сигануть с моста полюбилась? Тяжело объяснить. В начале ты веселишься с лучшим другом, а потом, когда остаёшься наедине, думаешь о том, что у него есть явно кто-то дороже. Будто второе место - это пожизненная позиция, а фраза "Я люблю тебя" - обыкновенная лесть, в которую никогда не поверишь. Ты лишь дополнение к чему то, а придут к тебе, когда вариантов больше не будет. Или что бы поплакаться. И из за этого прорастает зависть. Душит, когда Клеш вновь говорит о том, как провел время с Клайдом или Балбесом. И вроде стыдно за собственные чувства, а сделать ничего не можешь. Мысли давили, заставляли сжаться в подушку, вцепиться руками в волосы и просто ненавидеть себя, свое существование и чувства, которые так неправильно заполняли душу Секби. После этого придёт сон. Тревожный сон, который хотя бы слегка поможет забыть о проблемах реального мира. И он пришёл. Секби уснул незаметно. И вздохнуть не успел, как тело стало тяжёлым, глаза слиплись, а мозг уже начал вырисовывать картинки. Может, в начале они были искаженными, не пропорциональными, но потом начал вырисовываться сюжет: Тёмный переулок, и лишь луна и тёплый свет фонаря освещали его. Где то сбоку зелёный контейнер для мусора, а впереди тупик. — Секби! - Крикнул уже знакомый голос. Это Клеш. Он бежал прямо на Секби, прячась за его спину. Цеплялся за хаори высокого так, будто упадёт, если отпустит. Весь дрожал, а на глазах слезы. Столь непривычные. Потом послышались поспешные шаги, видимо, преследователя. Хозяину сна стоило лишь взгляд поднять, дабы увидеть парня в темном капюшоне. Он скрывал лицо, а в его руках нож. Первое, что пришло в голову - спрятать Клеша за своей спиной. Сделать все возможное, лишь бы защитить друга. Было не страшно, Секби совсем ничего не чувствовал. Все, чего он желал больше всего - это спасти лучшего друга. А свою безопасность он, пожалуй, отложит на второй план. А потом нападавший побежал. Как неиронично, но нож быстро пронзил живот Секби. Первые секунды - ничего. Ни боли, ни страха. На вторые - Секби соизволил поднять взгляд на своего палача: Перед ним был парнишка с белоснежными волосами, которые оказались кудрявыми лишь слегка. Янтарные глаза, что так самоуверенно смотрели в голубые напротив. А эта ухмылка на лице беловолосого.. Будто он так и планировал. Вновь все поплыло, парнишка убежал. Куда? Да какая разница. Главное, что Клеш Рейк цел и здоров. Даже если это сон. Секби упал на стену спиной, скатываясь к земле. Боль до сих пор не пронзила его: — Адреналин, - пронеслось в голове. А вот и Клеш подбежал, но уже с бинтами. Не нужно искать логику во снах. Рейк суматожно пытался завязать рану Секби, остановить кровь, что окрасила уже руки и одежду в ярко-алый цвет. И вот только сейчас боль дошла до тела. Секби ничего не ощущал, кажется, но ему определённо было больно. И страшно. Как же ему стало страшно. Как же страшно умирать. А потом он открывает глаза и его встречает тьма комнаты. Тяжёлые вдохи и выдохи, в груди все сжалось, а желание забыть сон появлялось с каждым мгновением. Он вскакивает с кровати, хватается за свой живот и сжимает место, где когда то была рана. Уже не больно. Легко, но тяжело душевно. Все тело дрожит, грудь будто разрывают на части. — Не, суицид с помощью ножа-херня затея, - а потом Секби тянется к кружки с водой. До сих пор не отошел, зато смерть от ножевого ранения теперь вызывает страх и ужас. И от этого, будто бы, больше не отойти.