Они достойны счастья

И снова ночь пролетает также, как и день. Словно проходят не часы, а минуты. Но сейчас… В раздумьях ночь растягивалась длинной нитью, которая вот-вот порвётся. Джотаро не спал. Как он вообще уснёт, когда пару часов назад сотворил такое? Может, Нориаки тоже не спит. Но они не переговариваются, ведь каждый думает, что другой спит. Куджо лежал и смотрел на потолок, а в голове всплывали вопросы, на которые он не хотел отвечать и рассуждать. А вопросы лезли… Как тараканы из-под обоев… Главный вопрос был: «А не измена ли это? Не предал ли он той клятвы, которую давал столько лет назад?» И за этими вопросами всплыла одна из главных причин приезда в Морио — Джоске, вернее его отец. А не похож ли Джотаро на деда? Он же тоже уехал от своей жены и, ничего ей не сказав, заделал ребёнка. А Джотаро признался, что Нориаки ему не просто близкий друг. Разве это не одно и то же? Разве это не предательство человека, которому ты давал клятву верности и быть с ним в горе и радости? Да, они не любили друг друга с самого начала. Да, они разводятся, но это не знак того, что идти и… (даже противно это слово говорить) изменять. Разве Люси достойна этого? Разве Нориаки достоин такого человека, как Джотаро? Руки произвольно сжались до хруста, хотелось перестать об этом думать, но не получалось. В горле стало першить знакомое чувство, которое значило, что лучше пойти и выкурить сигарету. Но рядом с головой лежал блистер таблеток. Сотни раз Джотаро выбирал между сном и мыслями. Недолго думая, таблетка уже оказалась во рту, а руки расслабились. Правда, вспоминая это всё, Джотаро одновременно и проклинал свою решительность, и благословлял. На губах до сих пор сохранился тёплый вкус чужой кожи, чужое дыхание. Такое родное и такое… любимое. Да, именно любимое. Хотя бы в своей шальной голове Джотаро признаётся, что искренне влюблён в Нориаки. И эта влюблённость с ним не с недавних пор — она длится ровно столько, сколько они знакомы. Он мог бы рассуждать об этом всю ночь, но сон поглотил его. На следующий день пришлось прикинуться, что ничего не было. Им всё ещё приходится носить маски и держаться за созданные образы, хоть стена между ними уже начала рушиться — та, которую они строили долгие годы. Поцелуй на самом деле ничего не значит. Он не означает, что всё станет по-другому, не так просто получится изменить стабильную машину жизни. Но благодаря этому поцелую они понемногу станут модернизировать механизмы. Убирать какие-то детали, добавлять новые, оставлять старые, потому что и так работают. И, может, у них всё наладится. А дальше сюжет завертелся как дьявольский волчок. Как минимум чего стоит Акира, человек со стендом Red Hot Chili Peppers. Он доставил большое количество проблем. Из-за него часть города обрела стенды, даже животные. От этих стандюзеров страдали все: и Джоске с Окуясу, и Рохан, и Джотаро с Нориаки. Последние невольно вспомнили времена одиннадцатилетней давности, когда на них каждый день кто-то да нападал. Даже ради обнаружения Акиры приехал Джозеф. На самом деле причина была и другая… Нориаки и Джотаро стояли на пирсе, когда старик выходил с корабля. Слепой слышал слабые шаги, непривычно слабый голос Джозефа (в его памяти он всё ещё остался оглушительно звонким), потом шаги Джоске. Чувствовалась всем телом их неловкость друг перед другом. Пока Нориаки это только чувствовал, Джотаро видел. У него всё ещё смешанные чувства к деду: сначала была буря, но потом стало просто штормить — и ураган вот-вот придёт. Какёин слышал и дыхание Джотаро. Ровное, но эта ровность только прикрытие. Поэтому он чуть коснулся чужого плеча. Это было всего на долю секунды, но достаточно, чтобы Джотаро оживился, как подсохший цветок после полива. — Всё нормально? — привычно спросил он. — Должен я у тебя это спросить, — вскоре ответил Нориаки. После всего этого Рохан и Коичи нашли девочку-призрака и её пса. Все стали пытаться найти убийцу. Кто ж знал, что его найти будет не проблема, но проблема будет — не потерять. Этот Кира Йошикагэ доставил действительно множество хлопот. Человек, который всю жизнь строил из себя нормального человека с необычными предпочтениями, так привык одевать маски и скрываться, что в итоге буквально прикинулся другим человеком, лишь бы его не поймали. Такому удивляться не стоит — ведь даже микробы не хотят умирать. И его бомба дальнего действия доставила не меньших хлопот. На этот раз искать убийцу пошли Джотаро и Нориаки вместе, с ними Коичи. Какёин помнил прошлые разы, когда оставлял Куджо одного. Те разы были, мягко говоря, травматичны для последнего: то крыса серьёзно ранила, то Рохан узнал всю подноготную. Именно поэтому он и отправился с ним на задание. Кто ж знал, что по воле судьбы они в первом попавшемся ателье найдут тот самый костюм, от которого пуговица. Но потом… взрыв! Бедный мастер сильно ранен, а за троицей пристально наблюдает бомба. Взрыв мог зацепить всех, но Джотаро закрыл Коичи и Нориаки. Иерофант по молчаливому приказу хозяина подполз к части Killer Queen. Обвившись вокруг неё, он пытался остановить бомбу. Как бы станд ни старался, бомба на гусеницах медленно ползла к ним. — Какёин! — вскрикнул Джотаро. — Убери станд! — и сильно сжал плечо друга. Нориаки не стал противиться и убрал. Сразу же за Иерофантом вырвался Стар Платинум, остановив время. Множество ударов, возобновление времени, но бомбе было всё равно. Даже от ударов мощного стенда ей хоть бы хны. Из-за прикосновения Джотаро Нориаки почувствовал, как он переживает. Как дыхание быстрее обычного, как резки движения, но лица он не видит — оно явно хмурое, как всегда. — Коичи! — Нориаки стендом коснулся мальчонки, чуть толкая его. — Беги! Живее! Сам Коичи стоял на месте как вкопанный. Он наблюдал за мужчинами. Смотрел, как те пытаются остановить бомбу… и пробрал страх, пот полился градом. Голос Нориаки был эхом, но он привёл в чувство! — А.. — он хотел бы сказать что-то, но бомба повернулась в сторону Хиросе. Мальчик не успел ничего предпринять, как Иерофант буквально вышвырнул его из разрушенного ателье. Джотаро на миг обернулся, когда Коичи вышвырнули. Дыхание переменилось — теперь они вдвоём, и одному опасность почти не угрожает. Но он всё равно держал рядом с собой Нориаки. Также был мозговой штурм — нужно было срочно понять слабости стенда или механизм действия. — Он ориентируется по теплу тела, — заявил Джотаро, глядя на Нориаки. Какёин снова пытался остановить станд, но на слова друга лишь кивнул: — Принял. Бомба подъехала слишком близко и готова была взорваться. Джотаро увидел это и оттолкнул Нориаки от взрыва. Какёин услышал взрыв, почувствовал боль от сильного броска. — Джотаро! — сразу же воскликнул он. Ответ не последовал. Он сглотнул. Сейчас он мог бы броситься спасать Джотаро, но нужно действовать по-другому. Нориаки вышел из здания. Он прислушивался… — Коичи! — хотел услышать мальчонку, чтобы понять, что с ним всё будет хорошо. — Какёин-сан! — воскликнул в ответ Коичи. — Я кажется знаю, куда он ушёл. — И побежал вперёд. Нориаки только слышал его бег и по этим звукам направился. Через время Хиросе остановился. — Ты, Кира Йошикагэ! — явно было обращено к кому-то, но Какёин не видел. Он не мог полностью почувствовать состояние Коичи и человека, к которому обращены слова. Иерофант только медленно пополз к ним, как тело начала пронизывать жгучая боль, похожая на множество одновременно полученных ожогов. Какёин мог бы сделать что-либо, но он не видел, пытался понять врага, но кажется, здесь его поймали. Послышался взрыв, и Нориаки потерял сознание. Очнулся он уже через неделю после инцидента в больнице. Рядом с ним сидел Джотаро и держал за руку. У него… дежавю. Он снова ранен, лежит в больнице, Джотаро переживает. На удивление, Куджо не так сильно пострадал, как Какёин. Может, благодаря ему Нориаки смог проснуться. — Джотаро..? — он знал ответ. Эта кожа ему до боли знакома. — Да, это я. — Куджо сильнее сжал обмякшую руку. Нориаки некоторое время не отвечал, но потом негромко посмеялся: — Хехех… — когда Джотаро услышал смех, то с удивлением глянул на бледное лицо рядом. Он ожидал любую реакцию, но только не смех. — Извини, Джоджо.. Я просто вспомнил, как ты так же сидел перед моей постелью лет двенадцать назад. Помнишь? Джотаро слушал слабый голос Нориаки и снова сжал его руку — видимо, вспомнил это. — Помню, — кратко ответил он. Между ними словно прошёлся The World, и время остановилось. Нориаки лежал, слушал дыхание и чувствовал тепло руки. Это успокаивало. Словно ничего не было, словно так и должно быть. Но, к сожалению, время идёт стремительно. Нориаки быстро выписали, а Кира взял новую личину — найти его стало почти нереально. Было много событий, которые произошли с Джоске, Окуясу, Коичи, Роханом. Какёин с Куджо вели расследование, обсуждая детали с остальными. Было сложно найти человека, про которого ничего не известно, кроме примерного возраста. Казалось, расследование зашло в тупик, но тут события полетели круче, чем с американских горок. Бедный Хаято пытался найти доказательства, что его отец — другой человек. Временная петля (о которой знали только двое — Кира и Хаято), потом бой Джоске и раскрывшегося Йошикагэ. Джотаро и Нориаки только хотели помочь устранить убийцу, мучившего город, но судьба решила справиться с ним за них. Кто ж знал, что Киру Йошикагэ , человека, который мог столько лет прикидываться обычным офисным работником, потом отличным семьянином, а также мастерски выпутываться из сложнейших жизненных ситуаций, убьют… колёса скорой помощи и невнимательность водителя. Это настолько неожиданный финал для такого человека, что все были взбудоражены. Был слышен характерный хруст ломающегося черепа, потом крики первых очевидцев. Джотаро и остальные отчётливо видели, как многотонная машина насмерть переехала убийцу почти пятидесяти человек. Но Нориаки слышал это. Слышал хруст, слышал возгласы. Почувствовал, как дыхание Джотаро застыло на миг. Было очевидно, что случилось. В первую очередь уехал Джозеф с невидимой малышкой. Потом уже Джотаро и Нориаки. Как и в прошлый раз, они сели на поезд. Их провожали все друзья Джоске, поэтому на платформе была толпа из разношёрстных людей. Из них выделялся Рохан, который делал вид, что не причастен к этой тусовке и вообще сам не знает, зачем пришёл. Между Джотаро и Роханом всё ещё было некое напряжение и неловкость. Может, поэтому Кишибе сумбурно попрощался и первый ушёл, даже когда поезд ещё не тронулся. — Ну это.. — Джоске опустил голову и скрестил руки. — …Из-за вас, конечно, проблем было куча, но… было весело. — После он поднял голову: — Может, приедете когда-нибудь? — Не обещаем, — усмехнулся Нориаки, чуть стукнув подростка по плечу. — Но может, приедем. — Слепой не видел неловкой улыбки Джоске, которую тот пытался скрыть. Окуясу же воскликнул: — Пакеда! — и крутился всячески вокруг. Они могли бы прощаться ещё долго, но сообщение о посадке никого не оставило равнодушным. Всё-таки уезжающим пришлось сесть на поезд. Джотаро был у окна, а рядом уселся Нориаки. Людей было не много — лишь изредка проходили пассажиры с чемоданами. Когда поезд уже тронулся, Джотаро видел, как оставшиеся школьники махали им. На миг он улыбнулся и на глаза задрал кепку. Было неловко принимать то, что он привязался к этим детям за месяцы, проведённые здесь. Ехал по работе и семейным делам, а в итоге это переросло в нечто другое. Нориаки, едва касаясь, положил руку на ладонь Куджо и сел ближе обычного. Раньше это обоих могло покоробить, но сейчас… от этого было легче. Легче от того, что они в этом городе сделали то, что не могли дома уже много лет: приняли свои чувства. Приняли, что они не просто друзья. Приняли, что готовы на многое ради благополучия друг друга. Морио — странный город. В нём множество странных людей. Он не похож на другие города. В нём необычно всё: от неба до мировоззрения жителей. И этим влюбляет в себя. Здесь Джотаро и Нориаки нашли в себе силы двигаться дальше уже вместе ,не на расстоянии, а рядом. Многие проблемы в Токио ещё не решены, но будут решаться. И если оба захотят, может, у них будет счастливое будущее.