Глава 59: Шанс
9 июля 2026 г., 12:58
— Не пойду.
— Пойдёшь.
— Ник, я не пойду. Она меня пригласила, а я не умею... ну, ты знаешь. Я начинаю запинаться, краснеть, забываю слова. Это катастрофа.
Соник вздохнул и отложил гитару. Они сидели в гараже — он, Тейлз и Эми. Наклз стоял у стены и молча слушал. Салли, как всегда, заваривала чай и делала вид, что не подслушивает.
— Тео, — мягко начала Эми, — Крим пригласила тебя не на свидание. Она пригласила тебя в гости. К себе домой. С мамой. Это совсем другое.
— Какая разница?
— Огромная. Свидание — это когда двое и свечи. А гости — это когда чай, печенье и мама. Ты же любишь чай.
— Я люблю чай...
— Вот видишь.
— Но там будет она. И её мама. И она будет на меня смотреть. А я буду краснеть.
— Ты всегда краснеешь, — заметил Соник. — Это уже традиция. Если ты перестанешь краснеть, мы решим, что тебя подменили.
— Спасибо за поддержку.
— Всегда пожалуйста.
Наклз отлип от стены и подошёл ближе.
— Тео. Ты боишься не Крим. Ты боишься, что повторится то же, что с Фионой.
Тейлз замолчал. Он не ожидал, что Наклз скажет это прямо. Но да — он боялся именно этого. Что снова поверит, откроется, а его используют.
— Крим не Фиона, — тихо сказала Эми. — Ты это знаешь. Ты видел её. Она не играет.
— Я знаю. Но...
— К тому же, — вдруг оживился Соник, — у них там, говорят, мятные конфеты есть.
Тейлз подозрительно прищурился:
— Откуда ты знаешь?
— От верблюда. Эми сказала.
— Я не говорила «от верблюда», — возмутилась Эми. — Но про конфеты — правда. Крим упоминала, что у них дома всегда есть мятные. Ты же их любишь.
Тейлз открыл рот, чтобы возразить, но Салли, не оборачиваясь от чайника, добавила:
— Ванилла говорила, что держит их для гостей. Так что они там точно есть.
Повисла пауза. Тейлз смотрел на свои руки, потом на друзей, потом снова на руки. Мятные конфеты. Он действительно их любил. И то, что Крим помнила об этом — или просто так совпало, — почему-то казалось важным.
— Ладно, — вздохнул он. — Я пойду. Но если я опозорюсь, я вам этого не забуду.
— Не опозоришься, — уверенно сказал Соник. — А если что — всегда можешь залезть под стол. Проверено.
— Кем?!
— Мной. В «У Эрла». Дважды.
Крим ждала его у калитки — в светлом платье и с маленькой заколкой в волосах. Завидев Тейлза, она просияла и сделала несколько шагов навстречу:
— Мистер Тейлз! Я так рада, что вы пришли! Пойдёмте, мама как раз заварила чай.
— З-здрасте. Я... пришёл. Да.
Он шагнул за ней в прихожую, и почти сразу из гостиной донёсся гулкий, знакомый голос:
— Миссис Флорес, этот цветок — редчайший сорт! Я специально заказал его из питомника! Он называется... ну, неважно. Он прекрасен. Как и вы. То есть это просто цветок. Обычный. Но красивый.
Крим замерла, прислушалась и прошептала:
— Ой... Это, кажется, мистер Вектор. Я и не знала, что он сегодня зайдёт.
Она осторожно заглянула в гостиную, и Тейлз последовал за ней.
Там, у окна, стоял Вектор — огромный, в своём неизменном длинном пальто. В одной руке он держал чашку чая, а на столе рядом с Ваниллой уже стояла маленькая ваза со свежим букетом. Ванилла сидела в кресле, мягко улыбаясь, и явно только что приняла подарок.
— Спасибо, Виктор. Вы очень добры.
— Это не доброта! Это... — он осёкся, заметив Тейлза и Крим в дверях. — О! Мисс Крим! И... мистер Тейлз, верно? Я вас помню — вы были у нас на джазовом вечере, с вашей группой.
— Да, — кивнул Тейлз, всё ещё переваривая сцену с букетом. — Приятно познакомиться. Ближе.
— Взаимно! — Вектор, кажется, хотел пожал руку, но в одной руке у него была чашка, а другую он не знал куда деть, и в итоге он просто чуть поклонился.
Крим, заметив эту сцену, тихо прыснула и приложила палец к губам.
Пауза затянулась ровно на секунду. А потом Тейлз, сам не зная почему, вдруг сказал:
— Хороший цветок. Я тоже когда-то... дарил. Своими руками делал.
Вектор моргнул. Ванилла перевела тёплый взгляд с него на Тейлза. Крим тихо улыбнулась. И что-то в этой сцене — в том, как огромный детектив мялся с букетом, а Тейлз стоял и не краснел — было таким правильным, что никто не стал ничего добавлять.
— Чай, — произнесла Ванилла, поднимаясь. — Сейчас будет свежий.
И вечер потёк — спокойно, тепло, без неловкостей. Вектор, осмелев, рассказывал о своих детективных подвигах. Крим показывала Тейлзу свои зарисовки. Ванилла подливала чай и улыбалась. А на столе, в маленькой фарфоровой вазочке, стояли те самые мятные конфеты. Тейлз заметил их не сразу. А когда заметил — взял одну. И она оказалась такой же вкусной, как он помнил.
Он поймал взгляд Крим, которая смотрела на него поверх своего блокнота, и вдруг понял, что не краснеет. Совсем.
— Хорошие конфеты, — сказал он тихо.
— Мама всегда их покупает, — ответила она. — Я рада, что вам понравилось, мистер Тейлз.
— Тео, — вдруг сказал он. — Можно... можно просто Тео.
Крим замерла на секунду, а потом её лицо озарилось той самой светлой, удивительно тёплой улыбкой.
— Тео, — повторила она, пробуя имя. — Мне очень приятно. Правда.
Вектор, всё ещё держащий чашку, перевёл взгляд с одного на другого и одобрительно хмыкнул.
— Тео, значит. Хорошее имя. Короткое. Техничное.
Тейлз чуть заметно улыбнулся.
— В темпе «технично», — пробормотал он.
— Что? — переспросил Вектор.
— Ничего. Это наше. Групповое.
И вечер продолжился — так же спокойно, так же тепло, но теперь в нём появилось что-то новое. Что-то очень хрупкое и очень важное.
