Какой-то бред

      Дима стоял как вкопанный ещё несколько секунд, глядя на Маркуса со смесью удивления и обескураженности. Вдруг он заметно нахмурился, даже поморщился, опустил голову, практически упершись подбородком в грудь.       — Что ты здесь делаешь!? — выпалил он недовольно, язвительно.       Тем временем Соня кое-как оттащила Лизу от туши вырубленного мужчины. Она подробнее оглядела тело подруги на предмет ран, ведь та была без сознания. Но помимо нового пореза Соня обнаружила только ушиб на лбу, слегка прикрытый волосами. С одной стороны, это вызвало у нее облегчение — подруга не так уж сильно и ранена, всё обойдётся. Но с другой стороны, раз Лиза ещё не очнулась, вероятно, удар был очень сильным и мог значительно травмировать девушку. Тогда Соня стала думать, как привести подругу в сознание, беспомощно сидя на полу и держа её на своих руках. Она подняла взгляд на Диму в надежде, что он что-то предпримет или хотя бы придумает, но, кажется, всё его внимание было сосредоточено только на Маркусе.       — А не видно? Зашел на огонёк! — так же язвительно ответил Диме парень. Последний хотел было что-то сказать в ответ и уже открыл рот, как вдруг раздался весьма громкий грохот: Марк попросту отпустил из рук металлическое ведро, а то сразу же упало на пол. Дима выглядел так, словно удивлялся каждому новому действию от парня. Маркус же, отпустив ношу в виде своего импровизированного оружия, быстрым шагом направился к «своему» окровавленному дивану и мигом рухнул на него. Он развалился на сиденье как можно удобнее, расставив руки да ноги в стороны, а голову положил на спинку. Всё его тело было заметно бледнее, чем когда девочки видели его в последний раз, когда он ещё был без сознания. Марк сильно ослаб, он потерял немало крови, а рана на плече все ещё не была должным образом перевязана. Он медленно прикрыл глаза и сделал глубокий вдох.       — Я очень устал… Дай мне минутку, — полушепотом сказал парень как-то безэмоционально. Быть может, он правда слишком сильно истощился? Или его и вовсе ничего не волновало?       — Так! — вдруг раздался громкий и звонкий возглас Сони. Она поднялась на ноги и теперь стояла близ вырубленной Лизы, широко расставив ноги и глядя на Маркуса с Димой глазами, полными злости и отчаяния. — Вы здесь что все, друг друга знаете, что ли!? Дима! Ты не видишь, что Лизе нужна помощь!? — продолжила она, её крик был одновременно истеричен и агрессивен.       Парень развернулся к Соне и оглядел её так же хмуро, как недавно смотрел на Маркуса. Его нос сморщился, он опустил взгляд на лежащую на полу Лизу и слегка приподнял брови, но выражение его лица по-прежнему оставалось злым и напряжённым. При этом парень молчал, видимо, что-то обдумывая.       В этот момент Соня разозлилась ещё больше. Лично ей вовсе никогда не нравился Дима — он казался ей слегка грубым, импульсивным, гоповатым. Притом ей казалось, что он всегда портил общее настроение двух подруг, был на какой-то своей непонятной волне. Соня не понимала, что разумная и рассудительная Лиза нашла в таком, по мнению девушки, не самом внушающем доверие человеке. Однако она всегда терпела Диму, принимала его, понимая, что начать конфликт с ним — оскорбить и выбор Лизы, а девушка очень дорожила отношениями со подругой.       Но теперь всё иначе. Теперь Дима ведет себя действительно странно: думает неясно о чем, сохраняет это выражение злостной хмурости, откуда-то знаком с этим непонятным раненым долговязым парнем, не спешит никому помогать. Соня даже заметила, что в то время, когда «убийца» шастал где-то вокруг дома, а она беспомощно сидела в этой комнате вместе с Лизой, всё происходящее ощущалось гораздо менее опасно, чем теперь, при вырубленном незнакомце и, казалось бы, одном из самых близких людей Лизы. В этот момент Соня почувствовала, что собственная и Лизина судьба сейчас именно в её руках, что пора начать действовать самой. И вот, скрестив руки на груди, выпятив грудь, стоя на широко расставленных ногах и поджав губы, Соня решила, что ей надоело ждать ответа от парня, глядеть на его недовольную рожу.       — Ну, так ты собираешься хоть что-нибудь сказать!? — выпалила девушка. — А вообще, где полиция, которую мы так давно вызвали!? Пока ты шёл туда, ты никого не встретил!? — вдруг сменила тему она и спросила весьма искренне, ведь этот вопрос был очень важен.       — Полиция? — переспросил Дима, хотя все слова Сони было очень ясно слышно. Соня лишь кивнула, подтверждая свой вопрос. Видимо, парень тем самым решил выиграть немного времени, чтобы обдумать ответ. — Полицейские и скорая уже были здесь… Я как раз подошёл к дому, когда они прибыли, и-и… Им открыл этот мужчина, — указав рукой на лежащее на полу тело, кивнул Дима. Он говорил честно и очень спокойно. По крайней мере, его интонация отражала спокойствие. — Он сказал, что вы «начитались детективов», а сам представился вашим дядей, — выдал все как есть парень.       — Дядей!? — воскликнула Соня. — А что было после? Что после этого произошло?       — Ну-у… Он сказал, что вы уже легли спать и я… Стал уходить, — пожав плечами, ответил Дима. — Полицейские решили, что раз я ничего не запо… — продолжил говорить он, но его перебил очередной вскрик девушки.       — Да, они решили довериться тебе, я поняла! Но почему… С чего… Почему ты поверил ему? Какой ещё дядя!? Мы же были одни дома, ты это знал! — воскликнула Соня, она была в замешательстве. Одна её сторона не доверяла Диме, чувствовала исходящую от него опасность. Другая была полна надежды, что всё, что происходит — лишь неудачное стечение обстоятельств, что Дима всё-таки на стороне девушек и против «убийцы».       — А-э… — замялся Дима и резко встряхнул головой, а затем стал быстро и даже робко тараторить свое объяснение произошедшего:       — В том-то и дело! Я подумал, что вы могли после случившегося позвать не только меня, но и какого-нибудь своего дядю, он говорил очень уверенно и-и…       — Нет! — вдруг в очередной раз перебила парня Соня. — Это… это… Это всё сейчас неважно, — неуверенно, гораздо тише, продолжила она. Что-то в ней изменилось в момент этой фразы, её грозность скрылась прочь, «боевая» стойка задрожала, всё тело девушки покрылось мурашками. Это произошло потому, что она вспомнила нечто, что на мгновение вылетело у нее из головы: перед тем, как потерять сознание, «убийца» сказал: «Для начала, Димочка…» Соня тяжело вздохнула, её ноги словно стали становиться ватными, подкашиваться. Голос задрожал. «Димочка, — этот мужчина знает Диму. А Дима знает раненого парня… Что всех их связывает? Что они все здесь делают?», — задумалась Соня. В этот момент, пока девушка была в задумчивости, в комнате повисло молчание. В это время Дима смотрел ей в лицо, сдвинув брови.       — А что же тогда «важно»? — медленно, с расстановкой, спросил Дима в ответ на последние слова Сони.       — А-э-а… — ахнула Соня и встряхнула головой. Она вспомнила свои последние мысли, всё в её руках, нужно быть смелой. — Раз полиция уехала, нужно вызвать её ещё раз! Нужно обо всем сообщить, твой телефон у тебя!? — быстро заладила Соня, но тут же решила не полагаться на телефон Димы, а огляделась вокруг в поисках собственного или Лизиного. Увидав какой-то из них, она сразу метнулась к нему и взяла в руки.       — Э-э… Н-нет! — неуверенно выпалил Дима, сделал небольшой, агрессивный шаг вперед в сторону Сони. Его руки сжались в кулаки, он вновь смотрел на девушку хмуро. И хоть его с ней и разделяло некоторое расстояние — Дима стоял не так далеко от дивана, который находился в центре комнаты, а Соня была у стены, располагавшейся рядом с выходом в коридор, — значение жеста было очевидно.       — Что? — Соня оглянулась на Диму и вздрогнула, увидев его реакцию. Неужели её подозрения оказались верными?       — Ну… М-м… Сама подумай! Зачем нам полиция? Мы сами ничего не понимаем, доказательств у нас нету… И вообще, поверят ли они нам… — неуверенно и быстро тараторил Дима, глядя на Соню с искренним напряжением и беспокойством. Но беспокоился ли он о благополучии находящихся в комнате людей? Все его вышесказанные фразы, по крайней мере, для Сони, звучали как бессмысленные обрывки фраз из глупых фильмов ужасов. В данной ситуации у ребят были все доказательства произошедшего — целый раненый юноша, Марк! Порез и ушиб на теле Лизы, в конце концов, сам вырубленный преступник!       — В прошлый раз они приехали! И в этот раз приедут! Если уж не чтобы арестовывать этого маньяка, то чтобы выписать нам штраф за повторный ложный вызов! — уверенно настолько, насколько это было возможно, ответила Соня. Она открыла список контактов на телефоне, держа его правой рукой. Стала вводить нужные цифры. И вдруг оцепенела. Покачав головой из стороны в сторону, нахмурившись и грозно посмотрев на девушку, Дима уверенной и широкой походкой, вроде бы шагом, но в то же время очень быстрым, направился к девушке. Не прошло и пары секунд, как его левая рука крепко схватила телефон в руке Сони. Хватка парня была очень сильной, казалось, рука была напряжена максимально – она даже слегка дрожала. Соня медленно опустила взгляд, словно боясь увидеть даже такой жест со стороны Димы. Она нервно сглотнула и сделала глубокий, дрожащий вдох. Ей показалось, что если бы Дима взялся не за телефон, а за руку девушки, то легко сломал бы её саму или пальцы.       — Нам не нужна полиция, — приказным тоном заявил Дима, глядя на Соню озверевшими глазами. — Мы справимся со всем сами, — продолжил он.       Соня открыла рот, чтобы что-то ответить, набрала в лёгкие воздуха… Ей всё ещё хотелось верить, что Дима всё-таки не такой… Что он лишь хочет лучшего, действительно опасается неправильных действий полиции… Может быть, имя парня преступник просто угадал? А Дима просто имел негативный опыт с полицейскими в прошлом? Соня хотела что-то сказать… Как вдруг сбоку от неё раздался знакомый голос.       — М-м… Что тут творится, всё хорошо? — прозвучал медленный, задумчивый, даже сонный голос только что очнувшейся Лизы. Она лежала на полу и медленно стала подниматься на руках.       Соня тут же повернула голову к ней и… обомлела. Так как Лиза лежала у входа в комнату, Соне открылся вид и на дверной проём. А в нём больше не было «убийцы». Лишь металлическая урна и испачканный в крови Лизы нож валялись на полу.