Субординация

— Молчишь... Значит есть, что сказать. — Немедленно отпусти, — Лоэн вскидывается на месте, выкручивая запястья и пытаясь покрыть наручники, сковавшие запястья, плотным инеем и сломать кристаллическую решётку на молекулярном уровне. Но без толку — Убью! — Прихватил эти наручники в Снежной. Славный металл, м? Блокирует твой холод на корню, — Варка не спеша стягивает безрукавку через голову. — Злорадствуете по полной, Магистр? — Лоэн супится. Желваки гуляют по молодому лицу. В разномастных глазах преобладал воинственный красный, а синий пришуганно вжался в края радужки. — Ни в коем случае. Просто хочу, чтобы ты был сосредоточен на мне, а не на насилии над сувениром. Ну-ну, расслабь руки, — говорит Варка, поглаживая оба бедра Лоэна, которые он развёл своими коленями, несильно надавливая. — Зачем все это? — парень выразительно обвел, суженными от злости, глазами пространство вокруг них. Кто-то, например, Лоэн, скажет, что Магистр сделал подлость, не присущую его статусу — заманил стрижа на землю и запер в своём же кабинете, ключ выкинув в демонстративно открытое окно. Ночной воздух вдохновенно гулял по пространству. Прохладный ветер Монштадта исцеловал сизые пряди густых растрепанных волос и облизал размашистым дуновением обнажённый торс расслабленного Варки. — Хуйло! — сругнулся младший, борясь с желанием плюнуть в точеное лицо матёрого рыцаря Бореалис. Но по теоретическим расчётам Лоэн с сожалением понял, что, вероятно, показательный плевок окажется не в центре мишени, а долетит максимум до подбородка. Несолидно для самого меткого (коим себя он горделиво считал) рыцаря Ордо Фавониус. — Как непрофессионально, Лоэн, — Магистр цокнул языком. Голый живот нервно поджался, когда руки Варки начали вести от боков к центру. От самого низа груди до заманчивого углубления паха — все эти ласки заворожили бы рыцаря, будь он менее чуток с ранних лет. Лоэн ещё под столом ходил, когда уже знал, что доверить свою спину можно только тому, кто уже заранее стоял спиной. Хотя даже в этом случае гарантия была хрупче неправильно заточенного охотничьего ножа. Юношеское тело было особенно прекрасно в объятии теней. Плоский рельеф сухого пресса вздрагивал каждый раз от поверхностного дыхания загнанной в угол птахи. Целовать Лоэна — как если бы целовать скульптуру, которая ожила в ответ и задышала с жизнью, присущей горячим губам, скользнувшим по коже у самого пупка. Большие пальцы проделали путь от подреберья к тазовой линии. Лоэн едва дышал. — Так вот, о чем это я, — увлекшийся Варка облизнул губы и выпрямился настолько, чтобы поудобнее упереться локтями по бокам от головы своего пленника и подпереть щеку ладонью. Вторая рука коснулась прядей чёлки, прокручивая их между пальцами и зачесывая в сторону. Лоэн смело встретил взгляд небесных глаз и уж было открыл рот для словесной пакости, но магистр был быстрее и острее на язык. Опыт, закалка, ловкость рук. — Мальчик мой, в следующий раз, когда будешь объявлять мне войну, позаботься о том, чтобы ты был трезв, а не пьян вдрызг, — Магистр зарылся пальцами в шевелюру Лоэна и слегка пригладил её у корней, с нерасторопностью массируя. — Это не было.. — Да что ты? Ещё скажи, что это не то, о чем я подумал. Варка прыснул от смеха, а Лоэн, призадумавшись на секунду, кивнул с максимально серьёзным выражением лица. — Да-да. Как ты там сказал? "Не вставай на моём пути"? — Магистр нахмурился и сощурил глаза, имитируя фирменный взгляд подчиненного. — Там не так было, — Лоэн попытался отвертеться от руки, замершей в его волосах. На самом деле надо было куда-то спрятаться. — Разве? Как-то ты слишком самоуверенно меня поправил для того, кто якобы ничего не помнит с того вечера... Магистр хмыкнул, имитируя активные размышления и послушно убирая руку от вертлявой головы, и обратил настойчивое внимание на шею рыцаря, поглаживая её вдоль кадыка будто сову — вдоль по грудке, строго сверху-вниз. — Вот так-то, — Блондин закончил обдумывать жизненно важные решения, — Не всё, Лоэн, можно списать на твою молодую горячность и чревоугодную кровожадность ума. Названный стиснул зубы до лязга и задрал голову. Не царское это дело — смотреть в лукавые глаза того, кто сейчас смел отчитывать его, Лоэна. Ему ведь давно не пятнадцать. И, к сожалению, не двадцать. — Ты вырос, Лоэн... Варка вновь начал свою шарманку, с довольством наблюдая за тем, как юноша под ним заерзал, пытаясь все же прорвать свои оковы, дабы не слушать сентиментальный бред - так редко, но болезненно для краснеющих ушей - льющийся из улыбчивых губ Магистра. — И ты давно не тот мальчик, садизм которого, не отставая, взрослел вместе с ним. — Замолчи, — требует, скалясь, Лоэн. Рыцарь Бореалис склонил голову к плечу. В отсветах ночного Города Свободы его лицо средних лет становилось совсем молодым, будто не он справлял недавно пятый десяток. В его молчании было гораздо больше холода, чем в идеально заточенном копье Лоэна. Несправедливость била прямо под рёбрами, где вальяжно билось безжалостное сердце. — Никто... Ты мне никто, — Тело задрожало под крупными ладонями от злости, годами затачивающей гибкую душу Лоэна до совершенства. Вместо ответа Варка очень медленно провел кончиками пальцев по ключице младшего и там, где под сливочной кожей колотил пульс. Варка не обижается. Только бровь ползёт вверх, а улыбка становится чуть шире, отчего в углах губ залегают морщины. Он не из тех, кого можно задеть словом. Тем более — словом Лоэна, который сейчас дрожит под ним, как натянутая тетива лука. Из Магистра лучник, как из топора пловец, но имеем, что имеем. Он смотрит на то, как резко и судорожно работает чужой кадык, будто Лоэн глотает битое стекло, а не воздух. Если бы заместитель капитана захотел, то он бы уже извернулся, сломал наручники не своим морозом, а физической силой. Возможно, вывихнул бы запястья, не суть, главное — достигнуть цели, но... Если бы он ненавидел эти руки, которые сейчас пересчитывали в нежном жесте его ребра, он бы не прикрыл глаза от ощущения тепла чужих ладоней. И в мыслях того, кто по идее должен был быть напуган внезапными приставаниями, было только злорадство, характерное Лоэну: все же заарканить Варку и привлечь его внимание к своей персоне оказалось не так уж и трудно. — Ты боишься не того, что я сделаю снова, а того, что я ничего не сделаю, — шепнул Магистр над ухом. Дротик попал точно в цель. Сердце забилось в костяной клетке, порываясь достичь того же уровня, что и губы, которые без зазрения совести потянулись к улыбке Варки. Лоэн ткнулся в его рот с требовательным поцелуем, перебрасывая прикованные руки через шею Магистра и обжигая остаточным инеем наручников, которые все же кое-где успели подморозиться от такого напора. Ведь весь холод Лоэна устремился вверх, а жар закономерно опустился вниз горячим стояком, на который, с лёгким усилием, надавил Варка коленом. — Ты ведь не против продолжить воспитательный разговор между командиром и подчиненным чуть позже, Лоэн? — Варка широко ухмыляется молодому рыцарю, облизывая губы, — А будешь возмущаться — оставлю тебя здесь до утра. Может сможешь поелозить членом об диван и кончить себе в штаны. Судя по лицу пленного, тонкий юмор Магистра он, мягко говоря, не уважал. — И кто из нас кровожадный тиран? — Съязвил Лоэн. — Конечно ты, прелесть. Я ещё учусь. Варка поцеловал его макушку и с нарочито флегматичным видом извернулся из кольца закованных рук, опускаясь все ниже, ниже, а ладони все стягивали и стягивали с Лоэна штаны, пока горячее дыхание Магистра не прожгло чувствительную кожу головки. Вечер переставал быть томным. † Лоэн готов был выть от неполноты ощущений. Ему нужно было, чтобы Варка насаживался своим горлом до победного. Поджавшиеся яйца ныли и прогрызали в терпении (коего считай не было) юноши огромную дыру. — В Бездну тебя, Варка! — Урчит сердито Лоэн и пытается вскинуть бёдра вверх. Но Рыцарь Бореалис только хмыкает, приподнимает голову и накрывает ртом только жалкую одну треть, в основном работая рукой. Он не обращает внимания на эту возню. Слишком занят тем, что проводит языком вдоль набухшей вены, смотрит снизу вверх, исподлобья гипнотизируя Лоэна своими глазами-айсбергами. Варка чуть сжимает пальцы у основания, и его пленник выгибается, ударяясь о кожаный подлокотник затылком. Коротко стриженные ногти врезаются в кожу на внутренней стороне собственных ладоней. Убеждения Лоэна, по поводу доминирования во время минета одной стороны над другой, потеряли много крови. Полученные травмы не были совместимы с прежними взглядами на секс в целом... Варка наконец даёт желаемое. Насаживается с полной амплитудой, удерживая колени младшего широко раздвинутыми, для лучшего доступа. Во рту вязко от слюны, Магистр сглатывает её, когда почти полностью вынимает пульсирующую эрекцию и может с неприкрытым удовольствием пройтись по длине языком, дразня нежную плоть и пожеванные нервы Лоэна. Варка, сволочь и пьянь подзаборная, беззаботно улыбается, наслаждаясь отсутствием совести в полной мере. Ну да, изначальный план был таков: отчитать Лоэна как ребёнка, ткнуть носом в свои же проёбы, а потом выпнуть провинившегося перед начальством из своего кабинета, оставляя считать оставшиеся часы до утреннего построения. Но нет. Теперь Магистр с большим удовольствием брал в рот. Красные глаза сквозь тонкий разъярённый прищур наблюдали за тем, как Варка прекращает стимуляцию, вытирает мокрый от слюны подбородок и, сохраняя синхронность движений, вздергивает бедра Лоэна, помогая перевернуться. Пальцы Магистра скользнули между острых лопаток, по выступающему позвоночнику, по пояснице. Укус пришёлся аккурат на правую ягодицу. Идеальный прикус позволил клыкам и резцам впиться особенно болезненно. Лоэн взвыл от того, как боль ударила в низ живота, заставив, зажатый между животом и диваном, член дернуться и истечь прозрачным предэякулятом на бархатную обшивку. Ловить кайф от позора — мазохистские наклонности заместителя капитана, которые Варка имел возможность изучить от и до. В каком-то смысле Магистр тоже сделал вклад в безумное желание Лоэна быть вжатым во что-то и быть выдранным до отчаянного "Ох ты ж бля" при попытке размяться. Юноша замер. Тело помнило каждый раз, когда они оказывались в подобной позе, помнило, как ныли мышцы после часовых воспитательных бесед, как трудно было существовать рядом с этим "воспитателем". — Не смей, — шипит Лоэн. Пальцы заскребли по обшивке. Варка наклонился, прижимаясь грудью к чужой спине и устраиваясь подбородком на плече. — Скажи мне "нет". Я остановлюсь. Одену тебя, открою дверь, и мы сделаем вид, что сегодня все и правда обошлось исключительно разговором о субординации. Лоэн молчал, растягивая тишину на несколько ударов сердца. — Вот и договорились, — выдохнул Магистр. † Член Варки. Наверное, только об этом мог думать Лоэн, кусая губы, чтобы не отхватить от начальства за нецензурную брань. Для первого толчка всегда стояла обидная несправедливость — не влезает, но входит. Сверху тяжело дышал Варка. Он заполнял Лоэна без лишней торжественности и зефирной нежности. Но жестокости, несмотря на явные причины быть обозленным на поведение подчиненного, в нем не было и не будет. Этот добродушный и справедливый отец половины Монштадта был совсем иным в постели. Если бы можно было назвать эту ритмичную долбежку строжайшим методом наказания, тогда после этого процесса Лоэн бы меньше злился, слыша от сплетничающих коллег, как Магистр вставляет свой меч в ножны заместителя капитана. — Я же сказал, Лоэн, расслабься и сосредоточься на мне, — если судить только по голосу, можно было бы сказать, что сейчас Варка обсуждал, какое вино лучше, из винограда или одуванчиков. — Легко... тебе.. говорить, — цедит Лоэн сквозь зубы, впиваясь ногтями в собственные ладони. Ему было жарко и тесно, а каждое движение по незамысловатому принципу "вставил-вытащил-вставил", отзывалось у самого начала позвоночника в тягучую и приторную патоку из желаний отдаться и прогнуться. — Мне вообще все легко даётся, — хвастается Варка, налегая и толкаясь единожды под чуть иным углом. Плавный темп сломался о резко подавленый вскрик Лоэна. Младший сморгнул с глаз пелену наваждения и покосился через плечо, неравномерно дыша. —Тихо-тихо, — Варка выпрямился, сменил хват на талии, приподнял Лоэна повыше, с тем же наклоном входя в него вновь, — Попал? Горло рыцаря сдавливает спазмом. Единственное, что вырывается наружу — поломанный вдох, подозрительно похожий на всхлип. Лоэн прячет раскрасневшиеся щеки и проклинает все, начиная от Ордо Фавониус и заканчивая проклятым магистром Ордо Фавониус. Пусть провалится в бездну этот чертов наставник со своими горячими ручищами, держащими Лоэна под животом, и голубыми глазами, наслаждающимися видом на зад, измотанного долгим возбуждением, парня. Лоэн смущается невозмутимого спокойствия, с которым его трахал Магистр. Это, наверное, было постыднее всего на свете. Лоэн дергается, пытается вывернуться — от стыда, от злости, от липкой правды, которая растекается по самолюбию. Но наручники держат, и Варка держит, и собственное тело предает, подмахивая в такт чужим движениям. — Придушу... убью... — вторит он, обещая так неубедительно, что в правдоподобность приговора Магистр не верил, лишь усмехался. — Хорошо, Лоэн, но для начала ты кончишь, — легко соглашается Варка, ловит его за подбородок, мокро целует. Он внутри, он давит на ноющие точки со всех сторон, он жарко дышит прямо в лицо. Рыцарь Бореалис улыбается дьяволиной улыбкой, набирает темп, вколачиваясь глубоко и резко. Лоэн закрывает веки, зная, что даже в полной темноте на него смотрят голубые глаза, которые он так любил исколоть своими красными радужками и узкими зрачками-пулями. Мир плывет и переворачивается, время тянется резиной, член Лоэна обхватывают в тесноту чужого кулака, кажется, выжимая из юнца остатки души. Он кончает с рыданием от облегчения, пачкая пальцы Варки и дорогую обивку дивана. Магистр урчит сытым волком, кусает за загривок, утыкается лбом в лопатку и изливается следом, спуская на поясницу и ягодицы Лоэна. † Лоэн растер затекшие после наручников красноватые запястья, сверля взглядом широкую спину Варки. Он помнил историю каждого шрама. — Мой долг исполнен, разговор проведён, — Магистр лениво потянулся, покрутил пару раз корпусом, разминая торс, и повернулся к любовнику, спрашивая с расслабленным выражением лица, — Порядок? — Ты выебал меня, — говорит Лоэн, пожимая плечами. — Ну, есть такое, — Варка натягивает штаны, не глядя застегивает ремень. — И? — А ты хотел что-то ещё? — Магистр подходит к окну, облокачивается о подоконник, — Может, обсудим твою систематическую неспособность признавать авторитет вышестоящих? Или предпочтёшь сразу к дисциплинарному взысканию перейти? — Какое ещё взыскание? — Лоэн, прихрамывая, подходит почти вплотную к Варке, складывая руки на груди. — О, доверься моей креативной фантазии.