Таинственный объект

Ночной воздух был пропитан азартом и привкусом опасности. Для Рюджин такие вылазки были способом почувствовать жизнь, но эта заброшенная база, о которой взахлёб рассказывал их приятель, казалась чем-то иным. — Говорят, там до сих пор работают датчики движения. Шептал он, пока они перелезали через двойной забор с колючей проволокой. Им пришлось явно попотеть. Патрульный фонарь дважды проходил в опасной близости от их укрытия, а звук собственных шагов по гравию казался грохотом грома. Но вот, наконец, тяжелая дверь поддалась, и они проскользнули внутрь, в чрево бетонного лабиринта. Внутри пахло озоном и старой бумагой. Фонарики выхватывали из темноты длинные пустые коридоры. Это не было похоже на обычный завод или что-то вроде того. Слишком чисто, слишком много электроники, вмонтированной прямо в стены. На одном из столов Рюджин заметила папку из плотного пластика. На обложке красовалось «Объект 067». Она раскрыла её, пробегая глазами по строчкам. «Биологическая стабильность», «реакция на ионизацию», «ксеноморфная структура»... В конце страницы жирным шрифтом было выведено слово, означающее «внеземной разум». — Эй, гляньте. Рюджин кивнула на папку. — Тут написано, что это инопланетянин. Друзья обступили её, вглядываясь в бумаги, и тут же разразились приглушенным смехом. — Ну да, конечно! — Видимо, здесь снимали какой-то малобюджетный хоррор. Реквизит забыли, а нагнали жути, будто это секретный объект Пентагона. — Смотри, какие термины. Подхватил второй, хихикая. — «Нейронная адаптация». Видимо, сценарист очень старался выглядеть умным. Рюджин не ответила. Что-то в этих документах... их сухость, серийные номера на каждой странице, казалось слишком настоящим для киношной бутафории. Она пошла дальше, ведомая странным предчувствием. В конце коридора за матовым стеклом дверей пульсировало слабое синеватое свечение. Рюджин толкнула дверь. В центре зала стояла огромная цилиндрическая колба, заполненная прозрачной жидкостью. Внутри, погруженная в эту субстанцию, находилась девушка. Она казалась почти человеческой, если бы не странный, едва уловимый перламутровый отлив кожи и слишком правильные, почти кошачьи черты лица. Её длинные, темные волосы плавали в жидкости, как чернильные нити. Она выглядела спящей, но в колбе не было ни одного пузырька воздуха. Никаких систем жизнеобеспечения. Только она и жидкость. У основания колбы висела табличка. «Объект 067 „Йеджи“». — Ничего себе... Выдохнул кто-то из друзей за спиной. — Качественно сделали. Гляньте на детализацию. Как живая. — Это манекен из силикона. Уверенно сказал другой, хотя голос его чуть дрогнул. — Сейчас такие делают, что от человека не отличишь. Наверное, стоит целое состояние, странно, что его тут бросили. Рюджин подошла вплотную к стеклу. Ей не казалось, что это манекен. От колбы исходил едва заметный гул, низкая частота, которую чувствуешь скорее костями, чем ушами. Девушка внутри, Йеджи, была прекрасна и пугающа одновременно. В её облике было что-то дикое, неземное, спрятанное за этой безмятежной маской сна. — Рюджин, пошли. Потянул её за плечо друг. — Мы тут уже минут двадцать, охрана может вернуться на обход. Насмотрелись на куклу, и хватит. Они начали разворачиваться, направляясь к выходу. Рюджин замешкалась. Она чувствовала на себе чей-то взгляд, хотя в комнате не было никого, кроме них. Она обернулась в последний раз, чтобы бросить взгляд на колбу. В тусклом синем свете ей на мгновение показалось, что веки "манекена" дрогнули, а один из тонких пальцев девушки в жидкости едва заметно дернулся, будто пытаясь нащупать опору. Рюджин замерла, задержав дыхание. Сердце пропустило удар. Она вонзила взгляд в лицо Йеджи, ожидая, что та сейчас откроет глаза, возможно, такие же светящиеся, как эта комната. Но всё было неподвижно. Тишина, мертвый покой. — Рюджин! Ты идешь? Окликнули её из коридора. — Да... иду... Выдохнула она, тряхнув головой. «Просто игра света» Убеждала она себя, поправляя лямку рюкзака. «Это просто воображение». Она поспешила за друзьями, но холодный озноб, пробежавший по позвоночнику, так и не исчез, даже когда они выбрались на свежий ночной воздух. *** Дни после той ночи тянулись мучительно медленно, каждый из них давил на Рюджин с невыносимой силой. Образ Йеджи в колбе, это едва заметное шевеление пальцев, словно эхо немой просьбы, крутились в голове, не давая покоя. «Реквизит, просто реквизит» Твердили друзья, но Рюджин не верила. Почему такое место так тщательно охраняется? Почему документы так подробно описывают "объект»" который выглядел столь… человечно? Её рассудок медленно, но верно сползал в пропасть сомнений, пока, наконец, она не приняла решение. Ей нужно было вернуться. Одной. Ночь снова встретила её холодным ветром и запахом пыли. На этот раз её шаги были тише, движения отточеннее. Она знала каждый куст, каждый выступ, каждую тень на пути к заветному забору. Проскользнув мимо датчиков и мигнувших камер, она вновь оказалась в сердце заброшенной базы. Коридоры встретили её прежней тишиной и запахом озона. Вот та тяжёлая дверь, вот те столы с бумагами, вот… Синеватое свечение. Оно пульсировало так же ровно, так же загадочно, как и в прошлый раз. Рюджин толкнула дверь, и старый скрип разорвал мертвую тишину. В центре зала, погруженная в безмолвный сон, по-прежнему висела Йеджи. Ничего не изменилось. Колба стояла нетронутой, жидкость прозрачна, табличка «Объект 067 „Йеджи“» всё так же висела у основания. Рюджин подошла ближе, её сердце отбивало тревожный ритм. Она осмотрела девушку, её черты, тонкие, как у фарфоровой куклы, но при этом такие выразительные. Снова этот перламутровый отлив кожи, эти чуть заостренные уши, которых она не заметила в первый раз. Да, это не было абсолютно человеческим, но это и не было манекеном. Аккуратно, почти робко, Рюджин постучала по стеклу. Раз. Два. Три. Тишина. Ничего. Она ждала. Минута, другая. Каждая секунда казалась вечностью. Рюджин почувствовала, как холодная волна отчаяния и разочарования накрывает её. «Значит, всё таки реквизит» Подумала она, обреченно вздыхая. — Я сошла с ума. Она уже собиралась развернуться и уйти, признавая поражение своей одержимости. И тут оно произошло. Едва заметное движение. Тонкий палец Йеджи, ранее мирно покоившийся вдоль бедра, дрогнул. Рюджин резко обернулась, её глаза расширились. Она сделала шаг назад, затем ещё один к колбе, прильнула к стеклу, вглядываясь в неподвижное тело. И тогда Йеджи резко распахнула глаза. Они были глубокого, необычного янтарного цвета, светящиеся изнутри, как два драгоценных камня. Взгляд, прямой и пронзительный, мгновенно встретился с взглядом Рюджин. Мир вокруг схлопнулся, оставив только их двоих, живую девушку и спящую сущность, которая только что пробудилась. — Что… Выдохнула Рюджин, её голос был слабым, почти не слышным. Она отшатнулась, не веря своим глазам. Йеджи не отводила взгляда. Её янтарные глаза изучали Рюджин с интенсивностью, от которой по телу пробежал жар. В них не было страха, только глубокое, древнее любопытство. Рюджин, словно загипнотизированная, медленно протянула руку и коснулась холодного стекла ладонью. И в этот же момент, Йеджи, не отрывая взгляда, медленно, с почти неземной грацией, подняла свою ладонь и приложила её к стеклу, точно напротив ладони Рюджин. В этот миг что-то оборвалось внутри Рюджин. Все сомнения, все страхи, все рациональные объяснения. Это было реально. Она начала лихорадочно осматриваться, разговаривая с Йеджи, хотя скорее это были мысли вслух, адресованные миру. — О, Боже… ты… ты настоящая? Мне нужно тебя вытащить отсюда! Как это открыть? Где тут панель управления? Должен быть какой-то рычаг! Её взгляд метался по стенам, по полу, по металлическим приборам вокруг колбы. Она дёргала ручки, нажимала кнопки, которые казались ей подозрительными, но всё было безрезультатно. Йеджи лишь спокойно наблюдала за ней, её янтарные глаза следили за каждым движением Рюджин. Затем, медленно, Йеджи подняла другую руку и указала пальцем на один из металлических столиков, стоящих в стороне. Там, среди старых пробирок и запылённых инструментов, Рюджин заметила небольшой пульт с несколькими кнопками и тумблерами. Рюджин бросилась к нему. — Вот оно.. Пробормотала она, дрожащими пальцами пытаясь разобраться. Она нажала на самую большую красную кнопку, потом повернула тумблер с непонятной гравировкой. Издалека раздался низкий гул, похожий на вздох гигантского механизма. Вверху колбы что-то щелкнуло, и массивная крышка медленно, с шипением воздуха, начала приподниматься. Жидкость в колбе заволновалась. Рюджин подбежала обратно к колбе. Запах жидкости стал сильнее, он был слегка сладковатым и металлическим. Морщась, она залезла рукой в густую, прохладную субстанцию, нащупывая руку Йеджи. Она осторожно потянула её на себя, помогая выбраться из колбы. Йеджи появилась из жидкости, как будто из кокона. Её тело было абсолютно бледным, но не безжизненным. Она сделала глубокий, дрожащий вдох, впервые за неизвестное количество времени наполняя легкие воздухом. Воздух звенел вокруг неё, и она посмотрела на Рюджин, которая всё ещё держала её за руку. — Ты… ты в порядке? Рюджин начала говорить быстро, сумбурно. — Нам нужно уходить. Здесь опасно. Ты можешь идти? Ты понимаешь меня? Йеджи лишь молчала, её глаза скользили по лицу Рюджин, по её руке, по окружению, словно она пыталась осмыслить каждый фрагмент информации. В её взгляде было что-то потерянное, но и глубоко внимательное. Рюджин начала отчаиваться. Возможно, она не говорит на её языке, возможно, она вообще не понимает концепции речи. — Ты вообще понимаешь, что я говорю? Выпалила Рюджин, её голос дрогнул от смеси облегчения, страха и растерянности. И тогда, из горла Йеджи вырвался звук. Глубокий, мелодичный, он коснулся Рюджин до самого сердца, словно нежное прикосновение вечности. — Да, понимаю.. Ответила Йеджи, и каждое слово было произнесено с совершенной чистотой, будто она всегда говорила на этом языке. Её голос был красивым, бархатным, и каждая его нота звенела в тишине зала, наполняя Рюджин таким потрясением, что она почувствовала, как её колени подгибаются. Рюджин чуть растерялась и только щас заметила, что та абсолютно нагая, судорожно натянула на неё свою кожаную куртку, чувствуя, как дрожат её собственные пальцы. Йеджи была ледяной, но едва ткань, пропитанная парфюмом и шампунем, запахом Рюджин, коснулась её плеч, она на мгновение замерла. Она уткнулась подбородком в воротник, прикрыв глаза, вдохнув новый, приятный аромат, словно этот простой предмет одежды был самым ценным артефактом во вселенной. Прошептала Рюджин, оглядываясь на темный зев коридора. — Охрана перекрывает выходы. Она потянула Йеджи к лестнице, но та вдруг вросла в место. Её ладонь, всё еще влажная от жидкости мертвой хваткой вцепилась в рукав Рюджин. — Нет. Мы не выйдем через двери. Голос Йеджи звучал странно, с легким вибрирующим эхом. — Эта база… это не просто лаборатория. Это фундамент. Стабилизатор для квантового сопряжения слоев. Рюджин моргнула, пытаясь переварить услышанное. — Что? Какие слои? Йеджи, сейчас не время для лекций! — Портал. Коротко отрезала та. — Он за этой стеной. Если я уйду через дверь, они поймают меня в небе. Если я уйду через разлом, я буду дома. Йеджи рванула вперед, и Рюджин ничего не оставалось, кроме как следовать за ней. Девушка из колбы двигалась неестественно плавно. Они миновали несколько герметичных блоков, пока не уперлись в тупик. Абсолютно гладкую стену из матового полимера. Йеджи приложила ладони к поверхности. Под её пальцами побежал свет, стена начала вибрировать, издавая низкий гул, от которого у Рюджин заложило уши. И тут взревела сирена. Красный стробоскоп заполнил пространство, превращая реальность в рваные кадры. Рюджин видела, как в конце коридора показались темные фигуры в бронежилетах. Блеск оружейных стволов не оставлял сомнений, их не собирались отпускать. — Быстрее! Закричала Рюджин, заслоняя Йеджи собой. — Они уже почти здесь! Стена перед ними вдруг потеряла твердость. Она стала похожа на вертикальную гладь воды, подсвеченную изнутри ярким светом. Белое сияние начало заливать коридор, поглощая тени. Йеджи обернулась. На фоне этого невозможного света она выглядела как божество, сошедшее с картин. Она шагнула к Рюджин, сокращая расстояние между ними до нуля. Её руки, всё еще спрятанные в рукавах огромной куртки той, легли Рюджин на плечи. Прежде чем Рюджин успела вскрикнуть от страха или вопроса, Йеджи накрыла её губы своими. Это не было похоже на обычный поцелуй. Рюджин почувствовала вкус озона и электрический разряд, пробежавший по позвоночнику. Это было как глоток чистого космоса... холодного, бесконечного и прекрасного. Рюджин невольно ответила, зажмуриваясь от острого, покалывающего наслаждения, которое вытеснило страх перед пулями и пленом. Йеджи отстранилась всего на сантиметр, её глаза сияли ярче портала. — Ты вкусная.. Я видела, что у вас это значит я тебя не забуду. Прошептала она, но вдруг обернулась. Топот ботинок был уже совсем рядом. «Огонь!» Послышалась команда. Рюджин хотела крикнуть ей «уходи!», но Йеджи просто переплела их пальцы. Её хватка была железной. — Ладно, ты идешь со мной. Рюджин не успела даже испугаться. Резкий рывок назад, и они обе рухнули в свет портала. В последнюю секунду Рюджин увидела, как пули прошивают воздух там, где они только что стояли, но звуки выстрелов мгновенно захлебнулись в абсолютной тишине. Мир исчез. Осталась только белизна и тепло ладони Йеджи, сжимающей её руку.