Правила написаны не просто так.

держать все двери и окна в доме закрытыми. Это правило лишь кажется обыденным и вполне естественным. Чем-то из разряда ежедневной рутины. Чем-то, что можно легко нарушить. Но Джунхъек уже знает, что последует за нарушением. Он видел ту тварь. Видел, как его сестру почти что вытащили в окно. Слышал её крики и плотоядное урчание монстра. Он едва успел. Держать все двери и окна в доме закрытыми - это не просто обыденная рутина, про которую легко забыть. Это - первая ступенька безопасности. - Я заколочу все окна. Оставлю лишь одну дверь, входную. [Нет.] Голос в телефонной трубке звучит спокойно. Слишком спокойно. Джунхъек не уверен, восхищает его это или всё же раздражает. Скорее всего, последнее. Но он молчит, слушая, что ему говорят дальше: [Оно воспримет это как вызов. Начнет рыскать чаще. Ближе.] Ким Докча делает небольшую паузу. Веско добавляет: [Будет делать это уже намеренно.] Для Джунхъека это как щелбан по носу. Напоминание о том, что произошедшее - его недочёт, его просчёт. Он вскидывается практически сразу же: - Тварь и так осознанно влезла в дом!.. - только чтобы его осадили скучающим: [Потому что увидела возможность. И отчетливо почуяла свежее мясо. Только и всего.] Ю Джунхъек скрипит зубами. Сравнение сестры с каким-то шматом с прилавка мясника коробит его до глубины души. Он буквально заставляет себя слушать дальше, без попыток выключить телефон. [Я знаю, о чем ты думаешь. Что, если ты забаррикадируешь все окна и двери, то кинокефал-] - Кто? В трубке на миг умолкают. [...Кинокефал.] - Его так зовут? [Я его так зову.] Джунхъек молчит, вспоминая тварь, которую видел ночью в мутном свете ночника комнаты Миа. - ...Это был оборотень. [...Ты еще "догмэном" его назови,] - голос в трубке становится сварливым. Бывший про-геймер невольно хмыкает на это. - [Кинокефалами звали существ с телом человека и головой собаки.] - Кто звал? [...Погугли.] Исчерпывающий ответ. Джунхъек решает про себя звать ту хрень и дальше "оборотнем". Как-то... привычнее. Понятнее. Не так мудрёно, как какой-то термин, взятый из покрытого плесенью старого словаря. Ему в ухо из трубки раздаётся тихий вздох. [Кинокефал знает, что в доме есть кто-то. Они все это знают,] - Джунхъеку не нравится это уточнение, но он молчит, слушая дальше: - [Но для них есть разница между закрытыми окнами и дверьми, и заколоченными окнами и дверьми. Если окна и двери просто закрыты на замок, то это значит, что люди еще тут, более-менее расслаблены и рано или поздно ошибутся... Как ты уже сделал,] - Джунхъек тихо рычит сквозь плотно сжатые зубы; Ким Докча же спокойно продолжает: - [Поэтому кинокефал и обходит дом. Он ищет эту ошибку. Ищет шанс пробраться внутрь и утащить свой ужин.] - ..."Ужин". У него в ухе раздаётся тск-ыканье. [Завтрак, обед, ланч, перекус, орущее бенто на ножках. Для этих тварей из темного леса мы все просто ходячий суповой набор, Ю Джунхьек-сси. И тебе чертовски повезло, что твоя сестра таковым сегодня не стала.] Ауч. Не в бровь, а в глаз. И весьма метко. Джунхьек хотел бы послать Ким Докчу с такими сравнениями, но в глотке возникает ком, мешающий что-либо резко ответить на укор. И он тяжело молчит, стараясь дышать размеренно и глубоко, чтобы успокоиться. Получается из рук вон плохо. [...Старик Хван,] - спустя некоторую паузу доносится голос Ким Докчи. - [Когда вы ехали к моему... К коттеджу, то должны были видеть около дороги заброшенное ранчо, построенное на западный манер. Крыша частично провалилась, половина окон с выломанными рамами.] Джунхъек заторможенно моргает. Ему нужно либо поспать, либо залить в себя пол литра кофе. - Ну и? [Тварь повадилась к нему на ранчо. Задрала всех коров, перетаскала выводок поросят и вспороло брюхо свиноматке. Не спрашивай, скажу лишь, что старик был весьма болтливым после пары чарок... ] - Ким Докча помолчал, словно собираясь с мыслями. - [Он заколотил все двери и окна, когда кинокефал начал подбираться слишком близко к его дому. Оставил лишь главный вход, но изнутри установил крепкий засов. Верил, что теперь в безопасности.] Мимо него проходит какая-то молоденькая медсестра, кидает на Джунхъека смущённо кокетливый взгляд. Сказать, что Джунхъеку похрен, это не сказать ничего. Он лишь встает со скамьи и направляется в общий зал ожидания, припоминая, что там есть кофейный автомат. Дерьмовый растворимый американо сейчас лучше, чем ничего. [Кинокефал вломился в его дом.] Джунхъек смотрит как жужжащая шайтан-машина выпускает в бумажный стаканчик тонкую струю бурды, пахнущей пережаренными кофейными зернами. Слишком пережаренными. Он не уверен, стоит ли это своих двух с половиной тысяч вонн. [Полиция списала всё на нападение медведя. В этих лесах отродясь не водились медведи.] Вкус у напитка такой же хреновый, как и запах. [Если забить окна и другие двери - тварь поймет, что жертва её засекла. И либо готовится дать отпор, либо хочет сбежать. И она не даст возможности сделать ни того, ни другого.] Сеольва отвечает на звонок после пятого набора. Джунхъек может это понять - они разошлись... не очень хорошо, но помимо неё у него больше нет никого действительно близкого. Их родители так и числятся пропавшими без вести, тесных дружеских связей Джунхъек так и не заимел, а отдать сестру временно на попечение в семью кому-то из более юных товарищей по игровой команде он не рискнёт. Сеольва единственный вариант, и кто знает, быть может это даст им шанс если не начать заново, то хотя бы свыкнуться друг с другом вновь без неловкости и смутного чувства вины?.. Он осознаёт, что это не так. Что ничего не будет, как некогда, пусть уже и чуточку иначе. Их поезд с вокзала Кингкросс давно ушел. И всё же он искренне благодарен, что, хоть она и помедлила с ответом, но всё же согласилась приютить Миа у себя на какое-то время. Впрочем, был и другой вариант... [Не ввязывай меня во всё это.] ...который однако же быстро слился. Вёрткий суч°ныш. Мысль поставить хотя бы решетки на окна мелькает у него запоздало, когда звонок уже завершен. Он сохраняет номер Ким Докчи под красноречивым прозвищем "всеведущий ублюдок". Учитывая, сколько в действительности тот знает про эту тварь и её поведение, такое прозвище ему и впрямь подходит. Джунхъек гонит от себя мысль о том, что знает Ким Докча явно не только про этого... оборотня. Оброненное вскользь упоминание тварей во множественном числе нехорошо царапает его нутро. В следующий раз он уточнит. Непременно. Трава под окном комнаты Миа вытоптана. Следы уже не такие отчётливые: тут словно потопталась небольшая стая диких кабанов, но Джунхъек отмечает глубину следов - тварь явно немало весит. Как ей удалось забраться на второй этаж так ловко и тихо?.. Подняв глаза, он видит на стене дома странные выемки. Присмотревшись к одной из них, понимает - это не дефект дерева, и углубнения не вырезаны, но выцарапаны. И тянутся такие вот выемки аж до крыши. До тёмного провала окна под козырьком. Вдоль хребта пробегает табун непрошенных мурашек, когда Джунхъек вспоминает про чердак. Чердак, который они с Миа еще не открывали. Про который даже не вспоминали, игнорируя плотно затворённую лестницу, ведущую наверх, и крепкий навесной замóк на люке. Быть может, этот замóк их и спасал всё это время. Желание позвонить Ким Докче становится сильнее. Как и параноидальная мысль, что ублюдок мог бы и предупредить касательно чердака. С другой стороны, послушал бы его Джунхъек? В интернете каждый день публикуется по несколько постов, связанных с так называемыми "правилами" - крипипаста, получившая неожиданно большой отклик у аудитории. Шуточные инструкции, чтобы выжить в каком-то месте, либо на какой-то должности. Настолько известная сейчас ересь, что в KakaoTalk уже создано несколько каналов, чьи блогеры аж снимали своеобразные ролики на эту тему. По типу "я нашёл странный список и случайно нарушил одно правило". По мнению Ю Джунхека, это была полнейшая херня, но даже Миа пару раз зачитывала ему особо понравившиеся ей рассказы, и именно поэтому она и решила "подыграть" бывшему владельцу коттеджа, когда им передали тот чертов список на листе бумаги. Вероятно, только любопытство его сестры обеспечило им пару недель спокойной жизни. Кто знает, не пробралась бы эта тварь в дом в первую же ночь, реши они проигнорировать предостережения Ким Докчи? И теперь, тщательно закрепляя чудом уцелевшую оконную раму в комнате сестры, Ю Джунхъек запоздало понимает... Помимо первого правила есть и другие. И вряд ли все они направлены на защиту только от этого оборотня. Мужчина сжимает деревянную перегородку до побелевших костяшек, невидяще смотрит в сторону леса, тянущегося сплошной полосой вдали. К вечеру проверяет, всё ли надежно заперто в доме - все окна, все двери, даже во внутренних комнатах. Просматривает цепь на дверцах подвала и, впервые за всё это время, пару раз дёргает замок на люке чердака. Просто для успокоения разыгравшейся паранойи. Он созванивается с Ким Докчей на закате, заперевшись на кухне, выключив везде электричество, пусть даже генератор заполнен топливом. Лишь огонь в небольшой чугунной печке дает какой-то свет. - Меня нервирует камин в зале, - негромко рычит Джунхъек в трубку, держа руку на купленном днём ружье. Стоило то немало, тот же чертов кондиционер, о котором ныла Миа, обошелся бы дешевле, но от ружья проку явно будет побольше. Особенно теперь, когда он знает, что среди их "соседей" есть откровенно опасные для жизни. [Там решетка в дымоходе. Кстати, не забывайте её проверять на наличие мусора и вороньих гнезд, вороны тут наглые.] - ...Решетка? Кто вообще устанавливает решётку в дымоход камина? [Мой покойный дед. И прожил он здесь до глубокой старости, чтоб ты знал.] Джунхъек хочет возмутиться. Сильно и громко. Они не проверяли еще камин - лето, жара, какой был вообще прок в том, чтобы чистить дымоход?.. - но теперь выясняется, что и там сюрприз припрятан. И опять же, Ким Докча ничего не передал про это через риэлтера. Видимо, сильно хотел убраться отсюда, да?.. В трубке телефона неожиданно шикают, будто подгадав момент: [Слушай.] Он умолкает. Слушает. И чувствует, как все внутри обмирает. Снаружи медленно что-то двигается. Аккуратные шаги, что были бы совсем неразличимы, если бы в доме работал телевизор или тот же кондиционер. Лёгкий скрежет, словно что-то заостренное касается стен - прощупывает их, простукивает. И дыхание. Прерывистое, как у пса, что долго оставался на жаре и теперь алчно дышит ртом в попытке хоть как-то остудиться. Но при этом - такое тихое, что почти что сливается с шумом ветра снаружи. И это самое жуткое. Тварь по ту сторону стены знает, что после прошлой ночи жители дома будут определённо начеку. Могут даже уехать. И потому, пытаясь прощупать почву, она пришла убедиться, есть ли кто-то действительно внутри. Джунхъек чувствует себя так, словно его сердце бьется где-то у него в глотке. Он отчётливо слышит, как оборотень останавливается около плотно закрытого и занавешенного тканью окна, явно прислушиваясь. Воображение рисует, как стекло потеет от чужого мерзостного дыхания. [Ты ведь понимаешь, что оно тебя всё равно слышит?] От неожиданности бывший про-геймер практически роняет телефон. Шелест ткани его рубашки от резкого движения кажется почти что оглушительным. Он поворачивается в сторону окна так быстро, что его шея аж хрустит. Снаружи пару ударов сердца царит тишина. А потом раздаётся тихий звук, до жути напоминающий удовлетворенное мычание. Почти что человеческое. И шорох удаляющихся шагов. На сей раз - довольно отчетливо прослушиваемых. Джунхьек чувствует дрожь в пальцах. Сглатывает ком в горле. - Какого хера?.. - хрипит он спустя паузу, когда снаружи помимо ветра и шелеста травы раздаются приглушённый звуки насекомых, что, как оказалось, странным образом затихли, пока тварь совершала обход дома. [Оно подошло специально к той части дома, где ты был. Проверяло твою реакцию.] - И ты всё равно, зная об этом, начал пи°деть?!.. [Было бы лучше, если бы оно постучало в окно, вызывая у тебя инфаркт миокарда?] От насмешки в чужом голосе хочется швырнуть телефон о стену. Джунхъека останавливают лишь его финансы, поющие романсы мартовскими котами. Ружьё действительно выжрало подавляющую часть бюджета. - Оно вернется и завтра тоже, верно? - он не рискует подходить к окну, даже если на улице начинает горланить во всю ночная жизнь. Даже пресловутые вороны, которых упоминал Ким Докча, напоминают о себе карканьем издалека. [Кто знает. Я никогда не следил, какой там у кинокефала график. Пока все заперто на замóк и нет лазейки, он просто покружит вокруг дома и уберётся восвояси.] - Он ведь может вломиться, как к тому старику... Почему не делает этого? [Кто знает. Может быть у этих существ есть кодекс чести? Свои собственные правила, которым они следуют.] Правила для монстров? Это звучит откровенно смешно. Вот только смеяться нет ни желания, ни сил. Ю Джунхъек поджимает губы. Цепляется подрагивающими пальцами свободной руки за ствол ружья, будто ища в этом успокоение. - Как ты вообще смог не чокнуться тут, если эта херота могла приходить каждую ночь?.. - вопрос из разряда дебильных. Хотя бы потому что умом Джунхъек понимает: ни один нормальный человек на такое правдиво не ответит. Промолчит, отшутится, переведёт разговор в другое русло - но не ответит. Потому что тупо не знает, что в принципе на такое можно отвечать. Но Ким Докча явно к нормальным не относится, ведь в следующее мгновение бывший про-геймер слышит серьёзное: [У меня хороший опыт в играх в прятки.] И Ю Джунхъек внезапно не хочет задумываться, что именно может таиться за этими словами.