Проект «Ось»

Мир, в котором вырос Крис всегда делился на две осязаемые половины миров: тех, кто дышит, и тех, кто обеспечивает этот вдох. Наверху, над вечным слоем ядовитых туч парил Пиллар — сияющее чудо инженерной мысли. Город белого камня, стекла и шестеренок, высеченных из самого настоящего золота. Мир, где жизнь казалась бесконечным праздником прогресса. В Пилларе не знали, что такое болезни, старость или голод. Там царил вечные дни прогресса, подпитываемые колоссальной энергией Ядра — точнее сердца города, которое требовала постоянной подзарядки. А далеко внизу, под основанием парящих платформ, в глубоком тектоническом разломе задыхались Стоки. Это были огромные, ржавые трущобы Нижние Города, где люди жили среди стоков токсичных отходов так называемого «Парящего чуда инженерной мысли». Пиллара. Стоки были огромным рабочим придатком. Они добывали металл, плавили руду и обслуживали огромные паровые поршни, которые удерживали Верхний Город в небесах. Но самым страшным узлом связывающим эти два мира, был Проект «Ось» — чудовищный подземный лабиринт, выстроенный Советом Пиллара прямо между Верхним и Нижним городами. Середина. Раз в пять лет Пиллар объявлял начало «Игр Оси». Официально это преподносилось как великое милосердие, гордость, праздник. Совет забирал подростков из Стоков и бросал их в Лабиринт. Тот счастливчик, что сможет дойти до центра и выжить, получал пропуск в сам Пиллар, гражданство в вечно сытую и безопасную жизнь. Но Крис, будучи ведущим инженером Пиллара, знал изнанку. «Ось» была не просто Лабиринтом. Это была колоссальная машина-жатва. Смертельный страх, отчаяние и борьба за выживание сотен участников генерировали тонны психокинетической энергии. Лабиринт буквально всасывал жизненные силы умирающих детей, аккумулировал их и перенаправлял в Ядро Пиллара. Без этой регулярной дани Верхний Город просто рухнул бы вниз. И теперь, по иронии судьбы, Крис сам лежал на дне этой мясорубки. Воздух пах озоном, бензином, палёной резиной и сыростью. Крис открыл глаза и тут же закашлялся. Легкие обожгло тяжелым, ядовитым туманом Стоков, в котором не было ни капли того стерильного, очищенного кислорода, к которому он так привык в своих небесах. Мысли путались, словно из пропустили через шредер. Он помнил сияющие стеклянные коридоры Совета, помнил внезапное и столь абсурдное обвинение в измене. Помнил голоса старейшин, кричащие: «Сбросить его вниз, пускай его же творение обглотает его же кости!». Помнил холодные руки стражей, толкающие его в бездну распределительного шлюза. Они обманули его. Его, золотого ума Пиллара, чьи чертежи ловушек для этого сезона Игр Совет принял единогласно. Предательство чувствовалось осадком чего-то горького в горле. Крис попытался подняться, опираясь на руки. Под ладонями был не гладкий мрамор Верхнего Города, а холодный, покрытый ржавчиной и склизким мхом металл. Он находился на дне колоссального стального колодца — в Секторе 0. Самой начальной точке Лабиринта. Вокруг него, уходя в бесконечно вверх, вздымались глухие стальные стены, покрытые сложными узорами труб и кабелей. Откуда-то из глубины этих стен доносился тяжелый, утробный гул — ритмичный стук гигантских шестерёнок, от которого вибрировала сама земля. «Ось» жила своей жизнью, только механической, готовая перестраиваться каждую минуту. — Эй, Пилларский уродец! Вставай, если жить конечно хочешь! — над ужом раздался максимально хриплый, прокуренный голос. Крис резко обернулся. В паре шагов от него, прижавшись спиной к огромной парой паровой трубе, сидела группа подростков. Все они были грязными, в оборванной одежде, с бледными, испитыми лицами — типичные выходцы из Стоков, который система загнала сюда как скот. На них было серые робы участников с номерами. Крис взглянул на свою грудь — вместо его дорогой, некогда белой куртки из плотной пилларской ткани была такая же фиолетовая рубаха, с черным трафаретным номером: 04. — Лабиринт закроется через соком минут, — парень со шрамом на щеке сплюнул на мокрую землю под ногами. — Если останешься валяться в этой зоне, тебя просто раздавит, когда стены начнут двигаться. Не встанешь - подохнешь)  Крис, превозмогая слабость и тошноту, поднялся на ноги. Его идеальная осанка, чистое личико и дорогая прическа сразу выделяли его. Стоковские смотрели на него с явной ненавистью и презрением. Для них он был олицетворением тех, кто морил их голодом и убивал ради забавы.  Вдруг Лабиринт содрогнулся. Где-то наверху взвыла пронзительно громкая сирена, оглушительная и жуткая. Тяжелый скрежет металла о металл заставил Криса зажать уши. Огромная стена позади них - толщиной в несколько метров - медленно, со свистом выпускаемого пара, поползла в сторону, закрывая единственный видимый выход из тупика. — Бежим! Бежим, блядь, быстрее! — закричал парень со шрамом. Толпа рванулся вперед, вглубь тёмного, извилистого коридора. Крис побежал за ними. Сердце колотилось прямо в горле. Он, Крис, который сам когда-то рассчитывал траектории этих смертоносных прессов, теперь бежал по ним как крыса, спасая собственную тушку. Они не успевали. Совсем не успевали. Коридор впереди сужался, будто бы желал задавить своими стенами каждого, кто здесь оказался. Сверху, скрежеща зубьями, опускалась массивная стальная решётка. Подростки из Стоков в панике толкали друг друга, позабыв об обещаниях выбраться вместе. Каждый сам за себя. Кто-то попытался пролезть в сужающуюся щель, а кто-то упал. После послышался хруст и крик, заглушённый рёвом машины.  Крис затормозил. Его инженерный мозг, даже сквозь всё мясо и крики, начал судорожно анализировать механизм. — Стойте! Не бегите туда! Эй! — крикнул Крис. — Это ловушка с противовесом!! Чёрт, Вы меня слышите вообще?! Решётка пойдёт в два раза быстрее!! Но его никто не слушал. Стоковские, словно дикари просто бежали напролом, руководствуясь только инстинктом страха. Решётка почти коснулась голов, готовая зажать их своим весов к полу. Щель осталась не больше полуметра. В этот момент, Крис вдруг осознает, что он физически не успеет добежать, даже если сильно попытается. Озон в воздухе стал невыносимо едким - признак того, что Лабиринт готовится подать смертельных разряд тока на этот участок. Он зажмурился, готовый к тому, что его сейчас либо раздавит решеткой, либо сожжёт током. Вдруг из темноты, с той стороны закрывающейся решётки, вытянулась тонкая, но удивительно крепкая рука. Она была странной - полностью металической, сделанной из грубых поршней и шарниров, которые изнутри слабо светилась ядовито-зеленым светом Дикого Эфира - нестабильной магии Стоков. Эта механическая рука мёртвой хваткой вцепилась в воротник куртки Криса и с невиданной силой рванула его на себя. Крис пролетел под самым краем опускающегося пресса, сильно ободрав плечо. В следующую секунду позади него раздался оглушительный грохот - многотонная стена наглухо закрылась, пуская по металлу снопы искр и отрезая их от остальной части Лабиринта. А ведь там, Крис мог бы сделать последний в жизни вдох. Крис упал на сырую и скользкую землю, тяжело ловя ромом воздух. Над ним кто-то тяжело, натужно кашлял. Он поднял глаза. Перед ним на коленях сидел парень. Он был худым, почти прозрачным, с болезненно-бледной кожей и тёмными кругами под огромными, неестественно  внимательными глазами. Его левая рука была обычной, человеческой, прижатой к груди, словно ему было тяжело дышать из-за приступа кашля. А вот правая.. правая представляла собой тот самый грубый, биомеханический протез, от которого пахло дешёвым машинным маслом и жжёной проводкой. Из под обшивки протеза пробивалось то самое неоновое свечение. Парень из Стоков вытер тыльной стороной ладони кровь, выступившую на губах, и посмотрел на Криса сверху вниз. В его взгляде не было жалости, и уж тем более интереса. — Надо же, — тихо, с хрипотцой произнёс парень, разглядывая Криса. — Нам забросили саму элиту? Кажется, ты понимаешь как работают эти шестеренки. Крис сглотнул, завороженно глядя на светящийся протез и на это измождённое, но пугающе обворожительное лицо. — Я?.. да. Я знаю, как устроен этот сектор… Парень со свистом выдохнул, и протянул Крису свою живую, тёплую руку, помогая подняться. — Отлично. Я Рен. И раз уж ты здесь, Крис… — Рен произнёс его имя медленно, будто бы пробуя на вкус. — Будешь помогать нам. Крис засветился, представляя, как будет ломать механизмы и помогать Рену.  Стоило только представить, как его отправили в угол стирки. Хотя, это было ожидаемо. Теперь здесь, в Лабиринте, всё точно наоборот. Элита стирает - Стоки работают.