Кора Уильямс

Кора устало вздохнула и откинулась на спинку кресла. Вытянув ноги в остроносых коричневых сапожках на небольшом каблуке, она подняла глаза к потолку. Той ночью девушка плохо спала ― все ворочалась в полудреме. То ей было неудобно, то жарко, то холодно. Однако единственной настоящей причиной ее состояния были вечные не замолкающие мысли. Вчера она вместе с некоторой прислугой из поместья целый день шатались по ателье, стараясь при этом не попасться много кому на глаза. Пока удачи не было ― в некоторых местах вообще не продавались такого рода маски, а в местах, где они имелись, заявляли, что их давно никто не покупал для личного использования. Всегда театры, да и то довольно редко. Честности ради Кора уже начала терять надежду, предполагая, что либо кто-то врет, либо маску украли напрямую из театра. А девушка совершенно не горела желанием шляться еще и по всевозможным мелким грязным театрикам. Хотя, с каких это пор я брезгую? Ужас, неужели, эти аристократы заразили меня их недугом? ― на секунду задумавшись, она, все же, покачала головой. ― Нет, это только Лаэрт, он плохо на меня влияет. ― Мисс Уильямс, будут ли у вас какие-нибудь предпочтения? ― А? ― Кора выпрямилась и вернула свое внимание обратно к тому, что происходило сейчас в библиотеке. ― Осталось три ателье. Есть ли у вас предпочтение, в какое из них хотели бы отправиться вы? И, напоминаю, что вам совсем не обязательно участвовать в поисках, если вдруг вы передумали. Молоденький лакей, взявший на себя роль главного помощника в организации «операции», как торжественно это окрестила Кора, склонился над столом, учтиво глядя на девушку. На столешнице была раскинута карта Кентербери, вся исчерченная черными линиями и кружочками, и помятая бумажка с найденными Лаэртом адресами. В комнате кроме самой Уильямс и лакея были Эдвард, Кейтлин, рыженькая служанка, с которой девушка практически не пересекалась, и Лаэрт. Последний, как и Кора, тоже сидел в кресле ― прямо напротив нее. Держался он, на первый взгляд, расслабленно, нога на ногу. Белые лакированные полуботинки сверкали не только своей уникальностью, но и начищенной до блеска кожей. Локти вальяжно лежали на подлокотниках. Взгляд был довольно скучающим, будто его держали здесь насильно. Периодически, пока остальные работали и обсуждали, парень драматично вздыхал и менял позу в кресле, когда прежняя надоедала. Эдвард стоял позади и чуть сбоку господина. По сравнению с сидящим в низком кресле Лаэртом мужчина выглядел еще длиннее. Редкие седые волоски, спрятанные в темной шевелюре и бакенбардах, блестели в солнечном свете из окна. Держался он отстраненно, периодически помогая советом или редким замечанием. Кейтлин, с разрешения госпожи, пристроилась на краешке одного из подлокотников кресла Уильямс. Русые волосы, по обыкновению, убраны в аккуратный пучок. Вечно широко распахнутые боязливые глаза наблюдали за всем, что происходило на столе и в комнате в целом. Лакей и служанка склонились над столом вместе. Их головы практически касались и всякий раз, как их взгляды пересекались, Кора видела смятение обоих. Рыжеволосая девушка покрывалась легким румянцем и отводила взгляд, а лакей, наоборот, заставлял себя оторвать глаза от коллеги, возвращая внимание к «операции» и глупо улыбаясь. Невольно Уильямс вздыхала. «Юная любовь», или как там это называют? Два влюбленных идиота, ― закатывала глаза девушка. ― Лыбятся, им явно весело. Нет бы на работе фокусироваться… Вот почему им можно, а ей нет? Почему у них есть это глупое, жалкое, наивное, уязвимое счастье юношеской влюбленности, а Кора за всю жизнь даже друзей себе найти не смогла? Разве это справедливо? Разве дело правда в самой Коре? Мысли перескочили на Лаэрта. Молодой, красивый, популярный, образованный, богатый, из уважаемой семьи. Бледный блондин с розоватыми губками и завораживающими синими глазами. У него наверняка куча друзей его возраста, все девочки хотят быть с ним, все мальчики хотят быть им. Разве он это все заслужил? Ведет себя, как эгоистичный отсталый в развитии индюк, но лишь из-за того, кем он родился, имеет все, о чем Кора до недавних пор даже мечтать не могла. В груди затрепыхалась кусающаяся обида. Зависть. Она невольно подняла взор на сидящего напротив парня. И, к своему удивлению, обнаружила, что тот уже смотрел на нее. Когда она поймала его взгляд, Блэйкуэлл сначала растерялся. Так и замер, смотря на девушку слегка распахнутыми от удивления глазами, сидя в кресле, чуть ли не закинув ноги на один из подлокотников. Однако спустя несколько мгновений, он поспешно отвернулся, задирая нос. Кора видела легкую неловкость или нервозность в его движениях, и она передалась самой девушке. Уильямс еще раз втянула воздух. Что-то она совсем раскисла, нужно взять себя в руки. ― Эм, нет… предпочтения нет, мне не важно, ― все еще слегка рассеянно обратилась Кора к лакею. Тот деловито кивнул и, поразмыслив пару секунд, отметил что-то на карте. ― Что ж, прекрасно. Тогда дело осталось за малым.

***

А дальше я не написала. Там такой crazy сюжет должен был быть, вы себе не представляете. Но рассказывать вам я его пока не буду, потому что планирую использовать его в будушем проэкте. Последующие несколько частей ― это "Вставки", как мы с Сашей их назвали. Они должны были быть разбросаны посреди текста меж глав, чтобы подстегивать интерес читателя и сохранять интригу.