Спасибо

      Папье очередной раз утирал свою бумажную ногу от складок и потертостей после чужого каблука. Недавняя стычка с ней ни к чему не привела, кроме того, что его снова опозорили перед глазами других членов Синтаксиса, особенно перед боссом. Он последний раз повернул к ней свою голову, чтобы сопроводить взглядом её хитрые глаза, которые победоносно смотрели на него в ответ. Её невозмутимое выражение лица было такое, словно она всегда возвышалась над ним. Мисс Н.Е. Правда прошла дальше, издав громкие стуки каблуков и оставляя Папье одного со своими мыслями.       Все в этом корабле уже уверены, что сегодняшняя неудача произошла именно из-за него. Из-за кого же ещё? Ну уж точно не из-за руководительницы в фиолетовом костюме, которая изначально не придала значение кораблю Саппортажа.       Папье ужасно злился на эту блондинистую выскочку, ведь если бы они все послушали его сразу, то может быть эти чертовы саппортажники вовсе и не попали бы на планету. Тогда ему не пришлось бы спускаться туда, и изначальный план по тренировке рекрута осуществился бы. Мало того, что Мисс Н.Е. Правда подставила его, так ещё и отозвалась «сопроводить» его. Её имя говорит само за себя, никогда не понятно, что прячется за этой уверенной ухмылкой. Эти губы точно не говорят правду, скрывают истинные намерения, язвят и злорадствуют. Особенно над напарником.       А виноватым оказался в итоге он, несмотря на завершенную миссию по «сбору урожая».       Особенно его раздражало, что она стоит выше него, несмотря на то, что она присоединилась позже. Злодеи в своем мире, которые делились с героями неправильными подсказками, скрывали свои истинные цели и водили за нос, притворяясь обучением и руководством для них, оказались очень даже полезными союзниками для Уоррика. Мисс Н.Е. Правда была одной из таких злодеев и быстро стала доверенным лицом, после того как попала в Синтаксис. Быстрее, чем Папье, который находился здесь дольше неё, уничтожил миров больше всех, видел и знает почти каждого агента Саппортажа, так как сам им лично помогал будучи бумажной инструкцией. Это ведь он узнал Кит с ее рюкзачком, а не эта Мисс Н.Е. Правда, которая, как всегда, недооценила опасность. Точно ли она была руководителем военных операций в своем мире? Или просто искусно делает вид, умея только шпионить и информировать? Папье всегда задавался этим вопросом, и, возможно, только он один.       Но кто он такой, чтобы кидаться с такими обвинениями? Он обычный полевой воин, пешка, расходный материал. Если бы не его бумажная сущность и полезное практическое применения его способностей, Уоррик его бы оставил умирать на родной планете. Не говоря уже о том, что в своем родном мире он был второстепенным злодеем, которого всерьез никто не воспринимал. Но это он точно не расскажет Мисс Н.Е. Правде, иначе она точно его высмеет. Кто внушительнее: военачальник, который с самого начала игры водил за нос героев и направлял в неправильное русло, при этом притворяясь их руководителем, или жалкий второстепенный бумажный злодей, который несколько раз карикатурно сбегал после проигрыша с героем, обещая что в следующий раз он их одолеет? Ответ очевиден.       Он с отвращением вспоминает свою прошлую жизнь в своем родном игровом мире, а здесь у него есть шанс выделится и стать кем-то большим. Так что он всеми силами старается быть полезным для команды, даже если об него вытирают ноги и наказывают не за его ошибки. Папье полностью уверен, что это Мисс Н.Е. Правда должна была извиняться перед Девочкой-Крабом за то, что она мешала выполнять задание своим тупыми и назойливыми «подсказками».       — В следующий раз будь внимательнее, Мистер Бумажка, — раздался со стороны голос руководительницы. Папье надеялся, что она оставила его в покое. — Ты ведь не хочешь опять разозлить босса?       Бумажный агент не выдержав превратил себя в змееподобного дракона, как из книжек, и окружил её своим длинным бумажным телом, не давая никуда пройти. Правда его напарницу это ни капли не напугало, и она продолжала всё также невозмутимо на него смотреть. Она прекрасно знает, как он любит изображать из себя невесть кого, хотя внутри является обыкновенной бумагой.       — Это я один его разозлил? Это ТЫ в следующий раз не лезь под ноги! — Папье перевоплотился в какую-то из пушек их корабля и указал прямо на Мисс Н.Е. Правду. — Если бы ты тогда не мешалась, я бы давно уничтожил корабль Саппортажа!       Военачальница скептически вскинула бровь, не веря его яростным словам. Взор Папье был прямо на девушку, и он готов был перевоплотится в еще более огромную и страшную бумажную пустышку, лишь бы что-то ей доказать.       — Ты то? Да без моей помощи ты бы и с миссией не справился.       Бумага готова была покраснеть. Он перевоплотился в неизвестного зверя, хотя было видно — чем больше он брал размеры, тем меньше объема было в его оригами-теле. Площадь бумаги не бесконечно.       — Я и без тебя раньше справлялся! И не называй меня больше этим тупым именем!       Его больше злило, когда она вела себя так, словно они неравноправные напарники, а кто-то выше. К огромной неудачи для Папье, им обоим дали этот статус, будто специально издевались над ним. И к еще большему разочарованию, их дуэт работает лучше всех по уничтожению игровых миров и собиранию «урожая» в виде флоата. Никакая стратегия не работает лучше, чем помогать героям одолеть их злодея, заранее проходя до этого уровни. Подсказки и шпионаж от Мисс Н.Е. Правды, и тихая передача информации герою через Папье. Идеальный гайд, идеальный мухлеж.       И этот дуэт раздражает всех на этом корабле. С точки зрения членов команды Синтаксиса, они часто кривляются друг перед другом, грызутся и вступают в мелочные конфликты. Слишком много времени и энергии тратят друг на друга, это загадка, как им самим ещё не надоело. Порой сам Уоррик от них устает. И нынешняя стычка как раз таки была одной из таких.       Мисс Н.Е. Правда пристально смотрела на его единственный фиолетовый глаз, словно знала что-то. Все попытки Папье казаться большим и устрашающим не увенчались успехом, судя по недрогнувшей мимике и идеальной осанке руководительницы. Её край губ немного приподнялся.       — Мистер Бумажка.       Он снова начал перевоплощаться в кого угодно, параллельно говоря ругательства в её сторону, словно готовясь напасть. Она знает, что он этого не сделает, и наслаждалась его экспрессией и муками стать внушительнее.       — Я же сказал хватит! Я терпеть не мог, как тот тупой дельфин называл меня так! Он ещё так небрежно носил меня с собой, я чуть коньки не откинул, когда был в его руках!       — Может, в плавниках?       — Какая разница?! Самую умную из себя строишь?! — Папье тут же перевоплотится в телескоп для того, чтобы лучше разглядеть мимику напарницы. Мисс Н.Е. Правда, не скрывая своей вредной натуры, лишь самодовольно фыркнула, и так зная, что она среди них обоих таковой уже является.       — Разве это не так?       И это правда, которую она не скрывает от него.       Такая реакция разозлила Папье еще больше и он, будучи телескопом, приблизил линзу к её лицу настолько близко, насколько можно. Военачальница никак не дрогнула и тоже сверлила его единственный зрачок, медленно засматриваясь на каждую деталь.       — Слушай сюда, «Мисс», я нахожусь в Синтаксисе гораздо ДОЛЬШЕ чем ты, и, соответственно, знаю уж ПОБОЛЬШЕ вещей чем ты, которые ты маскировать только и умеешь. Что бы ты сделала, если бы ты попалась Кит в самом начале? Тебя пришлось СПАСАТЬ на том бою НЕСКОЛЬКО РАЗ! Так что ЗАХЛОПНИ РОТ И-       — Папье.       — ЧТО??!       — У тебя красивый цвет глаза.       Он через пару секунд вернул свою оригинальную форму и замер. Он не отводил взгляда от неё, не веря только что произнесенным словам. Папье обратил внимание на всё: на её мягкий взгляд, легкую улыбку, которую секунду назад считал злорадной, и… голос. У неё был непривычно ласковый голос, когда она произнесла это. Все слова, которые он хотел выплеснуть, этим же мигом испарились, оставляя за собой неловкую тишину. Мысли, которые были пропитаны яростью, теперь были перемешаны с другими чувствами. Более назойливым, нежеланным и невозможным чувствами.       — Ч-что?       — Фиолетовый. Мой цвет.       Мисс Н.Е. Правда же хихикала внутри себя над тем, что его можно так легко заткнуть и заставить смутится, но не подавала этому виду. Она была довольна тем, что сделала, и по ней не скажешь, говорила она правду или нет. Но реакцию этого бумажного идиота она точно запомнит надолго.       Она прошла мимо него, пока тот всё ещё сопровождал её взглядом, словно не хотел терять из виду. Но перед тем как окончательно оставить его одного, она остановилась, возвращая свой строгий военный вид.       — И спасибо тебе за службу, Папье, и за то что… следишь за моей безопасностью.       Это последнее, что она сказала, параллельно признавая себе правду — Папье на миссии всегда её прикрывает. Не только в той планете в вулкане, а почти в каждой, где они побывали. Сколько бы они не грызлись и не дрались на корабле, в бою с врагами она может на него положиться, ведь тот прибежит. И неважно где он до этого находился.       — Ты… — Папье всё еще стоял с приоткрытым ртом, не зная что ответить. Но, увидев как она начала уходить, решил не молчать. — Ээ… Конечно! Да! Всегда пожалуйста.       Она ушла, и неизвестно услышала ли его последние слова. Папье сразу же понадеялся, что нет. Он, дождавшись её полного отсутствия, тутже начал вслух ругать себя и осознавать произошедшее, одновременно утопая в своих мыслях на счёт своей напарницы. И совсем при этом не подозревая, что она давно смеется над ним, взаимно утопая уже в своих мыслях.       Последнее она точно не планировала говорить.