Часть 1
23 мая 2026 г., 20:16
Примечания:
Ну что пробую себя в писательстве!
Жду отзывы! Надеюсь Вам понравится! Очень переживаю!
АЛЕКС ВОЛКОВ
ЧАСТЬ 1
ГЛАВА 1
Дождь шёл с самого вечера.
Не сильный — тихий, ленивый, почти уютный. Он стучал по чёрной крыше дома Волковых, стекал по большим окнам и превращал улицу в размытую акварель из света фонарей и мокрого асфальта.
Дом стоял в спокойном районе на окраине города — большой, тёплый, с широким крыльцом и светом на кухне, который никогда не выключался полностью.
Их мать когда-то говорила:
«Дом не должен быть тёмным, если кто-то из семьи ещё не вернулся».
После её смерти никто так и не начал выключать этот свет.
Алекс приехал ещё час назад.
Тихо.
Как всегда.
Старший сын Волковых вообще умел двигаться слишком бесшумно для человека его комплекции.
Высокий.
Широкие плечи.
Тёмные волосы, вечно чуть растрёпанные, будто он постоянно проводил рукой по голове.
Серьёзный взгляд человека, который слишком много видел для своих тридцати.
Даже дома он выглядел так, словно в любую секунду может уйти обратно в ночь.
Он молча закинул лазанью в духовку по маминому рецепту, проверил таймер и вышел на улицу.
Просто пройтись.
Потому что после работы ему всегда было тяжело сразу находиться среди людей.
Даже среди своих.
Дождь холодил лицо.
Алекс остановился возле крыльца и медленно выдохнул.
В окнах второго этажа ещё горел свет в комнате Льва.
Конечно.
Лев мог уснуть над ноутбуком в три часа ночи, проснуться в семь и выглядеть так, будто это нормально.
Из всех братьев он был самым… непонятным.
Спокойный.
Слишком умный.
Слишком наблюдательный.
Иногда Алексу казалось, что Лев замечает больше, чем должен.
Где-то в глубине дома хлопнула дверь.
Потом послышались шаги.
Тяжёлые.
Дмитрий.
Алекс усмехнулся ещё до того, как брат появился на кухне.
Даже походка у него была раздражённая.
Дмитрий Волков выглядел как человек, которого природа создала для драк, мотоциклов и проблем.
Высокий.
Массивный.
С татуировками на руках и вечным взглядом человека, который либо разобьёт тебе лицо, либо поможет переехать. Иногда одновременно.
Он владел автомастерской в десяти минутах от дома и пах смесью кофе, бензина и дорогого парфюма.
— Если это снова твоя грустная музыка, я выброшу гитару в окно, — хрипло пробормотал он, заходя на кухню.
На подоконнике сидел Кирилл.
Конечно сидел.
Кирилл вообще выглядел так, будто родился в эстетике музыкального клипа.
Тёмные волосы падали на лоб.
Зелёные глаза постоянно смеялись.
Худой, жилистый, красивый какой-то опасной рокерской красотой.
На нём были чёрные домашние штаны и старая футболка группы, о которой никто кроме него не слышал.
Гитара лежала на коленях.
— Ты говорил это месяц назад, — лениво ответил он.
— Да. Но потом понял, что никто не купит музыку депрессивного енота.
Кирилл медленно поднял взгляд:
— А ты выглядишь как человек, которого избил диван.
— Он напал первым.
Дмитрий ткнул кнопку кофемашины с такой агрессией, будто техника лично испортила ему жизнь.
За кухонным столом сидел Лев.
В очках.
С ноутбуком.
И кружкой чая.
Он выглядел как студент элитного университета, который тайно может взломать Пентагон ради развлечения.
Стильный.
Собранный.
Слишком спокойный на фоне остальных.
— Ты опять спал в сервисе? — спросил Лев, не отрывая взгляда от экрана.
— Я медитировал.
— Лицом в мотор?
— Не мешай моему духовному развитию.
Кирилл тихо засмеялся.
Наверху хлопнула дверь.
Через пару секунд на лестнице появился Егор.
И Алекс невольно улыбнулся.
Потому что Егор очень старался выглядеть взрослым.
Слишком старался.
Серьёзное лицо.
Низкий голос по утрам.
Постоянное «я сам».
Но проблема была в том, что для семьи он всё равно оставался младшим.
Семнадцатилетний, высокий, худой парень в огромной толстовке Алекса выглядел одновременно взрослым и невозможно домашним.
— Ты опять украл вещи Алекса? — устало спросил Дмитрий.
— Я не украл.
— Да?
Егор невозмутимо открыл холодильник:
— Это называется совместное использование ресурсов.
— Господи, — пробормотал Кирилл. — Он разговаривает как маленький разведённый мужчина.
Егор закатил глаза:
— Мне семнадцать.
— Для нас тебе двенадцать.
— И это ваша проблема.
Лев едва заметно усмехнулся.
Алекс всё ещё стоял на улице, наблюдая за ними через окно.
И внутри неожиданно стало тепло.
Очень.
Потому что это было единственное место, где он ещё чувствовал себя человеком.
Не агентом.
Не оружием.
Не человеком, который постоянно врёт.
Просто старшим братом.
Он вернулся в дом тихо, почти бесшумно.
Первым его заметил Егор.
— Алекс.
И в его голосе сразу появилось что-то детское.
Несмотря на всё это показное «я взрослый».
Алекс потрепал его по волосам:
— Доброе утро, малыш.
— Не называй меня так.
— Тебе буквально семнадцать.
— Я почти взрослый.
Дмитрий фыркнул:
— Он вчера гуглил, можно ли умереть от энергетиков.
— Потому что ты выпил три банки подряд!
— И выжил как мужчина.
— Ты дрожал как чихуахуа, — сказал Кирилл.
— Это была сила внутри меня.
— Это был кофеин.
Все засмеялись.
Даже Лев.
И Алекс поймал себя на том, что впервые за долгое время просто слушает их голоса.
Без напряжения.
Без мыслей о работе.
Без желания проверить телефон каждые две минуты.
Пока Дмитрий вдруг не прищурился:
— Подожди.
Он ткнул пальцем в Алекса:
— Почему ты сегодня приехал так рано?
Повисла секунда тишины.
Алекс спокойно снял куртку:
— Соскучился.
— Нет, — сразу сказал Кирилл. — Что-то случилось.
— Почему вы все такие подозрительные?
Лев отпил чай:
— Потому что ты работаешь на самой мутной работе в Америке.
Егор сразу повернулся:
— Кстати да. Когда ты наконец скажешь, чем занимаешься?
Алекс усмехнулся:
— Я секретный миллионер.
— Судя по твоей квартире — нет, — ответил Дмитрий.
— Это стиль минимализм.
— Это стиль «я живу как серийный убийца».
Кирилл согнулся от смеха.
Алекс уже хотел ответить, когда вдруг нахмурился.
— Чёрт.
Все посмотрели на него.
Алекс медленно перевёл взгляд на духовку.
Дмитрий замер:
— Нет.
Кирилл поднял голову:
— О нет.
Егор принюхался:
— Пахнет…
Лев спокойно закрыл ноутбук:
— Смертью.
Алекс резко открыл духовку.
Изнутри повалил дым.
Повисла тишина.
Потом Дмитрий согнулся пополам от смеха:
— ГОСПОДИ, ОН СНОВА СЖЁГ ЛАЗАНЬЮ.
— Я поставил таймер!
— Да, — задыхаясь сказал Кирилл. — И потом ушёл философски страдать под дождём.
— Это была творческая прогулка.
— Это был поджог, — закончил Кирилл сквозь смех.
— Это была ошибка, — невозмутимо поправил Алекс, доставая противень из духовки.
— Ошибка — это забыть ключи, — заявил Дмитрий. — А это уже покушение на семью.
Из духовки всё ещё тянуло дымом и чем-то трагически сгоревшим.
Егор сидел на столешнице, смеясь так, что едва не уронил стакан с соком.
— Если честно, — сказал он, — выглядит так, будто ты просто ненавидишь тесто.
— Я нормально готовлю.
Все одновременно посмотрели на него.
Повисла тишина.
Потом Лев спокойно снял очки:
— Ты однажды сжёг воду.
— Это невозможно, — возмутился Алекс.
— Мы тоже так думали.
Кирилл уже буквально задыхался от смеха, уткнувшись лбом в плечо Дмитрия.
Дом снова наполнился шумом.
Тёплым.
Живым.
За окнами продолжал идти дождь, размывая огни маленького пригорода Розвуд-Хиллс — тихого, богатого района недалеко от Чикаго, где все знали друг друга, здоровались через заборы и обсуждали чужую жизнь лучше любой полиции.
Дом Волковых стоял чуть дальше остальных — большой, светлый, с широким крыльцом и старым клёном у дороги.
Мама когда-то сказала, что дом должен быть именно таким:
«Чтобы детям всегда хотелось возвращаться».
И они возвращались.
Даже Алекс.
Хотя уже несколько лет жил отдельно.
Официально — потому что его работа требовала постоянных разъездов и ненормированного графика.
Неофициально — потому что так было безопаснее.
Для них.
— Знаешь, — Дмитрий вытер глаза после смеха, — я всё ещё считаю, что тебе срочно нужна жена.
— Господи, началось, — простонал Алекс.
— Нет, серьёзно. Нам нужен человек, который будет проверять, выключил ли ты духовку.
— И научит тебя пользоваться сковородкой, — добавил Кирилл.
— И спасёт нас от пищевых отравлений, — спокойно вставил Лев.
Алекс поставил локти на стол и устало посмотрел на братьев:
— Почему вы ведёте себя так, будто мне семьдесят и я одинокий вдовец с пятью котами?
— Потому что тебе тридцать, — сказал Дмитрий. — А ты живёшь один, работаешь сутками и выглядишь так, будто спишь по два часа.
— Я нормально выгляжу.
— Нет, — вмешался Егор. — Ты выглядишь как главный герой грустного фильма.
— Спасибо, малыш.
— Не называй меня так.
Егор сразу нахмурился.
В свои семнадцать он отчаянно пытался выглядеть взрослым.
И, если честно, иногда у него получалось.
Высокий.
Худой.
С серьёзным взглядом.
Только вот вся семья продолжала относиться к нему так, будто ему двенадцать.
Особенно Алекс.
— Я вообще-то уже взрослый.
— Конечно, — кивнул Дмитрий. — Поэтому вчера ты психанул, когда мы съели твои хлопья.
— Потому что вы сожрали их за один вечер!
— Мужчина должен уметь делиться.
— Мужчина должен купить себе свои!
Кирилл рассмеялся:
— Вот. Уже семейный человек. Готов к ипотеке и нервным срывам.
В этот момент в кухню вошёл Владимир Волков.
И атмосфера сразу чуть изменилась.
Не из-за страха.
Из-за уважения.
Владимир был из тех мужчин, рядом с которыми люди автоматически выпрямляют спину.
Высокий.
Седина на висках.
Тяжёлый взгляд человека, который умеет быть опасным даже в домашней одежде.
На нём были тёмные спортивные штаны и старая футболка.
Но даже сейчас он выглядел так, будто способен голыми руками остановить драку в баре.
Он окинул кухню взглядом.
Дым.
Сыновья.
Сгоревшая лазанья.
И тяжело вздохнул:
— Иногда мне кажется, что ваша мать специально ушла раньше, чтобы не видеть этот цирк.
— Пап! — возмутился Кирилл.
— Я любя.
Владимир подошёл к кофемашине.
— Опять Алекс готовил?
— Они преувеличивают, — спокойно сказал Алекс.
— Нет, сын. Если еда начинает пахнуть как автомобильная шина — это уже проблема.
Дмитрий победно ткнул пальцем в старшего брата:
— Слышал?
Алекс закатил глаза.
Отец сделал глоток кофе и вдруг прищурился:
— Кстати… а чем сейчас занимается твой богатый бизнесмен?
Алекс едва заметно напрягся.
Всего на секунду.
Но Лев заметил.
Как всегда.
— Всё так же, — спокойно ответил Алекс. — Охрана, встречи, поездки.
— Звучит скучно, — сказал Егор.
Если бы.
На самом деле Алекс Волков не охранял никакого бизнесмена.
Никаких переговоров.
Никаких деловых поездок.
Только кровь.
Пули.
Люди, которых государство предпочитало стирать чужими руками.
И Алекс был одним из тех, кто это делал.
Семья не знала.
Не должна была знать.
— А этот твой миллионер вообще существует? — подозрительно спросил Дмитрий.
— Да.
— Тогда почему ты всё время выглядишь так, будто тебя морально избили?
— Потому что его работа — это охранять богатых идиотов, — сказал Кирилл. — Я бы тоже страдал.
— Или у него тайная семья, — добавил Дмитрий.
Егор сразу поднял голову:
— Если у тебя есть ребёнок, я тебя ударю.
Алекс усмехнулся:
— У меня нет ребёнка.
— Откуда нам знать?
— Потому что я бы заметил.
— Не факт, — пробормотал Лев.
Владимир внимательно смотрел на старшего сына поверх кружки.
Слишком внимательно.
Иногда Алексу казалось, что отец чувствует:
что-то не так.
Не понимает что именно.
Но чувствует.
— Ты мало спишь, — вдруг тихо сказал Владимир.
Алекс пожал плечами:
— Работа.
— Работа не должна убивать человека.
Если бы ты знал.
Телефон Алекса завибрировал в кармане.
Коротко.
Один раз.
Но этого хватило.
Внутри сразу всё собралось в тугой узел.
Работа.
Он медленно достал телефон и посмотрел на сообщение.
Новое задание.
Срочно.
На кухне всё ещё смеялись братья.
Егор спорил с Дмитрием.
Кирилл что-то играл на гитаре.
Лев пил чай и делал вид, что не слушает остальных.
Отец стоял у окна с кружкой кофе.
А Алекс смотрел на экран телефона и вдруг очень остро почувствовал:
он снова уходит туда, откуда каждый раз возвращается чуть другим человеком.
