Признание Киришимы

      Улица некогда оживленного города. В пыльной гуще сражения Бакуго и некоторые члены UA были разбиты попарно. Это была проработанная стратегия злодеев — разделить героев и нанести атаку. Вызвать массовые беспорядки и устранить «студентов», перед этим помешав учителям молниеносно среагировать и прийти на помощь, показав все слабости данного режима.       Другие же члены UA находились на приличной удаленности. Очевидная уловка, которая была понятна даже ребенку. Однако, понимая всю серьёзность ситуации, у героев нет другого пути – их задача: победить. И не важно по каким правилам они начнут играть. Главное: закончить всё в свою пользу. Задача героя среагировать даже в такой ситуации, когда злодеи – это не просто болванки. Другого от них и не ждут мирные граждане, которые так на них рассчитывают.       По счастливой случайности Бакуго оказался в стычке против сильного злодея, а его напарником выступал Киришима. Если рассматривать ситуацию с точки зрения «возможности работать в команде», то Киришима — это единственный верный кандидат на это дело, с которым Бакуго мог сражаться бок о бок. И здесь не идут последующие вопросы об отдаче во время битвы, разглагольствования о верности и преданности. Бакуго и Киришима сражались как единое целое, будто мысли их были связаны друг с другом сильнее любых слов. Речь идет о непоколебимом взаимоуважении и продемонстрированной ранее самоотверженности.       Картина была более чем зрелищная и поначалу всё развивалось в пользу героев. К несчастью, так, казалось, лишь на первый взгляд. Ребята очевидно не промахи. Будь перед ними обыкновенный злодей ранга “B”, то эта битва уже закончилась бы. Бакуго разил врага быстрыми выпадами, ловко уклоняясь, а Киришима — сильными, тяжёлыми ударами, защищая напарника от неожиданных нападений. Каждый раз, когда злодей пытался разъединить их, друзья будто угадывали намерения друг друга, вовремя смещаясь, обмениваясь короткими взглядами. Сплочённость двух друзей давала им преимущество. Вместе они были словно меч и щит, мобильность и танк: безупречно дополняли друг друга и ни на миг не теряли взаимной поддержки. Вся их жизнь, все прошлые тренировки и совместные приключения привели их сюда — в этот бой, где каждая секунда могла стать последней. Но они знали: вместе способны выдержать любое испытание.       Но, всё хорошее рано или поздно кончается.       Было понятно, что битва слишком затянулась, действие причуды Киришимы подходило к концу, а выносливость Бакуго давала осечки. Финал был близок. Фигура злодея возвышалась напротив — силуэт непоколебимости. Он словно собирал вокруг себя тени и страх. Злодею было нанесено несколько прямых атак которые удалось осуществить вначале битвы, когда злодей ещё только присматривался. Потом злодей изучил их собирательные образы и тактики и начал действовать с осторожностью, так как понял что он сделал поспешную ставку на то, что победить их будет не сложной задачей и это принесло свои плоды. Ребята были на пределе.       Мышцы Бакуго ныли от усталости, а дыхание вырывалось с мучительным свистом. Бакуго, бесспорно, силён, но у каждого есть свой предел и свои слабости. Атака, нанесенная накануне злодеем, вопила в области живота. Кровотечение было невозможно грамотно остановить на ходу. Плюсом было хотя бы то, что часть урона Киришима смог блокировать. Если бы у Киришимы была хоть доля секунды на размышления о чём-то кроме битвы, то он безусловно восхищался бы решимостью своего бро. Его поступки всегда говорят громче слов. Хотя пафосными фразочками Бакуго также не обделён, это подливало масло в огонь и выводило даже такого продуманного злодея из себя. Взгляд Кацуки твёрдый — он никогда не прячется за спинами других и ни разу не дрогнул.       Но с каждым ударом противник становился только увереннее, Бакуго и Киришима были мишенью для смертоносных выпадов. Каждый шаг, каждое движение выдавали опыт и силу врага. Бакуго проигрывал, хотя его воля ещё жила, но тело изнемогло. Он чувствовал: каждую искру надежды покрывает мрак, каждое движение становится тяжелее. В глазах врага отражалось жестокое предвкушение победы. Бакуго озлился, его ладони запылали ярче. Он отчаянно атаковал, создавая серию взрывов, но злодей был сильнее. Попытка Киришимы атаковать с тыла закончилась тем, что его накрыла волна темной энергии, лишив возможности защитить себя, его отбросило. Бакуго ещё пытался сопротивляться. Он едва держался на ногах, лицо искажено странной гримасой, но в глазах пылал огонь. Осознавая угрозу и понимая, что его силы вот-вот иссякнут, он процедил сквозь зубы:       — «Киришима, уходи в безопасное место! Я хочу сам с ним разобраться».       Ложь.       Голос Бакуго был полон решимости, намекая на то, что он не собирается умирать на поле боя. На лице появилась безумная улыбка. Неестественно растянутые губы, обнажающие слишком много зубов, и широко распахнутые, не моргающие глаза. Но ситуация со стороны выглядела совсем иначе..Киришима видел эту рану, видел сбившееся дыхание, кривые попытки атаковать ранее, эту сочащуюся кровь..       — «Бакубро, ты сдурел!?»       Но прежде, чем он успел что-либо ещё сказать, злодей сделал роковой выпад — и Бакуго, ослабленный ранением, не смог увернуться. В одно мгновение он рухнул на землю, потеряв сознание. Киришима незамедлительно бросился к нему.       В это время издалека раздались крики: прибыли учителя на помощь. И вот они оказались рядом — кто-то бросился на злодея, кто-то бежал на помощь раненным. Злодея смогли обезвредить. Киришима отчаянно боролся за жизнь друга, не обращая внимания на собственные ранения. Один из прибывших героев подал ему бинты и помог наложить временную повязку. Повисла тревожная тишина — Бакуго лежал без сознания, но теперь, благодаря помощи героев, всё будет хорошо.       — «Всё будет норм, Бакуго. Я обещаю, — прошептал Киришима, не отпуская руку друга. — Я рядом. Ты обязательно справишься…»       Жалкий.       Для Киришимы сейчас важнее всего было лишь одно: чтобы его Бакуго выжил.       Спецмашина с мигалками быстро подоспела, внутри лекари делали всё возможное: измеряли давление, останавливали кровотечение, капали необходимые препараты. Несмотря на собственные раны, Киришима сидел рядом с Бакуго, не отрываясь смотрел на его бледное лицо и не отпускал руку друга. Бакуго оставался без сознания, его дыхание было неглубоким, а кислородная маска скрывала часть его лица. Киришима терзал себя тревожными мыслями — на секунду вспоминал, как Бакуго просил его уйти, и испытывал мучительное чувство вины за то, что не смог предотвратить тяжёлые раны друга. Он должен был сделать больше.. приложить больше усилий. Он чувствовал, как собственная рука дрожит от напряжения и усталости, но главное сейчас было — остаться рядом.       Врачи поспешно переместили их в сортировочную палату. Киришиму отправили залечить многочисленные раны и ушибы. Но Киришима не мог думать ни о чем другом — он всё время спрашивал дежурную медсестру о состоянии друга, терзался воспоминаниями о битве и всё надеялся услышать обнадеживающую новость. Киришима хотел мгновенно ворваться к другу, если тому потребуется поддержка, о которой он никогда не скажет вслух.        «Если бы я мог..» — думал он, сжимая руки до боли.       Бесполезный.