Ты жив.

      Холодный ветер прошёлся по небольшому периметру комнаты. Здесь не горел свет, лишь луна освещала небольшое пространство от подоконника, где сидел парень, до стены напротив.       Сколько времени он сидит там, никто не знает. Эдди помнит только как проснулся от очередного кошмара и открыл окно, чтобы проветриться, хоть немного.       Осенняя прохлада заставляла мурашки бежать по коже, но приводила в чувства, и со временем руки переставали трястись, а слёзы высохли.       Где-то со стороны кровати послышалось тихое мычание, а после показалась макушка Харрингтона с растрёпанными волосами, торчащими в разные стороны.       — Эдди? — хриплым голосом, с небольшим надрывом, тихо спросил Стив, не нащупав его рядом в кровати.       Он поднялся и чуть поёжился из-за резкой смены температуры. Все-таки под одеялом было намного теплее.       — Эдс, ты чего тут сидишь? Заболеешь же.       Мансон смотрел в сторону пустой улицы, на которой никого не было, всё ещё пребывая в своих мыслях. Сон выглядел слишком реалистично, и теперь всё вокруг казалось нереальным.       — Эдс? — Стив подошёл поближе, на его лице читалось беспокойство. Взгляд метнулся в точку, куда смотрел парень и вернулся обратно— Хороший мой, ты чего? — ещё тёплая рука легла поверх худой кисти хозяина комнаты. — Всё в порядке?..       Прошло ещё секунд тридцать, прежде чем парень пришёл в себя.       — Что? — не понимая, как Стив так тихо подошёл, спросил он. — Я тебя разбудил? Прости, пожалуйста... — Он виновато опустил лицо вниз, на то, как Харрингтон сплёл их пальцы вместе и чуть сжал.       — Всё хорошо. У тебя снова кошмары?       Эдди не ответил.       Каждый раз, каждую ночь, ему снится одно и то же: его смерть. Он просыпается в холодном поту, идёт к окну и сидит так почти до самого утра, пока комнату не осветят первые лучи солнца, говорящие о том, что наступил новый день и он жив.       — Ты же знаешь, я тут, с тобой. Почему не разбудил?       Когда Стив рядом, кошмары ненадолго стихают. Их либо нет, либо они приходят раз в несколько дней, как страшное напоминание о прошлом.       — Прости.       — Тебе не за что извиняться... Налить тебе твоего любимого чаю? А потом...              — Нет, — резко отрезал Эдди, поднимая голову. — Не уходи, — добавил он уже чуть тише, почти умоляюще.       Стив знал этот взгляд.       — Хорошо, я не уйду. Но и тут мы оставаться не будем. — Осмотрев комнату в поисках ночника, взгляд его остановился на старой лампе, что пылилась в углу. — Давай мы переместимся на кровать, и я включу свет и закрою окно или хотя бы прикрою его на режим проветривания. Договорились?       Мансон будто только сейчас осознал, что окно всё ещё открыто, поёжился.       — Да... — сказал он, спускаясь на пол.       Он держал Стива за руку до последнего. Пока тот закрывал окно, пока доставал лампу и включал её, пока вёл его до кровати. Парень не отпускал её даже в кровати, прижавшись поближе, боясь, что тот может просто исчезнуть, а всё это окажется неправдой.       — Я рядом, Эдс. Я никуда не уйду и не дам тебе пропасть. Всё хорошо, — успокаивающе говорил Харрингтон, поглаживая того по спине. — Буди меня, если что. Я напомню тебе, что ты жив.