Интервью

Пресс-конференции Мстителей всегда были для Стива Роджерса одним из самых неприятных и выматывающих мероприятий, к которым его регулярно вынуждала жизнь героя. Слишком много шума, слишком много вспышек камер, слишком пристальные взгляды журналистов и, разумеется, неизменно слишком много Тони Старка, который никогда не упускал возможности превратить любое серьёзное событие в шоу. — Расслабься, Роджерс, — тихо шепнул Тони, пока зал постепенно заполнялся журналистами и техникой. — Ты выглядишь так, будто тебя сейчас не на интервью привели, а на судебное разбирательство. — Это почти одно и то же, — сухо ответил Стив, даже не повернув головы. Наташа, сидевшая рядом, едва заметно усмехнулась, наблюдая за их привычной перепалкой. Интервью началось относительно спокойно. Журналисты задавали стандартные вопросы о последних миссиях, о восстановлении Нью-Йорка после очередных разрушений и о повседневной работе Мстителей. Стив отвечал сдержанно, стараясь сохранять привычную собранность, хотя внутри уже ощущал знакомое напряжение от внимания десятков объективов. Однако спокойствие продлилось недолго. Один из вопросов, заданный с подчеркнутой вежливостью и интересом, изменил атмосферу в зале почти мгновенно. — Капитан Роджерс, — с лёгкой улыбкой произнесла журналистка, — скажите, у вас вообще остаётся время на личную жизнь? Стив на секунду замер, моргнув, словно пытаясь понять, действительно ли этот вопрос прозвучал вслух. Тони тут же повернул к нему голову, а Наташа едва заметно напряглась, потому что такие темы всегда превращались в проблему. — Ну… — осторожно начал Стив, подбирая слова. — Иногда это получается. Журналистка сразу оживилась, почувствовав почву. — То есть сейчас в вашей жизни есть кто-то особенный? В этот момент Стив задумался лишь на короткое мгновение, почти незаметное, но именно оно и стало роковым. Он сам не понял, как ответ сорвался с губ раньше, чем разум успел его остановить. — Да, мой парень постоянно говорит, что я слишком много работаю. В зале повисла абсолютная, оглушающая тишина. Тони замер с чашкой кофе у рта, явно пытаясь осознать услышанное. Наташа медленно закрыла глаза, словно заранее смиряясь с тем, что сейчас начнётся хаос. Где-то в стороне оператор тихо выдохнул: — О боже… Стив же понял, что именно сказал, лишь спустя пару секунд, и в тот же момент его лицо заметно побледнело. — Простите… ваш парень? — переспросила журналистка, уже не скрывая удивления. — Я… — начал Стив, но Тони тут же перебил его, уронив лицо в ладонь. — Уже поздно, Роджерс. Журналисты начали одновременно переговариваться, перекрикивая друг друга, и уже через несколько секунд зал наполнился вопросами, выкриками и вспышками камер. — Капитан Америка встречается с мужчиной?! — Кто он?! — Как давно это продолжается?! Стив выглядел так, будто готов был немедленно исчезнуть через ближайшее окно. — Следующий вопрос, — быстро и жёстко произнесла Наташа, пытаясь вернуть контроль над ситуацией. Но было слишком поздно. Телефон Тони завибрировал, и он, едва взглянув на экран, не смог сдержать смех. — О нет… — простонал Стив. — Только не это. Тони показал экран. Сообщение было от Брока Рамлоу. «Он серьёзно только что признался в этом на национальном телевидении?» Следом пришло второе: «Передай ему, что я им горжусь». Стив мгновенно напрягся. — Не смей это читать вслух, — прошипел он. — Поздно, — с явным удовольствием ответил Тони. И он зачитал сообщение так, что его услышал весь зал. Эффект был мгновенным: пресс-зал взорвался шумом, камерами, криками и вспышками. — ВЫ ВСТРЕЧАЕТЕСЬ С БРОКОМ РАМЛОУ?! — КОМАНДИРОМ Щ.И.Т.?! — ЭТО ПОДТВЕРЖДЕНИЕ?! Стив медленно осел в кресле, явно теряя последние остатки самообладания. Телефон продолжал вибрировать без остановки. — О, он продолжает… — Я убью тебя, Старк, — устало произнёс Стив. Но Тони уже читал новое сообщение: «Скажи им ещё, что Стив таскает мои толстовки». Зал буквально взорвался смехом и криками умиления. — Прекратите, — почти простонал Стив, закрывая лицо рукой. Следующее сообщение только ухудшило ситуацию: «И что он засыпает на мне во время фильмов». Теперь даже операторы не пытались сдерживаться. Стив медленно сполз ниже в кресле, ощущая, как рушится всё его самообладание. И в этот момент двери пресс-зала открылись. Все мгновенно повернулись. На пороге стоял Брок Рамлоу. Спокойный, уверенный, с кофе в руках и абсолютно довольной, почти ленивой улыбкой. — Ну что ж, — произнёс он, проходя внутрь, — раз уж ты всё сам рассказал… В зале снова наступила тишина, но уже совершенно другого характера — напряжённая и ожидательная. Стив поднял на него взгляд. — Почему ты здесь? Брок спокойно поставил перед ним стакан кофе. — Мне стало интересно, как именно ты умудрился признаться всей стране, что у тебя есть парень. Я, кажется, увидел только финал. Тони, едва сдерживая смех, тут же вмешался: — Он просто сказал: «мой парень». — Тони… — А потом чуть не умер от смущения прямо у нас на глазах. Журналисты смеялись и продолжали снимать, превращая происходящее в настоящее шоу. Стив устало провёл рукой по лицу. — Можно я просто уйду? — Нет, — одновременно ответили Тони и Наташа. Одна из журналисток подняла руку: — Мистер Рамлоу, сколько времени вы уже вместе? — Семь месяцев, — спокойно ответил он. Стив резко повернулся к нему. — Тебя никто не просил отвечать! — А ты совершенно не умеешь врать под давлением, — спокойно парировал Брок. — Потому что я не вру! — Именно. Зал снова взорвался эмоциями. Следующий вопрос прозвучал почти криком: — Кто признался первым? — Он, — одновременно ответили Стив и Брок. И этого оказалось достаточно, чтобы публика окончательно потеряла контроль. Стив медленно уронил голову на стол, будто окончательно потерял последние силы сопротивляться происходящему. Наташа Романофф рядом с ним даже не пыталась изображать сочувствие — она спокойно наблюдала за ситуацией с тем выражением лица, которое обычно появляется у человека, давно привыкшего к хаосу. — Честно? — произнесла она, лениво скрестив руки. — Ты сам виноват. Стив даже не сразу поднял голову. — В чём?! Наташа чуть наклонила голову, будто объясняла очевидное. — В том, что встречаешься с человеком, который получает удовольствие от твоих страданий. — Это правда, — довольно спокойно согласился Брок Рамлоу, стоящий рядом так, будто речь вообще не о нём. И именно в этот момент из задних рядов пресс-зала кто-то громко выкрикнул: — МИСТЕР РАМЛОУ, А КАПИТАН РОДЖЕРС РЕВНИВЫЙ?! Стив медленно выпрямился, уже заранее понимая, что ответ ему не понравится. — Боже… — выдохнул он. Брок задумчиво наклонил голову, словно действительно обдумывал вопрос. — Очень. — БРОК. — Что? — невозмутимо ответил он. — Ты однажды чуть не сломал кружку, когда бариста назвал меня «красавчиком». На долю секунды в зале наступило полное, абсолютное затишье, как перед взрывом. А потом реакция накрыла всех одновременно. Тони Старк согнулся пополам от смеха, не в силах удержаться. Наташа уже даже не пыталась скрывать улыбку, наблюдая за тем, как рушится репутация Капитана Америки прямо в прямом эфире. Стив же выглядел так, будто всерьёз рассматривал возможность добровольно сдаться любой известной злодейской организации — лишь бы только это закончилось. Журналистка в первом ряду едва смогла выдавить, задыхаясь от смеха: — Капитан Америка… ревнует?.. Брок кивнул абсолютно серьёзно, без тени сомнения: — Ещё как. — Я НЕ— — начал Стив, но его тут же перебили. — Роджерс, — спокойно добавил Брок, — ты буквально сказал: «Он вообще-то со мной». Эта фраза добила зал окончательно. В пресс-зале кто-то закричал от восторга, камеры вспыхнули с новой силой, а журналисты окончательно перестали пытаться сохранять профессионализм. И хуже всего для Стива было то, что Брок выглядел абсолютно довольным собой, будто происходящее было не катастрофой, а идеально спланированной операцией. — Нет, серьёзно, — сквозь смех сказал один из журналистов, — мы вообще можем вернуться к вопросам про Мстителей? — Уже нет, — радостно ответил Тони. — Теперь это романтическая комедия. Стив медленно поднял голову со стола, выглядя так, будто прошёл через полноценную моральную войну. — Я вас всех ненавижу. — Неправда, — лениво сказал Брок, стоя рядом с ним так уверенно, будто занял своё законное место. — Меня ты любишь. Весь пресс-зал дружно взвыл от этого обмена фразами. — ОНИ НЕВЫНОСИМЫ! — Я ОБОЖАЮ ИХ! — ЭТО ЛУЧШИЙ ДЕНЬ В МОЕЙ ЖИЗНИ! Стив на секунду замер, а потом снова опустил голову, уже даже не пытаясь сопротивляться происходящему. И именно в этот момент телефон Брока завибрировал. Он спокойно посмотрел на экран и едва заметно усмехнулся. Стив тут же напрягся. — Что там? — Роллинс. — …Почему у тебя такое лицо? — СТРАЙК смотрит интервью. Зал моментально оживился. Тони Старк тут же наклонился вперёд: — ЧИТАЙ ВСЛУХ. — Нет, — устало сказал Стив. — Да, — спокойно ответил Брок и открыл сообщение. — «Командир, мы только что видели, как Капитан Америка смотрел на вас после фразы про ревность», — прочитал он. В зале послышались смешки. Следующее сообщение он зачитал уже с явным удовольствием: — «Это был самый влюблённый взгляд, который я видел в жизни». Стив мгновенно закрыл лицо руками. Но Брок не собирался останавливаться. — «Дженкинс плачет». Пресс-зал буквально рухнул от смеха. — У них там истерика?! — Конечно, — спокойно ответил Брок. — Они слишком долго ждали официального подтверждения. Стив тихо простонал, не поднимая головы: — Почему все вокруг превратили наши отношения в национальный праздник… — Потому что ты Капитан Америка, — спокойно заметила Наташа. — А ещё потому что Рамлоу смотрит на тебя так, будто готов начать войну за право подержать тебя за руку. На секунду в зале повисла тишина. — Не вижу проблемы, — пожал плечами Брок. И журналисты взорвались ещё громче. Тони Старк уже почти лежал на столе от смеха: — Господи, они реально созданы друг для друга… И именно в этот момент одна журналистка, красная от смеха, подняла руку: — Последний вопрос! Стив медленно поднял голову. — Что ещё?.. Она глубоко вдохнула: — Кто из вас первым сказал: «я тебя люблю»? Стив: — Нет. Брок: — Он. И пресс-зал окончательно перестал существовать в привычном смысле. Журналисты кричали, камеры щёлкали без остановки, а воздух буквально дрожал от шума. Стив снова уронил голову на стол, окончательно смирившись с реальностью. — Я вас всех ненавижу… — глухо пробормотал он. — Неправда, — спокойно повторил Брок. — Меня ты любишь. И хуже всего было то, что в этот момент уже никто в зале не сомневался, что это правда. Стив Роджерс сидел абсолютно неподвижно. Он не двигался, не моргал, даже, казалось, перестал дышать — как будто если замереть достаточно сильно, то происходящее просто откатится назад и исчезнет само собой. Но ничего не исчезало. Наоборот — шум только нарастал, превращаясь в сплошную волну голосов, вопросов и выкриков, где уже невозможно было разобрать отдельные слова. — Всё, — выдохнул Тони Старк, откидываясь назад с выражением человека, который только что стал свидетелем исторического события. — Это официально моя любимая пресс-конференция за всю историю человечества. Наташа Романофф спокойно сделала глоток воды, словно вокруг не рушился медийный мир. — Я же говорила, — невозмутимо заметила она, — эти двое однажды устроят катастрофу. — Это не катастрофа, — лениво отозвался Брок Рамлоу, как будто происходящее его абсолютно не касалось. Стив медленно повернул к нему голову, в его взгляде смешались усталость, неверие и тихая обречённость. — Ты сейчас серьёзно? — Абсолютно, — спокойно подтвердил Брок. Стив на секунду закрыл глаза и снова уронил голову на стол, будто это был единственный доступный способ выживания. — Господи… Где-то в зале один из журналистов почти со слезами на глазах выдохнул: — Они даже не пытаются быть менее милыми… — Не умеют, — тут же вставил Тони, не скрывая удовольствия. В этот момент телефон Брока снова завибрировал. Он даже не спешил — просто мельком посмотрел на экран, хмыкнул, и этого оказалось достаточно, чтобы Стив мгновенно напрягся. — Кто теперь? — устало спросил он. — Всё тот же СТРАЙК. — Нет. — Да. Брок открыл чат и, не торопясь, зачитал сообщение вслух: — «Командир, агент Дженкинс утверждает, что вы сейчас смотрите на Роджерса так, будто хотите его поцеловать прямо перед камерами.» В зале повисла пауза. Не короткая. А та самая — плотная, опасная, почти физически ощутимая. И в эту секунду все в зале действовали синхронно: головы одновременно повернулись к Броку, затем к Стиву, затем снова к Броку. Тони Старк даже перестал дышать. — Даже не думай, — мгновенно произнёс Стив, уже заранее понимая, куда всё идёт. Брок чуть наклонил голову, словно действительно обдумывал вариант. — Хм. — Брок. — Что? — Я тебя знаю. — И всё ещё любишь. — К СОЖАЛЕНИЮ. Где-то в толпе снова раздался тихий стон умиления, который быстро утонул в нарастающем шуме камер и голосов. И именно тогда одна журналистка из первого ряда почти шёпотом сказала: — Боже… они реально как женатая пара. И на этот раз никто не нашёлся, что возразить. Брок сделал шаг ближе. Медленно. Спокойно. Уверенно — так, будто весь зал перестал существовать. Тони Старк резко схватил Наташу за руку. — ОН СОБИРАЕТСЯ ЭТО СДЕЛАТЬ. — Ага, — так же спокойно подтвердила она. Стив поднял голову. — Брок, не— Но договорить он не успел. Потому что Брок Рамлоу уже наклонился, взял его за подбородок и поцеловал прямо перед всеми камерами — коротко, уверенно, так, будто это было самым естественным действием в мире. И на мгновение всё действительно замерло. А потом мир взорвался шумом, вспышками и криками так резко и громко, что казалось — само здание не выдержит.