Кладбищенское никогда и иногда

Теплый летний вечер. Вокруг звучат сверчки и цикады. Солнце уже собирается зайти за горизонт, сейчас, наверное, было пол девятого вечера. Саша разгуливал вокруг по их небольшому городку, просто наслаждаясь теплой погодой. Одетый более легко, чем обычно, он даже чувствовал себя не как в аду, хотя и было немного душно. Тепло... Спокойно и вокруг так красиво. Ему нравилось ходить и вспоминать давние дни, когда он ребенком бегал по этим улицам, таким же тёплым вечером, и цикады стрекотали также, и было также хорошо и спокойно. Когда он так ходил, ему даже иногда казалось, что мало что изменилось с того времени. Ну, только теперь он частенько оглядывался, в легком испуге смотря, не стоит ли уже начинать бежать, если он вдруг наткнётся на местных гопников. Вот же ж людям неймётся иногда. Двадцать пятый год на дворе, а люди всё никак не поймут, что за внешний вид доставать людей - это как-то зашкварно. Вот чем он им мешает? Если уж так глаза мозолит, то пусть просто не смотрят! Саша пнул камень на дороге. Эти люди его раздражали. Зато они натренировали его хорошо бегать. И выбирать обувь поудобнее... Да, в твержайших сапогах на огромной платформе нормально не поубегаешь... Еще и один пункт к их придиркам, че как пидорас ходит на своих ходулях. Парень направился в сторону дома, подошва его черных берцев скрипела по асфальту частично раздробленной дороги. Мимо по дороге находилось кладбище. Заросшее деревьями, огражденное низким, по колено, витиеватым забором из какой-то черной железки, дорожка была старой, наверное, ее так давно не меняли и не чинили, что, наверное, она до сих пор помнит шаги людей, проходивших здесь лет сорок или пятьдесят назад. Саша замер у этого заборчика, рассматривая деревья и старые надгробия. Это было очень даже интересно. Рассматривать чёрно-белые фотографии, читать имена этих людей... У этого кладбища даже была какая-то своя эстетика. Шурх. Что-то пролетело где-то в глубине кладбища. Сова? Скажите, что сова! Парень, не задумываясь, переступил границу асфальта на кладбищенскую дорожку. Он быстро, стараясь не шуметь, пошел туда. Сова, сова, сова. Или филин? Он любил смотреть на птиц, а сов так редко увидишь! Вот, осталось несколько метров до того места, и...! Бабах, в его голове прострелила резкая, тупая боль, словно кто-то ударил его в затылок чем-то твердым. Саша даже не успел обернуться, как почувствовал, что падает вниз, прямо лицом в землю. Всё вокруг потемнело. Темно. Странно. Почему ему так неудобно спать? Он что, свалился с кровати во сне? Почему так холодно? Кто там ходит? Он не узнает их голоса. Саша медленно выплывал из темноты, мысли были разрозненными и непонятными, как после дневного сна. Первое, что он почувствовал, это сухая земля под щекой. Затылок болел нещадно, и, почему-то, шея. Были слышны чьи-то незнакомые всхлипы где-то внедалеке. Он открыл глаза. Уже почти стемнело. Он до сих пор лежал где-то на тропинке на кладбище. Саша приподнялся на локтях, заскрипев. Он медленно сел, чувствуя что-то не то на своей шее. В нескольких рядах от него стояли два человека рядом с могилой. Фух, это не за ним. Но что это было? Он дотронулся до своей шеи, чувствуя там запекшуюся кровь. Странная какая-то ранка... Парень встал, слегка покачнувшись, а потом повернулся медленным движением, краем глаза замечая, что люди, стоявшие у могилы, как-то странно на него смотрели. Наверное, решили, что он наркоман. Ну и черт с ними, его по башке кирпичом, наверное, пришибли, как он еще должен выглядеть? Саша поторопился к выходу. Явно тот кирпич был не к добру. Сова бы не стала врезаться ему прямо в затылок, еще и с силой кирпича. Надо домой, поскорее. Ой! Он вдруг осознал, что нужно проверить карманы. Зачем-то же его вырубили... Он быстро зашарил по карманам штанов, проверяя, всё ли на месте. Телефон, пару бумажек.. Так.. Всё на месте и даже пятитысячник одной купюрой не тронут. Наверное, этот человек испугался тех пришедших гостей, не успев даже проверить его карманы... Вот же ж, повезло. Уф. Он шел дальше по дороге уже выйдя с кладбища. Кончики его пальцев и ноги странно немели, а в голове слегка покалывало. Только бы не что-то серьёзное... А если у него сотрясение? Или тот человек ему еще и что-то вколоть успел? Надо домой, скорее домой! Не хватало ему ещё на дороге свалиться на ночь глядя! Ранка на шее начала чесаться, словно от комариного укуса, но он даже трогать ее боялся. Вот, он уже спустился чуть ниже по дороге! Совсем скоро он уже будет дома! Может, позвонить маме?.. Ой, что она может сказать. Чуть позже, если совсем плохо станет... Саша подошел к калитке и открыл ее, заходя во двор. Он дрожащими руками закрыл ее обратно и почти побежал домой. Такое чувство, что у него еще и лихорадка начнется. Да что происходит! Он, даже не снимая обувь, побежал в туалет рассматривать рану. Саша включил свет и посмотрел в зеркало. Чё. Ебать. Что это. Он покачнулся, схватившись руками за раковину, пялясь на рану не моргая. Вся его шея пятном от этой ранки покрылась каким-то странным, светлым, слегка желтоватым цветом, уже заходя на подбородок. Сама рана выглядела как знакомый всем вампирский укус. Ебать. Похоже он наткнулся на какого-то помешанного, который еще и действительно вколол ему что-то. Саша рывком снял рубашку и начал промывать рану, каждое касание к которой приводило к появлению глухой боли, которая расползалась по всему обесцвеченному пятну. Его слегка потряхивало, а в мыслях была путаница. Он умрет? Ебать, он умрет? Надо что-то сделать, надо кому-то позвонить. Маме.. или в скорую! Он выключил воду и вцепился в раковину. Его мутило, а перед глазами всё плыло. Ему стало трудно дышать. Парень попытался выйти из комнаты, добраться до выложенного из кармана телефона, но перед глазами начали расплываться черные пятна как только он повернулся к двери. Он медленно сел на пол.