Откуда не ждали

Закат в тот вечер выдался невероятным. Плотные оранжевые лучи плавились на старых, выцветших кирпичах и слепили, отражаясь в уцелевших осколках окон заброшенной больницы. Мира и Лера сидели прямо на щербатом бетонном подоконнике, глушили теплое пиво и взахлеб хохотали, то и дело хватая друг друга за плечи, чтобы не упасть в приступе пьяного смеха. Наконец Лера, отсмеявшись и утерев выступившие слезы, дружески пихнула его локтем и со звонким хрустом смяла жестяную банку. -А-а... Дружище! Чуть не забыла. Помнишь Риту? Мира сделал очередной глоток и кивнул. Тихое “угу” глухо отозвалось в полупустой банке. Риту, жену Лериного старшего брата Вовки, сложно было забыть. При первой встрече она показалась ему удивительно уютной: мягкий голос, густые русые волосы и какая-то врожденная нежность в каждом движении. К тому же она крутилась в бьюти-сфере и когда-то даже училась на курсах у мамы Миры, которая с удовольствием раскрывала ей профессиональные секреты за полцены. -Помню, конечно. А что? -Короче, ей нужна модель на чистку лица. Она сейчас очередные курсы заканчивает по косметологии. Руку набить хочет, тренируется на своих. Мира тоже смял жестянку и посмотрел на подругу. Её пьяное лицо вдруг показалось ему совершенно серьезным. К косметологам он никогда не ходил, но почему-то эта идея вообще не вызвала у него внутреннего отторжения. В его личной классификации ужасов косметология стояла где-то бесконечно далеко от медицины. -Да без базара, вообще изи. -Серьезно?- Лера удивленно вскинула брови. Слегка нетрезвая мимика делала её лицо уморительным. -Я тут, вообще-то, целую защитную речь готовила. Хотела расписать, что косметологи бывают разные, а наша Рита - она вообще не про больницы. Она по масочкам там, кремам... А ты так легко согласился. Но я рада, спасибо! -Да я понял. Она ближе к моей маме, чем к Сане. А уж быть моделью у мамы я с детства привык, -Мира метким броском отправил банку в ближайшие кусты. -Маякни тогда, когда и куда приходить. -Кайф! Звякну ей сегодня. Если что, сама за тобой заеду. *** Через несколько дней Лера забрала Миру из дома, усадила на свой мотоцикл и повезла домой к брату, где Рита организовала себе рабочий кабинет. Они остановились перед частным домом и поднялись по красивой кованой лестнице сразу на второй этаж. У входа приветливо подмигивала стильная неоновая вывиска, а из-за двери тянуло нежным лавандовым ароматом. Первым на звук открытой двери выскочил Вова. Мира едва узнал его, скрывшегося за копной густых длинных волос, выкрашенных в черный, в безразмерных джинсах и тяжелых берцах, которые все же были аккуратно обмотаны в бахилы. -Здарова, малышня.-бросил он, пожимая руку Мире и мимолетно хлопнув сестру по плечу.-Бусинка уже ждет вас. Бахилы тут.-он указал пальцем на коробку у кабинета и быстро вышел за дверь, не оборачиваясь, и застучал платформами по лестнице. -Он… Изменился…-заметил Мира, натягивая бахилы. -Это на него новый альбом твоего бати повлиял. Спасибо ему огромное лично от меня передай. Сколько я ему не талдычила о том что быть неформалом круто, на него не действовало, а тут здрасьте!-ухмыльнулась Лера, вешая косуху на крючок и пристраивая шлем на полку. В самом кабинете было тепло и очень светло. Рита, облаченная в симпатичный фиолетовый костюм, возилась у столика. Заметив гостей, она просияла своей фирменной, обезоруживающей улыбкой. -Приветик! Проходите, безумно рада вас видеть, -она кивнула в сторону мягкой косметологической кушетки. -Устраивайся, Мик. Дай мне буквально минутку. Она тут же упорхнула к раковине мыть руки и натягивать перчатки. Мира кинул быстрый, чисто рефлекторный взгляд на лоток с инструментами и, не заметив там ничего потенциально опасного, спокойно лег, уставившись в потолок. Кабинет Риты сильно отличался от кабинета его мамы в ее салоне, но в нем также было что-то родное, совсем не страшное, не связанное с болью. Лера уютно устроилась в кресле с журналом, начиная закидывать подругу вопросами. Рита села на стул у головы Миры и включила лампу. Её свет мягко залил лицо Миры, но, вопреки его ожиданиям, он не ослеплял, а скорее создавал вокруг кушетки уютный кокон. Рита работала плавно: послышался мелодичный звон стеклянных флаконов, запах лаванды смешался с легким ароматом дорогого очищающего молочка. -Ну, рассказывай, -Лера перевернула страницу глянцевого журнала, даже не глядя в него. -Че с брательником случилось? Он реально решил дотянуть волосы до лопаток или это временный кризис из-за нового альбома? Рита тихо засмеялась, нанося на лицо Миры прохладный гель. Её прикосновения были уверенными и нежными - совсем как у его мамы, когда та тестировала новинки из своего салона или проводила очередное обучение. -Ой, не спрашивай, -Рита аккуратно распределяла средство по коже. - Он теперь скупает все маски для роста волос, которые попадаются, целая гора уже в ваннной. Вчера вообще заявил, что ему срочно нужен цвет “вороньего крыла”, и попросил меня его покрасить. Я говорю: “Вов, я косметолог, а не колорист!”, а он мне: “Ты профессионал, ты справишься”. В итоге полвечера отмывали ванную от черных пятен. Мира слушал их болтовню, прикрыв глаза. Гель приятно холодил щеки, прогоняя остатки мимолетного беспокойства и расслабляя мышцы. В этой комнате не было белых стен, стерильного холода и того самого медицинского напряжения, от которого у него обычно сводило челюсть. -А курсы как? -продолжала Лера. -Сильно гоняют? -Гоняют прилично,-Рита взяла мягкие спонжи и начала смывать очищающее средство. -Но мне нравится. Это ведь не только кремы и маски, там же анатомия лица, лимфоток... Но сегодня у нас классика. Мик, я сейчас нанесу разогревающий гель под пленку, надо чтобы поры открылись. Может немного припекать, не пугайся. -Ага, - отозвался Мира. Ему с детства нравилось это состояние - быть “идеальной моделью”. Пока Рита возилась с пленкой, он ощущал себя почти героем: лежит тут, в самом логове красоты, и даже не вздрагивает. Лера усмехнулась, наконец отложив журнал и переводя взгляд на друга. -Мир, ты там не уснул под Ритиными сказками про Вовку? -Я в нирване, -честно признался Мира,-Пока что. Рита накрыла его лицо теплым полотенцем поверх пленки. Тепло моментально окутало всё лицо, и Мира окончательно расслабился. Рита и Лера продолжали обсуждать какие-то общие темы: общих знакомых, новые кафе в центре, планы на лето. Их голоса сливались в приятный фон. Мире казалось, что он просто зашел в гости к друзьям, а всё, что происходит с его лицом - это просто часть их посиделок. -Так, -через десять минут голос Риты стал чуть более сосредоточенным. -Пора приступать к основному. Мик, сейчас буду чистить. Местами может быть неприятно, я постараюсь минимизировать, оки? Если станет совсем невмоготу - говори, хорошо? Мира только коротко кивнул. Он был готов. Рита сняла пленку и взяла петельку. Началась работа. Она методично проходилась по подбородку и крыльям носа. Особенно неприятно было над губой, но Мира стоически терпел. Ни одна мышца на его лице не дрогнула. Лишь зубы сжимались отвлекая от неприятного давления. -Какой ты молодец, - тихонько восхитилась Рита, сосредоточенно давя пальцами особенно противный, глубокий камедон, засевший на щеке. -Вовка бы уже на потолок полез, он у меня жутко нежный. А ты просто умничка. Все бы так терпели. Камедон несмотря на все усилия Риты, которая старательно давила его и пальцами и лопаточкой, оставался тверд в своей позиции остаться на месте. -Вот же зараза… - шёпотом притворно возмутилась Рита. Она была совершенно расслаблена: её голос звучал мягко, почти уютно. Она на время отвлеклась, позволив Мире ненадолго расслабиться, и начала копаться в одном из своих ящиков. Послышался сухой звук выдвижения, а затем - методичное, звонкое в тишине кабинета шуршание плотной стерильной упаковки. Мира не открывал глаз. Его бдительность окончательно уснула в этом облаке лавандовой нежности. -“Это просто салфетка”, - лениво думал он. -“Или новый спонж”. Рита продолжала что-то напевать себе под нос, какая-то легкая мелодия из радио, и это окончательно убедило его: он в безопасности. Это не кабинет. Это просто место релаксации. -Сейчас, Микусь, секундное дело, -Рита ласково коснулась его щеки, второй рукой поправляя лампу. Её движения были легкими, порхающими. -Тут просто корень глубоко, надо ему чуть-чуть помочь… Мира почувствовал, как её пальцы в перчатках привычно растянули кожу на щеке. Он ожидал очередного нажатия, к которому уже привык, но вместо тупого давления металла последовало нечто иное. Резкое. Тонкое. Ледяное. Это не было давлением. Это был… прокол? Холодная сталь вошла в кожу легко и точечно, разделяя ткани с той пугающей легкостью, которую может дать только медицинская заточка. В одно мгновение уютный мир Риты с её неоновыми вывесками, разговорами о Вовке и запахом кремов просто испарился. Мира провалился в ледяную пропасть. В мозгу, словно удар колокола, отозвался глубоко сидящий ужас. Его тело, до этого мягкое, в секунду превратилось в кусок мрамора. Пальцы судорожно, до хруста в суставах, впились в края обивки кушетки. -Что это?-прошептал он, едва шевеля губами. -Ой. Сейчас покажу..-Рита, безмятежно улыбаясь, вытянула руку вперед. Мира разомкнул глаза, и его зрачки расширились от немого ужаса. Рита держала в пальцах малюсенькую иголку, на вид меньше сантиметра в длину. Мира зажмурился, пытаясь отогнать этот образ, но было поздно.Он не мог вымолвить ни слова, горло перехватило стальным обручем. По его виску, прямо из-под плотно сжатых век, медленно покатилась крупная слеза. За ней вторая. -Боже, Мик, что с тобой? Прости, больно?-Рита быстро откинула иглу в лоток, и Мира вздрогнул от металлического звона, сжав губы и подтянув руки к лицу. Его воображение рисовало страшные картины: холодная, острая сталь, пронзающая плоть. Тот самый медицинский ужас, от которого он так отчаянно пытался сбежать в уютный кабинет Риты, всё-таки настиг его здесь. Лера тут же отложила журнал и села на кушетку, кладя ладонь на локоть друга. -Мир, посмотри на меня. Все хорошо, слышишь? Рита стянула перчатки и провела теплой ладонью по щеке парня, стирая слезу. -Ну все-все-все, солнышко, тише. Прости, я не знала… Мира продолжал “таять”. Было стыдно, но он уже не мог остановиться. Разум вопил: “Прекрати! Это ведь такая мелочь!”. Но внутренний ятрофоб уже захватил контроль, заставляя его дрожать и плакать. -Братан…-Лера ласково потрепала его по голове.-Дыши… Просто дыши. Мира судорожно вздохнул, его пальцы вцепились в руку Леры так, что костяшки побелели. -Я... я не знал, что будет... - прошептал он, вздрагивая от каждого прикосновения Риты, которая теперь максимально нежно протирала его лицо диском. -Всё, иголку спрятали в самый дальний ящик, клянусь, -Рита продолжала ворковать над ним, стараясь разрядить обстановку. -Ты вообще герой. Лера вон в прошлый раз так орала, что Вовка из соседней комнаты прибежал с монтировкой, думал, я её режу. А ты умничка. -Да ладно тебе, не пали контору, -с притворным раздражением улыбнулась Лера, но руку Миры не выпустила. Рита вернулась к работе, стараясь проходить по коже максимально быстро и бережно, но терпение Миры уже рассыпалось на части. Теперь даже самое легкое прикосновение Риты заставляло его вздрагивать. Слезы продолжали катиться по вискам, он не мог их остановить, это была чистая физиология страха. -Еще минутку, солнышко. Ты молодец. Честно, у меня за всё время обучения таких терпеливых моделей не было. Ты просто лучший.- Она нанесла толстый слой прохладной маски. Это было приятное, успокаивающее ощущение.-Всё, отдыхай. Маска сейчас всё успокоит, и кожу, и нервы. Мира лежал с закрытыми глазами, чувствуя на руке тепло Леры. Его всё еще потряхивало, но паника постепенно отступала, оставляя после себя жуткую усталость. -Спасибо, Мир, -тихо сказала Рита, погладив его по плечу. -Ты мне очень помог. И извини за иголку, больше я её к тебе и близко не поднесу. Мира лишь слабо кивнул. Он помог Рите, он выдержал, но внутри него всё равно плакал тот несчастный маленький ребенок, абсолютно одинокий в своем страхе, и теперь окутанный тенью стыда. *** Домой Мира вернулся совершенно опустошенным. Не разуваясь толком, он залез на кровать и привалился под бок к Саше. В комнате царил уютный полумрак, рассеиваемый лишь янтарным свечением настольной лампы. Мира выглядел не столько раздавленным, сколько растерянным и глубоко озадаченным, как человек, который внезапно обнаружил посреди привычной, исхоженной дороги глухую черную пропасть. Саша молчал, бережно прижимая его к себе за плечи. Он уже знал. Лера написала по дороге. Поэтому он просто ждал, окутывая Миру молчаливой поддержкой и не торопясь лезть с расспросами или советами. Ему хотелось дать Мире столько тепла, сколько потребуется, чтобы тот просто отогрелся. -Знаешь…-тихо заговорил Мира.-Это так странно… Я всю жизнь был уверен, что мой страх всегда рационален и обоснован… Врачи всегда будут хамить и делать мне больно… Но сегодня… -Мира замолчал, обдумывая.-Рита… Мне не было так больно. Не скажи она, что это именно игла, я бы и дальше лежал спокойно… Я испугался человека, который за всю жизнь ни разу слова плохого никому не сказал и ничего плохого ко мне не имел… Рита она же… Она даже не врач! И она тоже так испугалась… Мира замолчал. Болезненная мысль пронеслась в его голове. Страх мешает… Он выжигает каленым железом абсолютно каждый уголок твоей жизни. Он тут же вспомнил школу, прыжки из окон. Вспомнил виноватое лицо папы, которое он видел лишь при болезни. Вспомнил скандалы с Сашей, и тут же почувствовал, как сердце сжалось в тугой комок. Страх не защищал. Он лишь заставлял его бежать, ранить близких, и забиваться в темный угол, молясь, чтобы его не нашли. Надоело… Возможно стоило дать психотерапии новый шанс…